Резервация монстров: Одна среди них - Тая Ан

– Это за все, – я поцеловала его потеплевшую ладонь и снова прижала ее к своей щеке. Длинные пальцы дрогнули, коснувшись кожи. Я закрыла глаза и нежно потерлась о свою добычу, как кошка, едва не мурлыча, наслаждаясь стекольной гладкостью и теплой пульсирующей тяжестью нечеловечески сильной руки человека, который сейчас боялся пошевелиться, превратившись в статую, чтобы тоже не спугнуть невероятный момент. А я пока не могла отпустить, ровно как и стереть со своего лица блаженствующую улыбку.

Распахнув веки, я вгляделась в его лицо, боясь увидеть иную реакцию. В ответ мужчина пронзил меня вдумчиво серьезным изменившимся взглядом буквально на пару секунд, затем сильная рука, прижатая к моему лицу, вдруг ожила, и скользнула на затылок. Ктиаран прижал мою голову к своей нечеловечески твердой груди, надежно зафиксировав в объятиях все остальное. Я выдохнула от неожиданности, и почувствовала тяжелые быстрые удары его сердца совсем рядом, затем плавно потянулась вверх, обняв его за шею. Мы будто сплавились в одно целое, плотно прижавшись друг к другу, закрыв глаза и слушая лишь ритм биения наших сердец и шепот сдерживаемого дыхания. И казалось, что так и должно было быть. И я желала бы стоять так долго долго, если бы не свербело где-то в груди нетерпеливое желание чуть большего. Но, даже стоя на носочках, я была ниже этого чешуйчатого мужчины почти на полторы головы, поэтому привлекла его внимание, слегка пошевелившись. Он ослабил хватку. Освободясь из железного обруча рук, и, игнорируя молчаливый вопрос, я забралась с ногами на ближний стул, и притянула его обратно. Теперь мы сравнялись.

– Знаешь, мне кажется… – Торжественно начала я шепотом, глядя в его искрящиеся глаза. Он недоверчиво улыбнулся, и снова сквозь дымку реальности проступил смуглый зеленоглазый мужчина с ямочками, заигравшими от улыбки на его щеках. И не дал мне договорить.

От него вкусно пахло яблоками и какао, а еще немножко сырниками и чем-то родным, тем, что могло принадлежать только тому настоящему единственному мужчине и больше никому.

Как будто еще не поверив до конца, едва касаясь, он осторожно коснулся моих губ своими так, словно мои были самым редким и драгоценным источником в мире, сжимая тело в кольце могучих рук до потери дыхания. А мне казалось, что нужно еще крепче. Наши сердца колотились почти синхронно, выстукивая схожий в своем сумасшествии ритм. Если бы не его объятия, мои ноги давно бы перестали держать свою опьяневшую обладательницу. Я что есть силы сжимала, с восторгом ощущая подрагивающими руками гладкость и каменный рельеф его могучих плечей и львиную шею, открываясь навстречу властным губам, и сердце заходилось в пьянящей радости: Оказывается, он не только шикарно готовит, но и шикарно целуется!

Казалось, шли часы, пока мы тонули в этих новых для себя ощущениях, задыхались, теряясь в некой бешеной эйфории, и единственным желанием, мелькающем в мозгу, было никогда не останавливаться. Если бы не одно но.

На краю сознания я уловила некий глухой звук. Мой чешуйчатый мужчина его тоже, видимо, услышал, поэтому он слегка отстранился, чтобы прислушаться. И тогда уже громче, совсем рядом с нами, брезгливо раздалось:

– Фу!

Мы синхронно оглянулись на источник звука. Ктиаран выглядел раздосадованным, а я вытаращила глаза на единственное существо, сидевшее на кухонном столе и разглядывающее нас с выражением крайней неприязни на острой мордочке.

– Фуня? – Выдохнула я, – Ты разговариваешь?!

– Он разговаривает! – Это я уже сообщила, обращаясь к Кти.

– Да, – отозвался мой полуящер с сожалением, – порою его не заткнешь. Особенно тогда, когда следует молчать.

И он сделал страшные глаза в сторону мелкого вредителя. Тот невозмутимо встряхнулся, и цапнул пряник из общей тарелки.

Я следила за зверьком с чувством крайнего изумления. Пряник явно был больше его головы.

– Но… Как же это? Вы знакомы?

– Мое изобретение, – виновато улыбнулся Ктиаран, не разжимая объятий, в связи с чем ясно мыслить было довольно проблематично.

– Изобретение?

– Ну да, искусственный разум в теле животного.

– Сам ты искусственный, – нахально отозвался писклявый голос со стороны стола. – В теле ящерицы.

Кти подавил сокрушенный вздох и улыбнулся.

– Это опытный образец, но в процессе что-то явно пошло не так. Почти не слушается, гуляет сам по себе, жрет всякую дрянь.

Да уж.

– Что же ты раньше молчал? – поинтересовалась я, – стеснялся?

– Было бы о чем с вами говорить. – Это в мой адрес. – Чем кормишь, то и ем, – Это уже Ктиарану, – причем довольно ворчливо и с набитым ртом, отвлекаясь от поедания шоколадной выпечки. – А заболею, вылечишь, ты изобретатель или где?

– Фуня, да? – улыбнулся Кти, – ему идет, что скажешь, Фуня?

– Для вас Фуниан, – с достоинством поправил тот, неодобрительно оглядываясь на своего создателя.

Мы переглянулись и едва сдержали рвущийся наружу смех, чтобы не обидеть мелкое мохнатое величество. Кти, не отрывая взгляда, погладил мою пылающую щеку своей прохладной рукой.

– Когда прохрюкаетесь, так и быть сообщу важную новость.

Смеяться расхотелось. Также нехотя пришлось отстраниться друг от друга, и вернуться за стол. Подтянув чуть сползшую простыню, я разлепила ноющие губы и поинтересовалась:

– Какие новости, Фуниан? Будь так добр, сообщи нам.

Тот уставился на меня крошечными глазками бусинками, заподозрив было сарказм, но ничего подобного не разглядел и милостиво кивнул:

– Минуту назад Шахриан прислал сообщение, что они ждут вас в седьмом квадрате через час. Для переговоров.

Мы переглянулись. Полуящер скептически скривился.

– А позвонить они нам не могут? – Жалобно протянула я.

– Не нравится мне это, – отозвался Кти, постукивая когтями по столешнице. – С одной стороны, они не знают точных данных для связи, с другой это не повод заманивать на очную встречу.

– Заманивать, вот именно, – согласилась я. – Что им от нас…от меня еще нужно?

Может, я всетаки была права по поводу заварки из костного порошка?

– А если самим позвонить?

– Нет, – полуящер сразу же отмел мою идею, – Так они смогут вычислить наше местоположение, и опять придут шатать наш дом. А третьего пока нет.

– Тогда может просто послать их подальше? – На мой взгляд, это был бы идеальный вариант, если бы только удалось затолкать мысли о поломанной дружбе и определенной недосказанности в дальний ящик разума и забыть.

– Хорошая мысль.

–