Привязанность - Алеата Ромиг

пор, пока работники ранчо не приезжали на сезон. Пока они присутствовали, они, особенно менеджеры, часто присоединялись к Джеку на кухне после долгого дня. К столу, который теперь, казалось, вмещал шестерых, добавились бы стулья. Независимо от того, обсуждали ли они день, скот, лошадей или делили горшочек чили, в Джеке чувствовалась легкость, которая приветствовала товарищество. В то время как я был скорее одиночкой, Джек умел ладить с людьми. Вот почему он преуспел как командир. Он мог быть грубым, но все же нашел способ связаться с мужчинами и женщинами, находящимися под его командованием.

Я не думаю, что пристрастие к алкоголю вредило. Ему всегда нравилось иметь кого-то, с кем можно выпить. К несчастью для него, я не был любителем выпить.

Лорел переместила пальцы на мою руку ниже, ее хватка усилилась, а голубые глаза расширились.

— Два стакана? — спросила она шепотом.

— Они оба могли быть его.

Она оглянулась на стулья.

Я пожал плечами и заговорил, продолжая говорить тихо.

— Мы проведем обыск в доме. Если его здесь нет, проверим снаружи. Я знаю, где он хранил запасы на случай непредвиденных обстоятельств. Мы их достанем, и, хотя мне очень не хочется идти без него, мы уйдем.

— Что, если человек с вертолета здесь или вернется?

Наклонившись, я вынул пистолет из кобуры на лодыжке.

— Держись рядом.

Хотя ее хватка на моей руке дрожала, Лорел кивнула.

Дом Джека был не таким большим, как мой, всего один этаж. Именно этого он и хотел. Он сказал, что ему не нужно много места. Он пошутил, что по сравнению с его квартирой в Ордене это был гребаный особняк МакМаншена.

По отдельности мы оба накопили щедрую сумму средств. В то время как он в основном сидел на счетах, я был тем, кто инвестировал и развивал свою долю. Это не означало, что у Джека не было значительной суммы. В конце концов, он служил в Суверенном Ордене гораздо дольше, чем я.

В то время как я зарабатывал деньги, таланты Джека в области выращивания были больше сосредоточены на уходе за домашним скотом, лошадьми и урожаем. После того как мы переехали сюда, он выделил часть земли для выращивания нашей собственной соломы и сена. Нет, это было не одно и то же.

Вместе мы переходили из комнаты в комнату. Гостиная, спальня, ванная, выход на веранду, с каждым шагом у меня внутри все переворачивалось.

Дом был безупречно чист.

Все, кроме двух стаканов, было на месте.

Джек умел многое и во многом был хорош.

Уборка не входила в это число, если только это не была работа — подобная той, что я делал у Лорел.

Такое чувство возникло у меня, когда мы огляделись вокруг.

Этот дом был вычищен, продезинфицирован… Черт возьми, почему?

С чувством страха мы подошли к единственной закрытой двери в доме, той, что вела в его кабинет. Я был там много раз после того, как он получил повестку из Ордена. Именно там мы разработали стратегию и проанализировали разведданные.

Мой кабинет предназначался для моей работы.

Его — для нашей.

Закрыв глаза, я повернул ручку и толкнул дверь внутрь.

Инстинктивно я затаил дыхание. Вонь застряла у меня в горле, не давая ни глотнуть, ни вдохнуть. Я переместился, загораживая Лорел обзор. Черт. О, Джек.

Я видел только мгновение, но воспоминание запечатлелось навсегда. Сколько мертвых тел я видел? Скольких я убил?

Я не мог придумать ответа, и все же при виде моего командира, товарища по команде, друга у меня в груди стало тяжело. Его кожаное кресло было похоже на островок в багровом бассейне. Твердый кафельный пол не позволял живительной жидкости впитаться в поверхность.

Его голова была откинута назад, а руки свисали по бокам. На полу справа от него в багровой луже лежал пистолет, который я сразу узнал. Это был пистолет Джека, тот, который он всегда носил с собой. Судя по его присутствию, а также по брызгам, усеявшим стену за его креслом, выстрел должен был казаться нанесенным самому себе.

Была еще одна зацепка.

Бумага у него на груди с крупными каракулями:

«МОЙ ПОСЛЕДНИЙ ПРИКАЗ. УБЕРИ И ЭТО ТОЖЕ.»

Какого хрена? Тоже?

Счет был слишком велик.

Каждая работа, каждая убранная сцена проносились в моих мыслях, воспоминания заканчивались Картрайтом. Это было последнее, но определенно не первое. Протеиновый батончик, который я съел ранее, угрожал показаться наружу, или, может, он пузырился желчью из моего желудка. Возмездие ожило в едкой смеси.

Я был гребаным убийцей, и это было то, что я хотел сделать.

Я повернулся обратно к Лорел.

— О нет. Что? — спросила она.

При звуке ее голоса, при виде ее красоты, даже покрытой грязью и копотью, мое внимание вернулось. Месть придет после того, как она будет в безопасности.

— Нам нужно убираться отсюда к черту, сейчас же.

— Это… он..?

Я закрыл глаза, закрывая дверь. Когда я открыл веки, ее голубые глаза смотрели на меня.

— Он мертв. Трудно сказать наверняка, не подойдя ближе, но я бы сказал, что это произошло не сегодня.

— Это все из-за меня.

— Я больше так не думаю. Думаю, что следующая цель я.

Это был гребаный Орден, и я это знал. Чего я не понимал, так это почему.

Потянув ее за руку, я больше не обращал внимания на шум. Это была гонка на время, и прямо сейчас мы опаздывали. Распахнув входную дверь, я остановился и огляделся, обдумывая наш следующий шаг. Мы могли взять одну из его машин, но они тоже были чипированы. Самолет был бы самым быстрым, но он был у меня дома. Его также было легко отследить. Если бы мы вдруг начали сражаться против Ордена, нам негде было спрятаться. Их команды были обширны и вездесущи.

Мое сердце продолжало колотиться в груди.

Джек был моим связующим звеном, моим командиром и моим другом. Без него мы с Лорел были одни против виртуальной армии.

Нет, Суверенный Орден не был армией или каким-либо другим контролируемым подразделением вооруженных сил.

Он не действовал в соответствии с Женевскими конвенциями. Правила поведения не применялись в отношении предполагаемой угрозы. Приказ есть приказ, задание — задание. Причина не подлежала сомнению. Единственной миссией члена организации было выполнение долга перед страной, республикой и демократией.

Я не мог понять, как Лорел или я могли представлять угрозу для всего вышеперечисленного.

Тем не менее, ничто не могло помешать им убить Лорел, если целью был я, или меня, если бы целью была она. Они превосходили