Блондинка в боевой академии. Не хочу жениться - Анна Сергеевна Одувалова

– Зачем?

– Говорю же, разозлилась сильно. Нельзя передавать меня от одного жениха к другому. Это бесчеловечно. Короче, я разозлилась и ушла искать тебя, потому что переживала. Если бы не переживала, сначала сняла бы это идиотское платье.

– Зря ты так. Платье очень красивое, – сказал принц. – И, Рина… Я рад, что ко мне зашла ты, а не отец.

– А должен? – насторожилась я. Как-то совсем не хотелось столкнуться тут с повелителем фейри.

– Надеюсь, не сегодня. Натаниэль сказал, что уладит вопрос с отменой свадьбы. То есть отец будет зол, но больше на обстоятельства, чем на меня, и, если я затаюсь на пару недель, возможно, опасность минует. Ну и… мне пора научиться ему противостоять. Называя тебя своей невестой, я знал, что дергаю кота за хвост.

– Как именно собираешься противостоять?

– Не знаю. – Сильх пожал плечами. – Я не боюсь его, но он повелитель, и я вынужден считаться с его мнением.

– Холмы – твой дом. Там твой трон.

– Да, и я думаю, пришло время отказаться от прав на то и на другое. Так будет проще всем, – признался парень, опустив глаза.

– Он этого от тебя хочет? Так ведь? У меня тоже сложные отношения с родителями, но твой отец…

– Представления не имею, чего он хочет. Эльрих сложный, очень. Его игры жестоки, иногда стоят жизни. Он видит во мне угрозу, пусть пока и неокрепшую. Считает, что как только я войду в силу, так сразу предам его и займу место на Кровавом троне. Он со своим отцом поступил именно так.

– А ты?

– А я хочу, чтобы он исчез из моей жизни, – отозвался принц, и я увидела в его глазах холодную решимость, которая меня испугала. В воздухе висело невысказанное «Даже если ради этого придется совершить то, чего так сильно боится повелитель».

– Я рада, что с тобой все в порядке, – тихо произнесла я, понимая, что не готова дальше развивать тему жизни Сильха в Холмах. Та жизнь была непростой. И сегодня в ней не поставлена точка. Это его путь, который завершится не скоро. Даже академия лишь временная передышка.

– Пока да. В порядке. – Сильх пожал плечами. – Что будет дальше, покажет время.

– Полностью согласна. Ну, я пойду?

– Иди. – Он отступил на шаг, и я вдруг поняла: все слова сказаны. Мы словно и правда были женихом с невестой, а сейчас расстались.

Я развернулась и вышла, проигнорировав живую изгородь, которая послушно отступила. Надо снять это идиотское платье, а лучше – сжечь. Жаль, в академии так не сделать. Это было бы самым правильным решением.

Народа в коридорах по-прежнему не было. Подозреваю, чтобы снизить накал страстей, всех пригласили к столу. Я уже почти добралась до своих покоев, когда внезапно осознала, что идти туда опасно. Безусловно, мужчины еще увлечены решением вопросов, но мама… Мама уже могла освободиться. А встречаться с ней мне не хотелось совершенно.

Поэтому я изменила направление и пошла на крышу. На открытом пространстве в легком платье оказалось холодно, но оставался чердак. Там было уныло, пыльно и безлюдно. Лучшее место. Там никто не будет меня искать.

Я забралась на старый, заваленный сломанными стульями и пыльными шторами диван и обхватила себя руками. Тут тоже было не жарко. Долго не просижу. Надо было взять у Сильха куртку. Сегодня я что-то плохо соображаю. Но холодный воздух проветрит голову, и, возможно, я уговорю себя вернуться в комнату. Вдруг мамы там нет? Или есть, но кроме нее, например, еще и Зейна. Не может же подруга променять меня на халявные угощения… Или все же может?

Такие мысли не давали думать о главном: о Натаниэле. И это было хорошо. Пока я могла испытывать только злость. И где-то глубоко под ней – едва ощутимое тепло.

Элоиза появилась неожиданно и впервые – днем. Она выглядела испуганной. Полупрозрачная фигура слегка подрагивала, а лицо было белее, чем обычно.

– Рина, тебе лучше уйти, – торопливо сказала она и испуганно оглянулась через плечо, словно ее кто-то преследовал.

– Почему? – удивилась я.

– Мне не нравится, что ты тут.

Она поежилась и обняла себя руками за хрупкие прозрачные плечи.

– Что случилось? – Я не скажу, чтобы сильно доверяла призракам-параноикам, но было видно, что Элоиза действительно встревожена.

– Он идет…

– Кто он? – спросила я.

– Тот, кто меня убил! Уходи скорее! Пожалуйста! Я не хочу, чтобы ты пострадала!

– А кто он? – не удержалась я. Возможно, это был единственный шанс выудить из Элоизы имя ее убийцы. Она ведь знала его, просто при переходе в бестелесное состояние забыла.

– Не знаю… Боюсь, когда я его вспомню, будет поздно.

– Поздно для чего? – уточнила я.

– Для тебя, – шепнула она и исчезла.

Я не стала дальше медлить и кинулась к выходу, но за моей спиной скрипнула дверца, ведущая на крышу. Я резко развернулась, но не смогла разобрать, кто там. Мне в лицо полетела мерцающая вспышка. Я не успела закрыться от заклинания и, оглушенная, осела на пол.

Натаниэль

Это был самый дурацкий, позорный и длинный день в моей жизни! Натворить столько глупостей не смог бы и первокурсник боевой академии. Тем обиднее было то, что их совершил гранд-мэрш. Определенно следователь и охранник из меня значительно лучше, чем жених. В делах сердечных, как выяснилось, я не смыслю ничего.

Или просто никому не под силу залезть в хорошенькую голову Рины Флорейс. И уж тем более мне. Слишком мы разные. Между нами возраст, жизненный опыт, приоритеты. Вот почему она психанула? Я ей не нужен? Не очень верится. И это не потому, что я такой самонадеянный. Просто у меня есть глаза, и я видел, как Рина на меня смотрит. Между нами всегда искрил воздух. А значит, дело не в ней и ее чувствах, а во мне.

Когда я узнал, что свадьба с принцем фейри не более чем прихоть короля, то понял, что не допущу этой свадьбы. И не важно, какой ценой. Это не обычный договорной брак. Нельзя просто предложить за невесту более выгодную цену. Пришлось выворачивать душу наизнанку, потом признаваться себе, а затем и королю, что мне не безразлична юная первокурсница. А выяснилось, что надо было прежде всего самой Рине. Тут, признаюсь, сглупил, но мне казалось, мое небезразличие настолько же очевидно, как и ее. Устроил сюрприз, идиот! Боялся, что не хватит времени, сама Рина выкинет что-то этакое. Впрочем, Рина выкинула, несмотря на