Единственный - Мария Летова

Артур обменивается с Рафой уже привычными мне приветственными жестами, когда эстафета переходит ко мне, я тоже здороваюсь — позволяю обнять себя за плечи и сама обнимаю парня за талию, громко говоря на ухо:

— С днем рождения! Я без подарка… я не знала…

— Спасибо, — посмеивается. — Подаришь мне что-нибудь в следующем году…

Его слова больно колют, ведь та реальность, которая надвигается на меня с бешеной скоростью, не дает гарантий, что мы вообще когда-нибудь снова увидимся.

В слепой потребности я бросаю взгляд на Артура, который наблюдает за нами, потирая большим пальцем бровь.

Сдерживая частое дыхание, тихо отвечаю:

— Договорились.

Рафа разжимает руки, не забыв потрепать волосы у меня на макушке.

Мелькание белоснежного воздушного силуэта за его спиной, как чертов магнит, снова притягивает мой взгляд. Я заметила этот силуэт сразу, как вошла. Слишком уж он выделяется.

Если бы у меня остались хоть какие-то соцсети, я, возможно, уже знала бы имя этой блондинки, но не судьба!

Она здесь, ее наряд — полупрозрачное платье с дико красивой и нежной вышивкой, и все это выглядит, как вторая кожа. Белоснежные волосы собраны в высокий хвост, на ногах — серебряные босоножки на шпильках. Если бы шпильки надела я, была бы почти вровень с Артуром, ведь ростом меня природа не обделила, поэтому смотреть на эту девицу снизу вверх мне никогда не придется. Тем не менее она слишком красивая, чтобы мой рост рядом с ней имел хоть какое-то значение.

В отличие от меня Палач к ее присутствию полностью равнодушен, даже несмотря на то что она извивается в танце посреди гостиной и стримит себя на телефон.

Артур снова ловит мою ладонь и ведет к барной стойке вслед за Рафой. Там в четыре ряда выстроились шоты, и на каждом висит долька лайма.

Взяв со стола бутылку текилы, именинник разливает ее по шотам, предлагая:

— Бахнем?

Кивнув, я хватаю крайний шот, но вокруг запястья смыкаются пальцы Артура. Склонив ко мне голову, он тихо и назидательно говорит:

— Может, не надо? Ты голодная вроде. Убьешься.

Возможно, именно это мне и нужно, чтобы сбросить напряжение, которое приканчивает уже целые сутки, но такой сценарий ему явно не по душе. Он хмурит брови, глядя то на меня, то на чертов шот.

— Все последствия под мою ответственность, — копирую его излюбленную позицию.

Даже щелкнув его по носу своими словами, понимаю, что проиграла, когда, после недолгих раздумий, он усмехается и бросает:

— Окей.

Выпускает мое запястье, но только для того, чтобы сорвать с шота лайм и зажать дольку губами…

От нагловатой развязности, с которой Артур Палачёв предлагает мне использовать себя в качестве закуски, в животе происходит кульбит.

Музыку прорезает свист. Его источник прямо за моей спиной, поэтому понимаю, кто это свистит. Рафа.

— Горячо, — смеется.

Уголки губ Палача ползут вверх, в глазах — веселье. Подавшись вперед, склоняет ко мне голову, и я чувствую непреодолимый голод в своих собственных губах. Опрокинув в себя шот, ставлю рюмку на стойку и до того, как текила успевает поразить все рецепторы, обнимаю Палача за шею.

Наши губы соприкасаются, когда он передает мне лайм. Едва уловимо соприкасаются, но этого достаточно, чтобы с ног до головы меня обдало жаром.

Сдавив лайм зубами, выдавливаю из него сок и быстро избавляюсь он дольки. Бросаю ее на столешницу и возвращаюсь назад, к губам, которые ждали этого. Они приоткрыты, и наш поцелуй… сумасшедше глубокий…

Артур давит ладонью на мой затылок, второй рукой сжимая талию. Сплетает язык с моим, заставляя весь мир погаснуть.

Все мысли.

Остаются только ощущения. Неповторимые, настоящие, горячие. Как и его вкус. Уникальный, невозможно приятный!

Проклятая текила…

Я дрожу, когда разъединяем губы. И чувствую себя невесомой. А он шумно дышит, соединив наши виски.

Глава 57

Мне нужны эти минуты, чтобы пережить сбивающее с ног головокружение. Оно результат коктейля, который врезал по голове, — поцелуй, помноженный на текилу.

Меня будто выбило из тела, до того этот коктейль сумасшедший!

— Ого… — выдыхаю.

Рука Артура на моей талии напрягается, ведь я собиралась свалиться.

— Говорил же, — бормочет он.

Я чувствую, как стучит его сердце, но сильные удары не способны отвлечь внимание от того толчка, который ощущаю животом. Он заставляет меня всхлипнуть, ведь теперь тело точно знает, что такое секс.

Я поднимаю голову не раньше, чем в глазах перестает троиться. И не раньше, чем мир вокруг возвращается на место, вместе со звуками и людьми.

Артур будто этого и ждал. Заглянув в мое лицо, обводит его взглядом, я же вижу, что из его глаз веселье как ветром сдуло. В них снова эта пронзительная вспышка, которая возвращает меня с небес на землю. Напоминает о том, что завтра будет новый день, но это падение смягчает заполняющая мозги легкость. И теперь я выпитому шоту благодарна!

— Попрощайся, — кивает он мне за спину.

Обернувшись, я вижу Рафу, который смотрит на нас с ухмылкой. На нас смотрит не только он, но теперь все лица для меня — сплошной кисель. Я успеваю взмахнуть рукой и произнести «пока» одними губами, на что именинник прикладывает к плюшевой шапке два пальца и салютует.

Мы уходим. Или сбегаем, ведь на размеренную прогулку до лифта это не похоже. Сплетя наши пальцы в замок, Артур тащит меня за собой по мраморному коридору этажа, и хоть я чувствую бурлящее в Палаче напряжение, позволяю текиле и дальше дурманить голову.

Мотор заходится ревом, когда «Ауди» увозит нас с подземной парковки. Я прошу не включать кондиционер и полностью опускаю стекло со своей стороны. Моей прическе сегодня не повредит даже ветер, который играет в волосах и швыряет их в лицо. Я наслаждаюсь этим ветром, как свободой, и, высунув из окна руку, ловлю порывы ладонью.

Смеюсь, глядя на проносящийся мимо город.

Артур добавляет скорости, и в этот раз я не против. Мы петляем узкими улочками, пока не паркуемся напротив знакомой пиццерии. Той самой, в которой провели наше первое свидание.

— Посиди, — объявляет Палачёв. — Я быстро.

Через лобовое стекло я наблюдаю за тем, как он трусцой перебегает улицу и скрывается за дверью кафе. Пять минут спустя появляется снова, неся в руках две большие коробки с пиццей и пакет с напитками.

Артур забрасывает все это в багажник, но запах все равно распространяется по салону и заставляет желудок захлебываться. Когда снова занимает водительское место, вяло спрашиваю:

— Куда мы?