Сказочник - Олли Серж

Разговор с мамой удаётся завершить только после третьего сердечно прощания до следующего созвона и поцелуев в динамик.

— Иго-гого, — доносится до меня.

— Но, но, мой единорог, — заливается радостным смехом вседозволенности голос дочери. — Ну быстрее, ты же лошадка! — капризно.

Я вылетаю в коридор на столько быстро, на сколько позволяет огромный живот и замираю на пороге сжимая губы, чтобы не засмеяться в голос.

Михаил стоит на коленках посередине коридора, на его лбу приделана шапочка, оставшаяся с дня рождения, а наша с Игнатом наглая четырёхлетняя дочь важно выседает на его спине.

Вздыхаю. Ни в чем отказа засранке нет.

— Татьяна, — говорю строго. — Ты же знаешь, что у дедушки болит спинка. Как тебе не стыдно?

— Лера, да все нормально, — пытается храбриться Михаил.

— Он сам мне разрешил, — хитренько прищуривается дочь.

— Немедленно слезай, — прикрикиваю.

Подхожу и снимаю ее со спины Михаила.

— Ох… — крехтя и посмеиваясь распрямляется он. — Умотала сегодня.

— Лерочка, как там мама? — раздаётся голос Софьи.

— Все хорошо, — отвечаю, заглядывая к ней на кухню. — Только Тимофей страдает, что его овощам здесь солнышка не хватает. Поэтому они не такие сладкие и ароматные, как турецкие. Собирается заказать какие-то супер лампы в теплицы.

— Вот неугомонный человек, — всплескивает руками женщина. — Я лучше его овощей в жизни не ела. Не зря ж два элитных посёлка кормит. Ему бы расширяться… — берет ложку, помешивает суп и достаёт из него кусочек картошки. — Так почти готово, — выносит борщу вердикт. — Сейчас заправку положу, и можно кушать.

— Пойду позову всех, — разворачиваюсь к двери и слышу звонок в домофон. — Я открою, — повышаю голос.

Подхожу к переговорному устройству, включаю камеру и напрягаюсь, видя двух людей в штатском, но явно военной выправки.

— Здравствуйте, — говорю в динамик. — По какому вы вопросу?

— Служба безопасности банка «Стандарт Платинум», — хрипит в динамике мужской голос. — Откройте, пожалуйста, мы бы хотели с вами поговорить.

— Хм… — отзываюсь, чувствуя, как сердечко начинает частить. — Подождите минутку. — Отключаю динамик и кричу. — Михаил, спуститесь, пожалуйста, у нас тут странные гости…

— Да мы здесь, не кричи, руки мыли, — выходит он с Таней из ванны. — Ну-ка быстро к бабушке, — отправляет ее на кухню, а сам подходит к домофону. — Что случилось? — хмурится, рассматривая мужчин.

— Говорят, что из банка, — пожимаю плечами. — Может, лучше с ними не общаться, а позвонить Игнату сначала?

— Чего человека от работы отвлекать, — вытирает мокрые руки о футболку Михаил. — Пойду с господами в саду переговорю. Узнаю, чего надо. А ты двери запри на всякий случай. И не высовывайтесь, — на его лице появляется решительное выражение.

Он выходит на улицу, а я бегу в гостиную и припадаю к окну. С моего наблюдательного пункта ничего не слышно, но зато хорошо видно, что происходит.

Мужчины встречают Михаила хмуро. Явно даже быковато. Но это с нами женщинами он может позволить себе ползать и играть в лошадку, а в ситуациях требующих решений и силы Михаил становится жестким и принципиальным.

Вот и сейчас. Он невозмутимо смотрит предъявленные «корочки», что-то объясняет и только после этого открывает калитку, впуская мужчин на территорию двора.

Те достают планшет и что-то начинают показывать, возбужденно размахивая руками.

От волнения у меня даже начинает тянуть живот. Ощутимо так. Я машинально поглаживаю его, чтобы успокоить.

Михаил смотрит на экран несколько секунд, а потом начинает хохотать. Извиняется, прикрывает рот рукой и снова смеется, жестом приглашая мужчин в дом.

Я бегу им навстречу.

— Проходите, проходите, — Михаил открывает дверь и пропускает названных гостей в прихожую. — Только ботинки снимайте. У нас маленький ребёнок.

Сотрудники банка уже не выглядят такими решительными, как раньше. Скорее, растерянными и настороженными.

— Что случилось? — не выдерживаю я.

— А вот сейчас нам один господин и поведует «что», — тоном, не предвещающим ничего, кроме ремня, изрекает Михаил. — Иван! — рявкает. — А ну бегом сюда. Вместе с агрегатом своим.

— Ванечка, спустись к нам! — желая побыстрее получить информацию, тоже повышаю голос и чувствую, как живот от этого сжимается резкой схваткой. — Ой… — начинаю глубоко дышать и опираюсь рукой на стену.

— Все нормально? — кидается ко мне Михаил.

— Да, — киваю и пытаюсь продышать отголоски боли. — Тренировочные, — хриплю, — это от волнения.

— Чего кричите? — сбегает по лестнице вниз «виновник торжества», — Мам? Ты чего?

— Все нормально, — машу руками и начинаю закипать, потому что мне, вообще то, больно, а они в молчанку играют. — Да говорите уже! — рявкаю на вконец растерявшихся представителей охраны банка.

— Ваш сын играет в компьютерную игру «Средневековье. Новая эра.»? — задаёт мне вопрос один из мужчин.

— Играет, — пожимаю плечами, — У них вся школа в неё играет. В чем вопрос?

— А в том, — громыхает Михаил, — что кто-то просит деньги на мороженое. Сам вкладывает их в развитие героя, а потом продаёт его и выводит прибыль на чужие виртуальные банковские счета, которые привязаны к игре.

— Да, — подтверждает второй мужчина. — И наш отдел безопасности совершенно не понимает, как он это делает…

— Иван… — шепчу, смотря на побелевшего сына и чувствую, что голова начинает идти кругом. — Ты что? Воруешь деньги?

— Нет, нет, — снова включается в разговор первый мужчина. — Он выводит только свои деньги из игры и покупает на них цифровую валюту.

— Иван… — вглядываюсь в его опущенные в пол глаза. — Как… Как вообще тебе это в голову пришло?

— Я ж не виноват, что у них защита обычным рандомайзером снимается, — бурчит ребёнок.

— От осинки не родятся апельсинки, — с апломбом хмыкает Михаил, — Компьютер свой сюда тащи! Рандомайзер… — прикрикивает на Ивана. — Будешь сдаваться.

— Ой… — вскрикиваю, ощущая новую схватку и тихий хлопок внутри тела.

Тёплая водичка начинает струиться по ногам. Хлопковые штаны стремительно намокают, а под босыми ногами образовывается лужа.

— Маааам… — в полном шоке тянет Иван. — Это что?

Я совершенно не к месту вспоминаю, что сын действительно видит роды в первый раз. Когда появилась Танюшка, он с Софьей и Михаилом был на море.

— Полотенца принеси, — прошу его. — Срочно!

Похлопав глазами, Иван сбегает в сторону ванной.

— Соня! — зовёт жену Михаил. — У нас тут потоп.

— Вы только не волнуйтесь, — белеют ещё пятнадцать минут назад грозные сотрудники службы безопасности. — Мы же ничего плохого не имели ввиду…

— Это вы не волнуйтесь, — посмеивается Михаил. — Ну вот что, мужики, — резко становится серьёзным. — Не до вас нам, видите. Если не хотите огласки ситуации и судебного иска за испуг беременной женщины, то топайте на рабочие места. Можете оставить визитку, как освободимся — наберём вас. А будете хорошо себя вести, отец этого, — он делает кивок в сторону Ивана, — персонажа. Полечит