Верни моё сердце - Лилия Фандеева

– Не будь ты такой нравственной, забыла бы своего Плетнева раньше, – сказал Митя.

– Много ты понимаешь, – возразила ему жена Наташа. – Это секс идет в довесок к любви, а не любовь к сексу. Ты Карина не жалей ни о чем. Просто ты в очередной раз убедилась, что Плетнев не герой твоего романа. Знаешь, я недавно услышала один очень неприятный вывод: «Каждая женщина должна быть готова к тому, что в любое время может остаться одна». Какой дурак этот вывод сделал?

– Этот дурак прав! Он же не утверждает, он предупреждает о такой возможности, – грустно улыбнулась Карина. – Одни прощают бесконечную ложь и живут в этой лжи, другие не могут ее принять и простить, и остаются одни. Больше всего в нашей истории мне жаль Максима. Прошло почти три месяца, а отец ему ни разу не позвонил. Ладно, ребята, спасибо за кофе. Звоните, не пропадайте. Приеду через год, – сказала Карина, прощаясь с друзьями.

Она приехала к «Лакомке» в 12:57. Это было небольшое уютное кафе, где готовили хороший кофе и подавали пирожное и выпечку. Городецкий уже сидел за столиком. Карина присела напротив него.

– Успокоилась? Как настроение? Где была? – спросил он, глядя на нее пристально.

– Все в порядке со мной. У меня дел в городе и не было. Папу я навестила. Заехала к друзьям в гости – Митю поздравила с сыном.

– А я, значит, в список не вошел? – как бы с упреком спросил Городецкий.

– Виктор Андреевич, а Вы меня в гости и не приглашали. Вы просили звонить, – улыбнувшись, ответила Карина. – Помните прошлый год? Было приглашение – был визит!

– Вот значит, как! Будете в городе, Карина Анатольевна, непременно, заезжайте в гости, – шутливым голосом пригласил он.

– Не сердитесь. Я позвонила бы Вам в любом случае. Случай вот только выдался неприятный. Мы с Вами встретились, и не будем говорить ни о маме, ни о делах. Прошло полдня, а она мне не позвонила. Будем пить кофе?

– Я уже заказал, сейчас принесут. Значит так, Карина, твоей родительнице я все разложил по полочкам и, прости, сказал ей все, что я о ней думаю. У нее два выхода в сложившейся ситуации: один – потерять бизнес полностью, второй – отправить любимую дочь за решетку, а вытаскивая ее оттуда, потерять треть. Решать ей. Есть еще третий – полюбовно решить конфликт в семье. Думаю, ты в этом серпентарии бы не выжила. Если ты думаешь, что твоя мать пропадет – ошибаешься. Я знаю, о чем говорю. Лети спокойно к своей семье и думай о ней.

– Спасибо Вам. Будь Вы чуть старше, я бы сказала, что Вы за это время заменили мне отца. Но между нами разница шестнадцать лет и Вы можете быть мне только старшим братом. Я рассказываю Вам обо всем, не думая как вы это воспримите. Некоторые вещи я не озвучиваю даже друзьям.

– Вот и относись ко мне, как к брату. Плачь в жилетку, проси о помощи, совета, делись радостью. Это даже лучше, чем просто друг. Выше нос, сестра! – шутил Виктор Андреевич. – Видишь ли, доктор Ильина, мы с тобой не связаны финансово, не зависим друг от друга, видимся от случая к случаю, отсюда и желание сказать то, что наболело. Рассказывай о том, как прожила год и пей кофе с пирожными.

Простившись с Городецким, Карина взглянула на часы. До рейса оставалось почти двенадцать часов. «Куда крестьянину податься? – думала она, бредя без всякой цели по городу. – Нужно купить ребятам что-нибудь в подарок. Они дети и будут ждать моего возвращения». Она села в маршрутное такси и поехала в Детский мир. Сделав небольшие покупки, она направлялась к выходу, когда ее смартфон ожил. Мама пригласила в гости и Карина приняла приглашение. Они сели обедать втроем. Марина вела себя так, как будто они расстались вчера, хотя не виделись два года.

– Хорошо выглядишь, только не модно, – сделала она вывод, оглядывая Карину. – Ты у нас девушка столичная и должна соответствовать.

– Видишь ли, на некоторых людях и модные вещи выглядят без вкуса и нелепо. А на мне все сидит идеально. Прическа делает меня моложе, а минимум косметики естественнее, – ответила Карина, зная, что без колкостей и критики сестра не обойдется. Нужно дать ей высказаться.

– Ты никак поумнела? – смеясь, спросила Марина.

– Я никогда и не была дурой. Это тебе так хотелось считать. Но человек может и ошибаться.

– Ладно, сдаюсь. Как сама? Как Максим и Женька?

– Женя в Канаде, Максим растет, а я собираюсь замуж, – соврала Карина. – Сейчас мы живем вчетвером. У Саши есть дочь, ровесница Максима.

– В Москве не нашлось кандидата в мужья без ребенка?

– А у тебя в любовниках все бездетные? Ты не забыла, сколько нам с тобой подруга лет? Все приличные мужчины в этом возрасте уже имеют детей. Другое дело, находятся ли они в браке или в разводе. Саша в разводе с женой. Он архитектор. Есть свое бюро, своя квартира, машина. Есть мама, коренная москвичка. Что тебе еще интересно?

– Фото есть? – с любопытством спросила Марина.

– Смотри, – ответила сестра, показывая фото в смартфоне.

– Красавчик! И когда свадьба?

– Весной, где-нибудь в апреле. Мы не торопимся.

– Чего тянуть? А если сбежит? – не унималась сестра.

– Вот если за это время не сбежит, тогда и пойдем в загс. Ты еще не выговорилась? Начинай рассказывать о своих победах, а я внимательно послушаю. Смотришь, что-то и почерпну из твоего богатого опыта, – улыбнулась Карина. – Хватит, Мари, язвить. Я согласилась на приглашение мамы, чтобы узнать, как вы с ней собираетесь жить дальше. Чем закончится война между вами и когда наступит перемирие или восстановится мир?

В сентябре они выбрались в отпуск на десять дней. Карина сумела договориться с хозяйкой того места, где они отдыхали в прошлом году. Вспоминая прошлогодний тур с Плетневым, она подсознательно сравнивала его с Александром. Евгений в этом сравнении явно проигрывал. «Женьке далеко до Саши. У него нет родительских чувств, – думала она. – Он уставал от бесконечных вопросов Максима, а Саша рядом с детьми сам «впадает» в детство и детям с ним интересно. Они принимают любую его инициативу». Дети остались довольны отдыхом.

Зима в этом году «отменялась». Снег, если и падал, то быстро превращался в воду. Столбик термометра не опускался ниже отметки минус восемь, а в отдельные дни поднимался до плюсовой отметки. Новый 2019 год они