Недотрога для плейбоя - Анастасия Градцева

– А я и есть из Лондона, – весело подмигнул мне Кирилл, безбожно коверкая русские звуки так, будто он иностранец. Но тут же посерьёзнел. – Ты лучше скажи, как тебе? Понравилось?

– Очень!

– Хотела бы учиться в Америке?

– Конечно, хотела бы, – фыркнула я, не воспринимая его вопрос всерьез, но Кирилл в очередной раз меня удивил.

– Будем пробовать туда поступать? – его глаза слегка прищурились, взгляд был твердым, уверенным, а между бровями залегла складка. Он так смотрел только тогда, когда уже всё для себя решил. И это немного настораживало.

– Кир, попробовать, конечно, можно, но вопрос в деньгах. В США платное высшее образование, а ты прекрасно знаешь, что…

– Стипендии, – нетерпеливо перебил меня он. – В Америке есть стипендии! Если ты классная и нравишься вузу, тебе могут до девяноста процентов стоимости компенсировать через всякие фонды университета. Давай, а? Ты же умная, Мышонок. Очень умная.

– До весны всего полгода, – протянула я. – Времени мало.

– Подача заявок в американские вузы обычно в конце зимы, – покачал головой Кирилл. – Так что времени вообще в обрез. А нам еще надо сдать экзамены TOEFL и SAT, написать эссе, заполнить заявку…

– Все равно деньги нужны, – заупрямилась я. – На экзамены, на билеты, потом на жизнь там, если вдруг все выгорит.

– Возьмешь у меня.

– Ты имеешь в виду у твоего папы? Думаешь, он будет счастлив от того, что какая-то нищая левая девчонка претендует на семейные миллионы?

– Ты моя девушка, прекрати считать себя кем-то левым, – у Кира мгновенно потемнели глаза, а это означало, что он серьезно разозлился. – И когда я говорил «у меня», я имел в виду ровно то, что сказал. Когда мне исполнилось 18, отец выделил мне часть, как ты выразилась, семейных миллионов и сказал, что до тех пор, пока не придет пора получать наследство, это все мои деньги. Больше мне никто не даст.

– Там много? – полюбопытствовала я.

– Относительно, – уклончиво ответил Кирилл. – Папа все же не миллиардер, да и живет он на широкую ногу: предпочитает тратить деньги, а не копить.

– И что ты с ними сделал?

– Часть просрал, пока, как дебил, радовался первым личным бабкам: тачку дорогую купил, квартиру, по клубам шатался, вечеринки устраивал, – хмыкнул он. – По-моему, в этот момент ко мне наша компашка и прилепилась. Еще часть денег просрал, пока ничего не понимал в инвестировании и думал, что там все просто. Потом начал немного соображать: что-то в коммерческую недвижку вложил, что-то в акции. Теперь вот планирую вложиться в наше с тобой образование. Ты со мной?

– Я поеду, если добьюсь стипендии, которая будет покрывать не меньше семидесяти процентов расхода, – подумав, сказала я. – И я напишу расписку, что обязуюсь вернуть тебе потраченные на меня деньги, когда начну работать.

– Если потом выйдешь за меня замуж, ничего возвращать не придется, – хитро ухмыльнулся Кирилл.

– Посмотрим, – серьезно ответила я. – Вдруг мы уже через год разругаемся. Или вообще через месяц!

– И не мечтай, – заявил Царев. – У меня на тебя большие планы!

– Давай для начала поступим, – засмеялась я. – А там уже разберемся. Значит, наше следующее свидание будет…

– …у меня дома, – дополнил Царев. – будем готовиться к TOEFL.

– Это так романтично! – не удержалась я от иронии.

– Могу обсыпать тебя лепестками роз во время аудирования, раз тебе так романтика нужна, – предложил он. – И рисовать сердечки на твоих эссе.

– Оооо, – протянула я, показательно округляя губки и хлопая ресницами, – so sweet!

И мы рассмеялись.

На самом деле я больше выпендривалась, конечно, потому что ботанить я любила, и перспектива готовиться к интересному и сложному экзамену меня скорее радовала, чем огорчала. Тем более если делать это с Кириллом. У меня даже от нашей совместной уборки остались романтичные воспоминания, что уж говорить про подготовку к экзаменам. Мы одни в квартире… изучаем любимый английский…рядом мой парень, который говорит на этом самом английском, как боженька… О, я уже с нетерпением ждала нашего второго свидания!

Как оказалось, второго свидания я ждала не зря. Вот только прошло оно совсем иначе, чем мне представлялось. Вместо того, чтобы сесть за учебники, мы с Кириллом, оказавшись наедине, долго сверлили друг друга взглядами, чувствуя, как воздух в комнате становится все плотнее и горячее…

Кажется, когда я хотела долгого периода ухаживаний, я сама не понимала, на что себя обрекаю.

У меня пылало все лицо, мне было так жарко, что я непроизвольно оттянула горловину футболки, и взгляд Кира тут же уперся в обнажившиеся ключицы. Я облизала пересохшие губы, Царев мазнул по ним горящим взглядом и сглотнул так, что дернулся кадык на смуглой крепкой шее. Я все еще пыталась бороться с этим притяжением и торопливо схватила сборник тестовых заданий, отступив к столу.

– Д-давай…заниматься. Мы же для этого собрались…

– Начинай без меня. Я пойду отлучусь, – хрипло сказал Кирилл, кивая на свою вздыбившуюся ширинку. – Готовиться к тесту вот в таком состоянии я не смогу, мне надо…эм…сбросить напряжение.

– Помочь? – вырвалось у меня, и на лице Кирилла появилась ленивая чувственная улыбка, а серые глаза вспыхнули, как у тигра, догнавшего добычу.

– Помогай, Мышонок. Мне нужно. Очень нужно.

Долго уговаривать меня не пришлось.

В конце концов, мне тоже сложно думалось, когда рядом со мной был мой парень и мы сто лет не целовались и не трогали друг друга.

К слову, к занятиям мы все же приступили. Часа через два. В итоге так увлеклись, что от работы нас смог оторвать только звонок моей мамы.

– Десять часов, – ледяным голосом сказала она мне в трубку. – Ты где?

– Как десять?! – ахнула я. – Уже?! Мам, я сейчас…скоро буду…

– Скажи, что я тебя привезу. Через 15 минут будешь дома, – Кирилл уже схватил ключи от машины и обувался.

Но мама и так его услышала.

– Хорошо, – сказала она по-прежнему сурово. – Пусть привозит. Заодно и познакомимся.

– Кир, – позвала я его виновато, – тебя тут, по ходу, ждет знакомство с родителями.

– Какое у нас насыщенное второе свидание, – заметил Кир с нарочито серьезным лицом, – и секс, и знакомство с родителями. Прям боюсь думать о том, что же будет на третьем.

– Перестань, – нервно попросила я, параллельно одеваясь и собирая вещи. – Ты что не волнуешься? Совсем?

– Не особо. Конечно, хотелось бы твоим маме с папой понравиться, но даже если нет – не страшно. Главное, чтобы они были не против наших отношений.

– А если будут против? Тогда что? Расстанемся?

– С ума сошла, Мышонок? – он нежно поцеловал меня, притянув к себе за талию. – Нет, конечно. Просто ты тогда будешь расстраиваться, а я не люблю, когда ты расстраиваешься.