Добить дракона - Яна Ясная

Продолжалось это, впрочем, не долго. Кое-кто живой и деятельный (излишне деятельный и чрезмерно живой, нужно сказать!) вскоре устал от этой размеренности и тишины, и предложил:

— Может, потренируемся? Шед, Милдрит говорила, твоя стихия — Тьма? Давай так: ты создаешь заклинания, Милдрит уничтожает, потом поменяетесь! Я тоже Тьма, подстрахую!

Парни, в отличие от нас, оживились. Шед проворчал что-то вроде “У нас сегодня, вообще-то, выходной от занятий!”, но сам уже встряхивал руки, разминая кисти.

Нет, зря я была недовольна: вышло забавно весело всем, а не только участникам. Алвис в своей ипостаси Эла был столь заразителен, активно подбадривая то меня, то Шеда, и успевая подсказывать и советовать обоим, что мы и сами не заметили, как спонтанная тренировка превратилась в еще более спонтанный турнир, а “зрители” принялись увлеченно поддерживать “участников”.

Шум мы подняли изрядный: мы с Шедом ухали, пыхтели и кхекали, ребята ахали, охали, вскрикивали и шепотом вопили “Дай, я покажу, как надо!”, так что вообще удивительно, что сквозь этот гам мы вообще расслышали срабатывание сторожевого контура, который Ал заставил нас поставить в самом начале “турнира”.

Все замерли. А мы с Шедом, не сговариваясь, четко и слаженно, как на тренировке, выполнили поисковую связку для пары “Тьма-Свет”.

Истинный свет вспыхнул, озаряя кладбище и высвечивая горбатую и жуткую фигуру кладбищенского гуля.

Все замерли.

И в этой тишине отчетливо было слышно, как Тэва выдохнула:

— Мамочки!

Гуль, понявший, что дальше таиться бесполезно, взревел и бросился на нас.

— К бою! — рявкнул Алвис.

“К бою”? А разве он не должен, как преподаватель, нас защитить?!

Пока я отвлеклась, чтобы подумать, Шед и Илька ударили, почти слитно атаковав гуля.

Гуль вильнул влево-вправо, и веерная атака Ильки прошла верхом, а “кулак Тьмы” Шеда — правее, всего-то пропахав твари бок.

Дейв ударил с секундной задержкой, гуль ушел в сторону.

Я лишь на миг оглянулась на Ала, успев заметить, как дрожат руки у Тэвы, пытающейся что-то сплести…

Рывок — гуль ближе. Ощеренные клыки, тягучая слюна в углах пасти, мышцы валунами и синюшная шкура. Все видно лучше, чем на картинке в учебнике нежитиведения.

Рывок! Тварь раскрыла пасть, и сине-черный язык — ковровой дорожкой на пути в пищевод.

И этого мои нервы не выдержали. С боевым кличем “И-и-и-и-и-и!”, я влепила по твари чем-то… Чем-то влепила.

Получилось даже лучше, чем в мертвецкой: в этот раз я оформила силу в заклинание, и корявое подобие “Стрелы”, угодив гулю в морду (мерзкую испугавшую меня морду!), прошило его насквозь и с грохотом снесло одно, два, три, четыре… четыре надгробия. А, нет, три: четвертое только надкололось.

Оглядев картину побоища — туша гуля, изрытый нежитью и заклинаниями газон, осколки черного и розового гранита — Ал цокнул языком и занудным, утрированно наставническим голосом отметил:

— Избыточное вложение сил, адептка Релей…

И, обведя нас всех взглядом, с потрясающе неуместной жизнерадостностью выдал:

— Чего замерли? Валим-валим-валим! Сюда сейчас вся городская стража примчится!

И, подавая нам пример (как и надлежит наставнику), припустил первым — только черная коса в воздухе свистнула.

Как мы бежали! О, Свет и все Предки, я в жизни так не бегала, и, надеюсь, никогда не буду больше так бегать!

Кладбищенскую ограду одолели в один миг — и даже если бы меня Ал не подсадил, уверена, я бы перемахнула ее белкой.

Все же, занятия по физической подготовке не прошли даром!

Короткий забег по ночной столице, невнятная подворотня, исписанная светящимися символами — и в портал обратно мы нырнули с невиданным доселе энтузиазмом.

Вывалились из него под стенами родной академии, и обрушились на траву кто где стоял, пытаясь отдышаться.

Шеду с Илькой при этом еще хватало сил (и дыхания!) делиться впечатлениями:

— Вот это да!

— Ничего себе, сходили погулять!

— Не, ну теперь я понимаю, почему это кладбище такое особенное!

— Боги и все их подручные, ни-ког-да, больше ночью на кладбище ни-ког-да! — стон Тэвы тонул в этом возбужденном галдеже.

— А как я его!

— А я!..

— А как Милдрит!

— Кхм… Милдрит… — некромант и боевичка слегка смущенно оглянулись на меня, распластавшуюся на траве морской звездой (сейчас отдышусь, скину обувь, и этот пункт в Списке тоже можно считать выполненным).

— А зато ты его победила! — Нашелся Шед.

— И не только его! — Поддакнула Илька, но тут же смешалась под осуждающими взглядами друзей и постаралась исправиться. — Ну и Пламя с ними, с этими статуями, восстановят! Посмотри лучше на это все с положительной стороны: нас не сожрал на кладбище гуль — раз, нас не сожрет за всё это ректор Эйнар, потому что ничего об этом не узнает — два! Вот видишь, сразу два плюса!

И смолкла.

— Милдрит, ты что, плачешь?

— Фифа, да не переживай ты так, было бы из-за чего, восстановит столица все разрушения, это ж городская достопримечательность, ты чего!

Но я не слушала их.

Уронив ладонь на лицо, я безудержно смеялась.

Как же, “ректор Эйнар не узнает!”! Да я спорить готова, что этот мерзавец и проходимец, он же наставник и любовник, завтра же своему приятелю сам всё расскажет!

Ал уселся на траву рядом со мной и аккуратно приподнял мою голову и уложил ее себе на колени.

— Ребят, вы идите, наверное, — обаятельно улыбнулся он, грызя травинку. — А мы с Милдрит еще немного погуляем.

Иллирия было собралась возмутиться, но ее перебил Дейв, с кряхтеньем, как старик, поднимающийся с земли:

— Надеюсь, это будет не столь… насыщенная прогулка?

— Обещаю.

— Пойдемте, в самом деле, — поддержала эту идею Тэва.

Я дождалась, пока они скроются за воротами академии.

— Ты знал про гуля!

Ал перегнал травинку из левого угла губ в правый:

— Конечно, знал. Я же сам его туда притащил!

— Что?! — я возмущенно приподнялась с его колен.

Но этот… дракон лишь невозмутимо пожал плечами:

— Ну, а что! Если уж свидание заменилось на экскурсию для сборной группы адептов первого витка, пусть вам хоть польза от нее будет!

— А как же защита кладбища, о которой ты так распинался?.. — я растерялась.

— А я ее немножко сломал

— ?!!!

— Да ладно, я все равно терпеть не могу главного столичного некроманта.

— Признавайся, ты надеешься оставить преподавание и занять его место! — Я обвиняюще рухнула обратно Алу на колени.

— Упаси Тьма! — вполне достоверно ужаснулся Алвис. — Вовсе нет, моя к нему неприязнь совершенно бескорыстного свойства! Кстати, а из вашей Иллирии отличный боец выйдет: почти