Жажда войны - Анастасия Владимировна Лик

   - Ты права, - очень тихо сказал Кастор.

   - Максимилиан, а ты, сколько кораблей планируешь отправить к самому Риму? - спросила она и подняла глаза на мужа.

   - Лина, говори ясней, что ты имеешь в виду? - очень недовольно пробурчал он, не сводя глаз с острова.

   - Я просто поинтересоваться, а нужно ли нам такое количество, Рим же будет практически свободен, может часть кораблей отправить к восточному берегу и с трёх точек произвести захват, а не с двух? И Керкиру прикрыть заодно?

   - Максимилиан, а почему ты её раньше на наши советы не приглашал? Мы сколько? Уже неделю совещаемся, а такую дыру просмотрели... - подал голос Валерий.

   - Сам знаешь почему, - недовольно пробурчал он.

   - Да вы просто устали, - улыбнулась Лина нахмурившимся мужчинам. - Целыми днями одно и тоже обсуждать, дело то не лёгкое.

   - Но всё равно, Валерий, Кастор, ваши планы остаются без изменений, а я скорректирую свою схему наступления. Обсуждать это, нет времени, вам пора уже отправляться и собирать армию, Тит на подходе. И Лина, - вдруг повернулся Максимилиан к жене, - я беру с собой Деметрия.

   - Чего? - открыла я рот от изумления.

   - Ты плохо слышишь? Я беру с собой сына.

   - Полководец, ты в своём уме? Он же ещё маленький! - воскликнула Лина громче, чем следовало бы, но совершенно неожиданно рядом с собой увидела яркую вспышку белого света. И по взгляду Максимилиана поняла, что он тоже её увидел.

   Перед ними стояла Афина, как всегда божественно прекрасная с пронзительно зелёными глазами и доброжелательной улыбкой на устах.

   "Ох, не нравится мне эта улыбка".

   Все, кто сидел за столом, напряглись, заметив взгляды Максимилиана и Лины.

   - Лина, Деметрий может отправиться в поход со своим отцом, - пропела богиня, и Лина гневно сжала челюсть.

   - А может быть, это я сама решу? - тихо спросила она и попыталась улыбнуться, но получилось плохо.

   - Нет! - тут же заявил Максимилиан.

   - Полководец, ты можешь взять с собой сына, - покровительственно улыбнулась Афина своему любимому воину, - и жену тоже забери с собой.

   - Я хочу, чтобы она осталась здесь, - поспешил сказать Максимилиан, но увидев строгий взгляд богини, послушно склонил голову, - хорошо.

   Афина удовлетворённо улыбнулась и перевела взгляд на возмущённую девушку, который тут же сменился на строгий.

   - Лина, ты помнишь о том, что не должна вмешиваться в судьбу Алкмены?

   - Помню, - сквозь зубы ответила она, и вдруг всё поняла. Разумеется! Афина отправляет её с мужем в Рим, чтобы она не имела возможности подготовиться к родам Алкмены и как-то помочь ей.

   - Вот и хорошо, ибо результаты твоих действий могут нанести колоссальный вред этому миру, - произнесла богиня и исчезла.

   - О чём это она? - посмотрел Максимилиан на жену.

   - Сам знаешь, - очень тихо ответила она и покосилась на мужчин, сидевших за столом. Они, открыв рты, смотрели на царя Греции и его жену с суеверным ужасом и боялись произнести хоть слово.

   Максимилиан молча вернулся на своё место.

   - Лина тоже поедет со мной, - сказал он всем присутствующим.

   Кастор медленно кивнул, буравя недовольную девушку взглядом.

   - Когда отправляемся? - спросила та.

   - Мы через неделю, а Валерий, Кастор с Лисимахом и Евпатором сегодня, - ответил Максимилиан, вновь надев на себя холодную маску царя.

   - Хорошо, я могу идти?

   - Можешь, - согласился полководец, увидев кивки Валерия и Кастора. - А ты куда торопишься?

   - На тренировочную площадку, - буркнула Лина и поспешила покинуть помещение.

   Быстро вышла из зала и хлопнула дверью. Слишком громко хлопнула, надо сказать, и Максимилиан не смог сдержать вздоха. Почему с этой женщиной всё время возникают какие-то проблемы? Хотя, надо отдать ей должное, её замечание относительно военного плана было весьма уместным, и Максимилиан в очередной раз убедился, что ничего не понимая и засыпая на военных советах, Лина могла заметить или услышать, казалось бы, незначительные детали, но могущие сыграть серьёзную роль в дальнейшем. Так и сейчас... четыре опытных военных полководца, если не считать сыновей Кастора, оставили западный берег Греции открытым. Непростительная ошибка, которая могла бы стать роковой.

   - Валерий, может, всё-таки оставишь Алкмену в Афинах? - спросил Максимилиан уже в сотый раз и посмотрел на македонца. Но судя по его взгляду, он был настроен решительно и намеривался увезти жену и маленькую дочь Фотину обратно в Пеллу, и ничего не желал слышать на этот счёт. Особенно после нападения на Афины римлян.

   Да, та атака стала неожиданностью для всех. Полководец очень опрометчиво оставил столицу Греции незащищённой, забрав всех солдат, и отпиравшись во Фракию. Но Лина каким-то чудом смогла собрать армию по соседним городам, организовать народное ополчение и, будучи беременной, встала во главе и отстояла город. Удивительный подвиг и потрясающая отвага, которые останутся в сердцах народа навсегда.

   Даже приходили прошения от горожан с просьбой поставить Лине памятник, но когда она узнала об этом, кричала так, что все в Афинах и его окрестностях знали, что она против. Мягко говоря.

   - Максимилиан, я хочу, чтобы моя жена была в Македонии, тем более Лина отправляется с тобой, а Алкмене тут одной будет скучно, - холодно сказал он. - Но я оставлю ей корабль, - добавил он уже совсем недовольно и полководец внутренне ухмыльнулся. Да, Валерий мог делать вид, что он холодный и чёрствый, но Алкмену он любил безумно и позволял ей многое. Даже удивительно...

   - Кастор, ты что-то хочешь сказать? - спросил Максимилиан, смотря на таинственную улыбку фракийца.

   - Нет, полководец, - ответил он. - Если разрешишь, я бы хотел проститься с Линой и отправляться в путь. Ты прав, времени у нас действительно мало.

   - Конечно. Она сейчас наверняка мучает очередного солдата