Уступи соблазну - Стефани Лоуренс

Мальчики, вдвойне довольные, обменялись откровенно торжествующими взглядами.

После ленча Мэдлин и Гарри отправились в контору — просматривали счета и заявки, а потом обсуждали прогнозы и перспективы на урожай, и, услышав, что часы бьют пять, Мэдлин очень удивилась.

— Как, уже? — Она взглянула на солнце за окном и, пожав плечами, отодвинулась от стола и встала. — Пойдемте, мне нужно принять ванну и одеться, да и вам тоже. — Поднявшись вместе с мальчиками наверх, она отправила их по комнатам. — Гости прибудут в половине седьмого — надеюсь, к этому времени вы, чистые и опрятные, будете уже в гостиной.

Приняв ванну, Мэдлин надела свое новое шелковое платье, повязала кружевную косынку, заправив ее концы в ложбинку между грудей, и приколола брошь на линии горлового выреза. Она оказалась права: благодаря косынке и броши платье выглядело чрезвычайно эффектно.

Необычайно довольная своей внешностью, Мэдлин взяла шелковую шаль, свободно накинула ее и, выйдя из комнаты, направилась к лестнице.

До половины седьмого оставалось всего несколько минут, но по пути в парадный холл Мэдлин, к своему удивлению, почему-то никого не встретила — ни прислугу, ни Мюриэль, которая, как правило, спускалась пораньше. Входя в гостиную, она обнаружила, что братья тоже еще не появились.

Однако ее ждал Джарвис.

Он стоял перед камином и был потрясающе красив в темном вечернем сюртуке и брюках.

— А где все?

Мэдлин посмотрела вокруг.

— Они вскоре будут здесь.

Шагнув ей навстречу, Джарвис взял ее руку, поцеловал косточки пальцев и с улыбкой заглянул в глаза.

— Я пришел раньше.

— Но ведь уже почти… — Мэдлин запнулась, взглянув на часы на камине, и нахмурилась. — Могу поклясться, было уже почти назначенное время. — На часах, которые, насколько она себя помнила, никогда не показывали неправильного времени, не было еще и шести часов.

— Похоже, они точны, — сказал Джарвис, тоже взглянув на них.

— Ну что ж… — Мэдлин, отбросив недоумение, снова оглянулась вокруг, намереваясь предложить Джарвису сесть.

— Сегодня чудесный вечер. Давай выйдем в сад. — Он держал ее руку и теперь, продев ее себе под локоть, повернул Мэдлин к раздвижным дверям на террасу, оставленным открытыми. — Быть может, нам удастся найти подходящее место, где я смогу вручить тебе свой подарок.

Она рассмеялась и позволила Джарвису вывести ее на свежий воздух.

Они сели на скамейку возле беседки, увитой плетистыми розами, и Мэдлин обратила внимание Джарвиса на брошь. Рассмотрев украшение, он нахмурился.

— Она, несомненно, очень хороша.

— Поначалу я подумала, что камни наверняка поддельные. — Мэдлин сдвинула брови. — Но подделки не играют так на свету, как они.

— И подделки никогда не имеют вкраплений, — он постучал пальцем по центральному камню, — хотя в настоящих изумрудах они почти всегда присутствуют — так, как в этом.

— И жемчужины тоже выглядят настоящими. — Мэдлин вздохнула. — Братья сказали мне, что во время праздника нашли ее на прилавке одного из торговцев.

Джарвис какое-то время молчал.

— Ты беспокоишься, что они все-таки натолкнулись на клад каких-то грабителей?

— Думаю, такое возможно, — произнесла Мэдлин, — но украшение не для меня. Оно явно мне не подходит.

— Это потому, что ты неповторима. Украшения должны быть сделаны специально для тебя. — Он достал из кармана сюртука и положил на колени Мэдлин бумажный сверток. — Как это.

— Откуда у тебя взялось время что-либо сделать?

Мэдлин недоуменно смотрела на сверток.

— У меня свои способы, свои связи.

— Хм-м.

Развязав шнурок, она на коленях развернула содержимое — раскрывающийся веер слоновой кости с нежными розовато-золотыми веточками филигранной работы, а еще то, что, как она подумала, было довольно странным широким браслетом, состоящим из двух частей. Взяв веер, Мэдлин раскрыла его и пришла в восхищение.

— У меня никогда не было ничего столь прекрасного. — Она улыбнулась, глядя Джарвису в глаза. — Спасибо тебе. — Взглянув вниз, она отложила веер и, взяв странный браслет, пыталась понять, как…

— Позволь мне.

Она отдала ему две части, соединенные каким-то хитроумным способом, и Джарвис, повертев их в руках, повернулся к Мэдлин и поднял руки у нее над головой.

— Это украшение для волос! — воскликнула Мэдлин, широко раскрыв глаза.

— Конечно! Специально предназначенное для того, чтобы помочь совладать с твоими своенравными локонами. — Джарвис обхватил двумя руками ее пока еще не успевший растрепаться узел волос, а потом повернул маленькие винтики, чтобы плотно стянуть обе части. — Вот так.

Откинувшись назад, Джарвис некоторое время изучал результат, а потом улыбнулся, вполне довольный. Эта вещь была такой же тонкой работы и выполнена в той же розовато-золотой гамме, что и веер; теплый оттенок золота только подчеркивал великолепие блестящих волос Мэдлин, смеси светло-каштанового с оттенком красной меди.

— Восхитительно!

Они смотрели друг другу в глаза, потом Мэдлин подняла руку, взяла Джарвиса под подбородок и нежно, медленно поцеловала в губы.

— Спасибо тебе, — шепнула она, когда все-таки оторвалась от него. Она снова посмотрела на веер, раскрыла его, и они, встав, пошли обратно к дому. — Все подарили мне такие полезные, продуманные подарки.

Они вошли в гостиную и…

— О! Вот и она!.. С днем рождения, Мэдлин, дорогая!.. И еще много, много таких дней!.. — зазвенел у нее в ушах хор голосов, и, остановившись, она в изумлении увидела полную комнату гостей.

Мэдлин немедленно окружили, и ей сразу же пришлось принимать от всех добрые пожелания и отвечать на них благодарностью. Но в конце концов она добралась до Мюриэль, которая самодовольно улыбалась, стоя среди гостей.

— Как это все удалось?

Мэдлин в удивлении обвела руками гостиную.

— Твои братья решили, что пришло время устроить тебе в честь дня рождения достойный вечер, — усмехнулась Мюриэль.

— Как им удалось раньше времени отправить меня вниз? — Мэдлин, соображая, взглянула на Джарвиса, а потом через комнату посмотрела на Гарри, болтавшего с Белиндой и Аннабелл. — Часы?

— Верно. Они попросили Милсома и служанок перевести все часы в доме вперед на полчаса, пока вы будете ездить верхом.

Мэдлин покачала головой, но продолжала улыбаться.

То, что ее братья назвали «достойным вечером», началось с банкета на шестьдесят человек. Мэдлин уже не могла вспомнить, когда в последний раз использовались все стулья, а у длинного обеденного стола откидывались дополнительные крылья.