Поймай меня, если сможешь - Кира Стрельнева

— Стало известно, из-за чего исчезла магия? — поинтересовалась я, привлекая к себе её внимание.

— Это все избранная! От неё все беды!

— О чём ты?

— До меня дошли слухи, что именно она причастна к тому, что вся магия исчезла.

— Зачем ей это? — удивилась я.

— Это как-то связано с проклятием. Не знаю я подробностей.

Смотря на мать, я понимала, что она мне чего-то не договаривает. Только вот что?

— Так что ты предлагаешь?

— Нужно остановить избранную, — ответила она, впиваясь в меня своим диким взглядом. — И тогда магия вернётся.

— Что значит остановить? Мы не можем ей навредить. Она женщина, к тому же ещё и та, что снимет проклятие.

— Как же ты ещё молода, Адриана. Ещё совершенно ничего не понимаешь, — покачала моя мать головой. — Разве нам нужно, чтобы проклятие было снято? Зачем? Сейчас женщины правят этим миром, а что будет потом? Мужчины вновь почувствуют своё превосходство и превратят нас в глупых куриц, которые будут лишь нести яйца для них! У нас не будет ничего, Адриана!

Я смотрела на эту женщину и с ужасом понимала, что она действительно верит в это. Моя родная мать не хочет, чтобы этот мир был спасён. Она готова и дальше смотреть, как мир гибнет. Ей наплевать на всё, кроме себя и той власти, что она боится потерять.

Моя мать — самое настоящее чудовище!

Несмотря на все свои эмоции, я постаралась сдержаться, ничего не высказывая вслух. Нужно было узнать всю необходимую информацию, а потом…

— Так что ты предлагаешь?

— Не так давно я познакомилась с одной уважаемой женщиной. Она давно выступает против избранной, пытаясь помешать её планам. В настоящий момент она вместе со своим войском и теми, кто присоединился к ней, направляется к месту, где прячут избранную. Сейчас, когда нет магии, у нас есть все шансы уничтожить её.

— А если магия не вернётся после этого?

— Вернётся, — не сомневаясь ни секунды, просто ответила мать.

— Тогда ещё один вопрос. Скажи, с кем ты собираешься идти в бой? Магии нет. Все рабы сейчас без магических оков. Они могут не подчиняться нам. Мы сейчас сами беззащитны, как никогда.

— Все рабы — трусы! Они не знают ничего, кроме того, что должны служить нам! Они не знают другой жизни, Адриана.

Вот это было правдой. Все рабы и правда могли пойти с нами по привычке, из-за того страха, что живёт в их душах с самого рождения. Только я не готова была позволить своей матери осуществить её план.

Я не отправлю никого из своих на верную гибель!

Сделаю всё от меня зависящее, чтобы хоть как-то помочь избранной в её нелегкой миссии!

— Одри, ты уверена в том, что делаешь? — тихо спросил меня Элай, прижимая к своей груди.

— Мы поймём, если ты передумаешь, — ласково проговорил Адер.

— И точно не будем осуждать, — продолжил Итан.

— Мне безумно страшно, но я должна это сделать. Не прощу себе, если даже не попытаюсь, — призналась я. — Вы, главное, будьте рядом со мной, и я обязательно со всем справлюсь. Хорошо?

— Я тоже буду рядом, — кивнул Габриэль, стоящий немного в стороне.

В моей душе зародилась надежда. Рядом с такими мужчинами я верила, что обязательно справлюсь. Расправив плечи, с гордо поднятой головой я уверенно шагнула в сторону созванной толпы, чтобы заставить их поверить — за своё будущее надо бороться! Они должны перестать бояться! Должны найти в себе силы, чтобы снять проклятие и подарить этому миру надежду на лучшее будущее!

Всё проходило, как в тумане. Я что-то говорила, кричала, пытаясь их вразумить. Они все были удивлены. Я видела их шокированные лица. Они боялись пойти против привычного для них мира, не понимали, что им действительно нужно бороться.

Я кричала во всё горло, но мне казалось, что меня не слышали. Я будто билась в глухую стену, а потом…

— Чего стоите, как истуканы? — неожиданно воскликнул появившийся рядом Джаред. — Вам нравится ваша жизнь? Не хотите ничего менять? Так и будете дальше склонять голову, боясь лишний раз поднять взгляд? Неужели вы не хотите другой жизни? Нежели не хотите другого мира для ваших детей? Или вы согласны, чтобы они жили так же, как и вы?

Я не узнавала своего младшего брата. Сейчас он был совершенно другим: решительным, смелым, готовым на всё ради идеи. Неужели он всегда был таким? Может, всё это время ему требовался лишь толчок, чтобы вылезти из той скорлупы, в которую он спрятался от всех. Чтобы это ни было, но мне это безумно понравилось.

— Берите всё, чем сможете сражаться за своё будущее! Пора объединиться и помочь избранной создать лучший мир для нас и наших детей!

Я смотрела, как в глазах, полных равнодушия, разжигается огонь. Они услышали, поверили и теперь были готовы бороться! Теперь во мне появилась вера, что мы справимся и отстоим лучшее будущее для этого мира!

Глава 60

— Как ты посмела предать меня?

Моя мать, словно озлобленная волчица, смотрела на меня, готовая разорвать на части. Наверное, если бы её не связали, то именно это она бы и сделала, но сейчас у неё просто не было выбора.

За моей спиной были сотни мужчин, готовых до последнего бороться ради лучшего будущего. Даже мой отец пошел против своей жены, а ведь ему она доверяла. Однако Вилс никогда не был глуп и также, как и большинство здесь собравшихся понимал — проклятие должно быть снято.

А кто был на стороне Макбет?

Пара десятков рабов остались преданны ей до самого конца. Это был, так сказать, близкий круг, которым посчастливилось ходить в любимчиках у моей матери. Только вот у них не было шанса против целой толпы.

— Ты одержима своей властью, мама. Ради неё ты готова погубить целый мир! Неужели она стоит того?

— Дура ты! Ни черта не понимаешь. Ох, и поплатишься ты за своё предательство. Будешь молить меня о пощаде и…

— У тебя нет шансов, — покачала я головой. — Ты ничего не сможешь мне сделать. У тебя нет магии, чтобы хоть как-то противостоять нам. Ты ничто. Скоро ты отправишься в темницу и проведёшь там остаток своих дней. Даже когда магия вернётся к тебе, ты не сможешь оттуда выбраться. Я позабочусь об этом.

— НЕНАВИЖУ! ДРЯНЬ!

Окинув мать на прощанье взглядом, полным безразличия, я развернулась и направилась в сторону выхода. Она сумасшедшая. Нам не о чем больше говорить.

— Правильно я сделала, что лишила тебя когда-то