Измена. Няня для мужа - Саша Киндер

Я не сдержала улыбки.

— Я тоже хочу девочку, — прошептала для него.

— Так, — остановил себя и меня он, — теперь я начинаю радоваться, Долли. Не… вселяй в меня хорошие надежды, они имеют свойство не сбываться.

Мои губы накрыли его. Когда я успела так к нему привыкнуть?

— Тогда, — прошептала, — ты всё-таки рад?

— Если ты не будешь болеть, то я буду самым счастливым на свете, — ответил мне Эксаль».

А в настоящее время мы всё ещё стояли близко друг к другу и молчали.

— Вы болели? — решила спросить судья у меня.

Я помотала головой.

— Вообще нет, — улыбнулась, — Холли только заставляла меня много есть. Я… растолстела на десять килограмм и… до сих пор не смогла сбросить.

— Всего десять? — удивилась судья, — как же странно вы иногда видите мир, истец.

— А я говорил, что ты лишь перестала быть тощей, — кивнул Эксаль.

Я была с ними не согласна. Тощей я была до тех пор, пока меня Альба не раскормила.

— То есть беременность пошла вам на пользу? — кивнула судья, — а вашей семье?

— Она была фарфоровой статуэткой, — раздался голос Альбы от дверей, — Карина, милая, будь добра — вернись и посиди с Хьюго, пока мы будем решать проблемы здесь.

Она медленно и гордо прошла мимо рядов кресел, цокая каблуками и с поднятой головой.

Оглянувшиеся к ней те, кто был в зале, молча напряглись. Альба возвышенно дошагала до стойки Эксаля, который он стоял у моей, и оскалилась:

— Добрый… вечер, да, — она кивнула важно, — уже вечер, Долорес. Ты потратила целый день всех присутствующих из-за собственной прихоти. Ничего не меняется.

— Мы договаривались, мама, — скрестил руки на груди Эксаль, — и ты помнишь до чего мы дошли. Будь добра — выдай своё признание, которое поведала мне, и мы поедем домой.

Альба дернула щекой.

— Ваша честь! — она даже не посмотрела на сына, — я та единственная, кто будет говорить в этом зале правду.

— Так давайте, свидетель, — сощурила глаза судья, — мы все ждем. Пожалуй, я задам вам несколько вопросов, — она кивнула, — как складывались ваши отношения с истцом?

Альба медленно повернула голову ко мне.

— Замечательно, — улыбнулась она, — те два года… с половиной, когда в ней ещё теплилось уважение ко мне, помимо… адекватности.

— Мама, — поджал губы Эксаль.

— За несколько последних лет я четко уяснила один факт, — пропела Альба, — беременность ужасно меняет женщин! Только представьте какие изменения произошли с моей юной и кроткой невесткой.

— Вы сами мне сказали… — начала было я.

— Ах! Вот оно! — перебила меня Альба, — слышите? Эта наглая манера влезать в чужой разговор, когда её не просят.

Судья нахмурилась.

— Продолжайте, истец, — покачала головой она, — у вас есть возражения?

Я кивнула.

— Вы сами говорили мне, чтобы я не молчала, — напомнила ей, — чтобы я высказывала вашему сыну, если он делает что-то, что мне не нравится.

— М, — усмехнулся Эксаль, — то есть этим занимался не я один, — смешок от него, — тогда чего ты хочешь сейчас, мама?

Альба скривилась.

— Я хочу вашего развода, — она высоко приподняла подбородок, — это первое здравое желание от твоей жены за последние месяцы, — она поймала его злой взгляд и решила объяснить, — вы ужасная пара! Вы ссоритесь!

— Последний месяц и только из-за тебя, — кивнул Эксаль.

— У вас огромная разница в возрасте и уме! — снова женщина.

— Вас не смущало это, когда вы сводили их, — хмыкнула судья.

— Девушка имеет откровенные беды с… головой! — фыркнула Альба, — она выдумщица и… имеет огромную склонность лгать! Я… — она смешно вытянула лицо, — я их не сводила.

Мы с Эксалем и Робом посмотрели на неё с сомнением. Она не смутилась!

— Назовите это как вам хочется, но именно из-за вас они стали парой, — ответила судья, — по крайней мере так быстро.

Альбе было плевать, она качала головой, как бы говоря этим, что все мы врем.

— Долорес нужны только его деньги, — подалась вперед женщина, — вы сами слышали из какой семьи и места я её подобрала. Вот и подумайте, насколько сейчас горят её глаза, когда она думает об обогащении за наш счёт!

— За мой, — поправил её сын, — и никто никого не подбирал, — он был зол, но сдерживался, — и у самой Долли крайне мало понимания сколько и чего она может получить, — он усмехнулся, — дом, в котором мы живем, полностью принадлежит ей, а она отказывается от него. К чему тогда это говорить?

Альба покачала головой.

— С компании она получит больше! — обрадовалась догадке она.

— Вообще нет, — ответил ей Эксаль, — тут большая сумма сразу, а там много небольших и раз в какое-то время. Такая себе идея.

Я ничего не поняла. Муж медленно пробрался к моей ладони, сжав пальцы и улыбнувшись. Теперь мы стояли, держась за руки.

— Это ты ничего не понимаешь, — рыкнула Альба, — а вот я верю своей дочери больше, чем этой… бессовестной!

— Насчёт чего? — наклонилась из-за Эксаля я.

Он мне её загораживал.

— Невинная девочка оказалась совсем не невинной! — объяснила мне со смехом женщина.

— Вы сами-то себе верите? — судья переводила взгляд с меня на свекровь, — она своего мужа стесняется, с которым была в отношениях два года.

Я поджала губы.

— Я его не стесняюсь, — пробурчала я.

— Да-а? — хихикнул Эксаль, — приедем домой и мыться отдельно ты больше не будешь.

Я вспыхнула! И начала мотать головой.

— А всё! — был счастлив мужчина, — первое слово. Всё-о!

Забрала у него руку и отвернулась. Он оставался довольным.

— Факты измены говорят сами за себя, — напомнила о себе Альба, — и… да, дорогой, прости меня за это, но… я должна быть честна с судом! Поэтому, ваша честь! Мой сын изменял, продолжает и сто процентов будет продолжать изменять своей… надеюсь бывшей жене! Я свидетель.

Эксаль отвлёкся от меня и полностью повернулся к своей матери.

— Например? — он скрипнул зубами, — мама, у нас был разговор. И я сообщил тебе, что я тебя за это не прощу.

В её глазах что-то мигнуло, но тут же исчезло.

— Я бы не стала… — начала она.

— Врать? — хмыкнул Эксаль, — но именно это ты делаешь. Что ж, я тебя услышал и воспринял, мама.

Он повернулся ко мне всем телом и уставился куда-то в противоположную стену, пока глаза женщины бегали.

— И что ты сделаешь? — выдохнула она.

— Вы так и не сказали, когда именно стали свидетелем измены вашего сына, — напомнила судья.

— Да погодите вы, — отмахнулась Альба, — с-сын?

Ей было страшно.

— Ты же понимаешь, что разведи ты нас, то моё решение не