Психиатр для магов - Марина Королёк

— Береги себя, родная, я скоро вернусь за тобой, — прошептал он.

— И ты береги, — сказала в ответ и погладила по волосам.

О шалой ночи я ничего не стала говорить, я и так запуталась в своём вранье, а пришлось бы придумывать ещё одну небылицу. Граф скажет, если посчитает нужным.

Нас подвезли к дому. Все торопились, лошади томились в предчувствии дальней дороги. Только Адриан спешился. Он поцеловал меня в губы, я уткнулась носом в его шею, нежась в крепких руках, вдохнула его солнечный аромат запоминая.

Наш багаж выгрузили, карета покатила по улице.

Морика с Маркусом махали нам из окон.

Адриан запрыгнул в седло, поднял руку и поскакал за экипажем.

Мне почему-то казалось, что вижу их в последний раз.

Экзамен неожиданно перенесли на две недели, и я ещё с бо́льшим усердием погрузилась в изучение книг, которые лор Фуртис любезно предоставил.

В доме практически ничего больше не происходило. Пациентов не было, рук, ног, голов не отрастало.

В госпитале тоже не было неожиданностей.

Я бы наслаждалась передышкой, если бы не ощущала растущего внутри напряжения. Без Бони в доме стало совсем тихо. Даже Липу мы чаще всего видели сидящую у окна и печально повесившую ушки.

Я несколько раз пыталась связаться с Дроком, но он не отвечал.

Через три дня Адриан по кристаллу сказал, что они доехали, попросил не волноваться и сразу же отключился.

Я приняла окончательное решение, когда он приедет, я расскажу ему о себе всё. И будь что будет.

День сдачи экзамена на звание лекаря был особенно жарким. С раннего утра палило нещадно солнце.

Курт напросился со мной в палату лекарей, шёл рядом и прикладывал холодную флягу к разгорячённому лбу.

В здании было прохладно.

Несколько студиозусов тоже сдающих экзамен судорожно штудировали учебники и поглядывали на меня настороженно.

Лор Фуртис, чтобы не мучить, пригласил меня в аудиторию первой.

Сначала мне предстояло ответить устно на пять теоретических вопроса, потом все студиозусы отправились в госпиталь. Там мы должны были обследовать недавно поступивших, записать на специальном бланке диагноз и протокол лечения. Ещё одного пациента мене дали, чтобы я провела нехитрую операцию по вскрытию фурункула и последнее, самое психологически сложное — нас повели на вскрытие тела. Каждый должен был понять и записать причину смерти.

На последнее испытание зрителей тоже пускали, Курт позеленел, но держался, нескольких студиозусов стошнило.

Один просто отказался от испытания.

А я сдала.

Я думала, мне выдадут диплом, но на запястье мне поставили золотую метку лекаря, эмблему птицы.

— Хоть у вас, лора Преока, и нет своей магии, но метка позволит вам собирать магию, рассеянную в воздухе, и использовать в вашей работе. Так что вам придётся пройти курс по лекарской магии и выучить ряд магических формул. Советую вам прямо сейчас пода́ть заявление для зачисления на факультатив.

Он вручил мне небольшую золотую карточку.

— Это официальная лицензия лекаря на год, если всё в вашей карьере сложится хорошо, можно будет попытаться продлить её в следующий раз на три года.

Я поблагодарила.

Мы вышли на улицу, чувство опустошённости накатило внезапно. Я так давно этого хотела, даже были моменты, когда мечта казалась неосуществимой, но неожиданно она практически сама пришла ко мне в руки.

Или уставшее изменённое сознание мне всё это так представило?

Нет, это ощущение не было синдромом самозванца, просто все три года мне казалось, что это очень сложный, почти непреодолимый рубеж, а стоило этим серьёзно заняться, нашлись и способы, и вполне приемлемые решения.

Правильно у нас говорят, глаза боятся, а руки делают, просто иногда нужно шагнуть в непроглядный туман, чтобы он рассеялся и показались очертания того, что в нём было скрыто.

Да, я все эти три года попаданства училась и практиковала, а благодаря земному багажу порой даже больше знала, чем многие лекари, но я была уверена, что придётся выгрызать у этого мира право оставаться собой.

Курт сказал, что даже не сомневался, что так и будет.

Мы почти дошли до Линстрит, и я решила ещё раз попытаться связаться с Адрианом, чтобы поделиться приятной во всех смыслах новостью, когда нас стали окружать незнакомые люди. Хотя нет, одного мы знали, а с ним, скорее всего, были наёмники.

— Ба, смотрите-ка кто здесь! Подстилка Дрока!

— Сиплый Скив! Так вот кто крыса, — прошипел Курт, — и за сколько продался?

Но мужчина не ответил, только рявкнул:

— Взять!

Кристалл бросила на землю, рванула на себя Курта и сжала в кармане кристалл переноса ровно тогда, когда над нами взорвался шарик с гимнусом.

Сработал ли кристалл, я уже не видела, потому что сознание отключилось молниеносно.

Только в голове промелькнула мысль: «Эту дрянь надо запретить».

Голова болела нещадно, отдалённо слышались чужие голоса, но мозг не хотел их различать.

— Лида! — вклинился в мешанину звуков и хаотичных образов знакомый голос.

Я застонала.

— Лида, юхр тебя подери! Да приди ты в себя!

Я попыталась разлепить веки, надо мной расплывалось чьё-то лицо.

— Слишком много дали гимнуса, — пробормотал рядом мужчина в очках.

— Лида, давай, я вижу, что ты приходишь в себя! Постарайся, девочка!

— Где Курт? — прохрипела я.

— Он здесь, не переживай, практически весь гимнус попал на тебя.

— Ты жив! Это хорошо, — прохрипела я, — Мы тебе звонили.

— Что делали? — мягко уточнил Дрок, подхватывая с пола на руки и перенеся на диван.

— Пытались связаться с тобой по кристаллу.

— Я просто был немного занят, — улыбнулся король воров, — твой жених и твоим приятелем пытался меня найти и убить.

— Звучит так себе, — пробормотала я и попыталась сесть. — Насколько я знаю, это был указ короля. Все живы?

— Я знал, что ты огорчишься, если с ними что-то произойдёт, пострадала только их гордость.

Я искренне поблагодарила его и крепко обняла.

— Что с оборотнями?

— Я лишил их альфу силы. Теперь у него нет власти над стаей.

Он аккуратно помог мне сесть на диван.

— Только не говори, что ты стал новым альфой.

Дрок развёл руки в стороны и пожал плечами. Словно говоря: оно само так получилось.

Взял ладонь и стал массировать пальцы, от большой дозы гимнуса немели конечности и мы всё это знали.

— Как Анрис?

— Сын недавно связывался со мной по кристаллу, сказал что с ним всё в порядке. Где он, я не знаю. Ты же знаешь, если что-то у него происходит, он приходит ко мне, когда всё становится совсем плохо. Правда, пообещал, что будет осторожен, — с лёгкой грустью сказал король воров.

Лекарь накапал в маленький стаканчик