Замкнутый круг - Мария Чепало

Было непривычно снова видеть его, говорить с ним. Трепет отзывался в моих руках нервной дрожью, будто я и правда встретился с отцом.

— Образумился наконец-то и решил вернуться? — улыбчиво спросил мой бывший начальник.

Истеричный смешок вырвался из моих уст, но я собирался поговорить с ним о том, что совершенно не смешно.

— Я бы и правда хотел вернуться, но прежде всего позвал вас, чтобы просто поговорить.

— Поговорить? И о чем же?

— Вы знаете, что были для меня самым близким человеком, — я усмехнулся — это было защитной реакцией моего организма на серьезные разговоры. Игорь Николаевич принял озабоченный вид, сомкнув широкие брови. — И в какой-то мере даже заменяли мне отца.

— Очень лестно это слышать, Леша. И ты был мне близок. Я до сих пор считаю тебя одним из лучших людей в своем окружении.

— Ну, это вы поспешили с выводами.

— Нет, я всегда так считал и продолжу считать, несмотря ни на что.

— А если я скажу вам, что занимался не совсем законными делами после ухода с работы? Точнее, совсем незаконными.

Он попереминался на стуле, обдумывая сказанное, и многозначительно почесал ухо.

— И чем ты занимался таким, что я должен перестать считать тебя хорошим человеком?

Я наклонился к нему поближе и совестно опустил взгляд в стол. Наверное, даже покраснел.

— Занимался частной слежкой, пренебрегая законами, — шепнул я.

Затем я отклонился обратно и принялся залпом пить уже остывший кофе. Когда Игорь Николаевич переварил услышанное, то наклонился ко мне точно так, как я сделал это пару минут назад, и так же прошептал:

— Все когда-нибудь оступаются, Леша. В этом ничего зазорного нет.

— Но… Вы не поняли, я делал такие вещи, за которые честные люди сидят.

Он глубоко вздохнул, заглядывая прямо мне в душу. От такого взгляда по мне пробежались мурашки.

— Главное, ты понимаешь свою ошибку, признаешь ее и раскаиваешься. Ты ведь раскаиваешься?

Я поспешно кивнул.

— Ты же знаешь наши «справедливые» законы — не пойман, не вор. И если ты думаешь, что твое признание позволит тебе отлынивать и не возвращаться на работу, то глубоко заблуждаешься.

Он ехидно улыбнулся и подмигнул мне. Сердце пропустило удар.

— Ты ведь никого не убил?

— Нет.

— Ну и хрен бы с этим! Давай, возвращайся.

И я почувствовал, как отцовская поддержка разливается теплом по моим венам.

XXIX. Последствия

Лика смотрела как пожарные снимают шланг с машины, в ушах гудел шум голосов, криков, встревоженных вздохов и череда ее собственных мыслей. Из пожара ее выволокли под руки, легкие горели от попавшего в них дыма, глаза полны слез. Будь ее воля, она бы так и сгорела там заживо, не шелохнувшись.

Первое время она была в прострации — внутренний голос перекручивал внутри столько информации, что она не успевала ее осознать, а потому Лика предпочла не думать ни о чем вовсе. Врачи ее осмотрели и отпустили домой, только вот она не знала куда идти. Вернуться в дом Артема было бы странно, пойти к матери — той нельзя нервничать. Врачи подходили к Лике и сообщали о состоянии ее мужа, но она так и не смогла навестить его. Поэтому после случившегося она всю ночь бесцельно шаталась по городу, избегая желания сворачивать в сторону своего кафе. Если она увидит разруху, произошедшую с ее детищем, то уже окончательно сойдет с ума.

Лика очнулась, когда начало светать. У нее невыносимо болели ноги, и она поняла, что прошла не меньше двадцати тысяч шагов. Солнце медленно высовывалось из-за горизонта, а небо наполнялось его светлыми красками. Лика помнит, как любила в детстве встречать рассвет, но на этот раз он не принес ей радости. Наоборот, он служил сигналом — пора что-то делать.

Все же она вернулась домой, там ее встретила Наталья. Лика сказала ей, что на сегодня она свободна, а день будет оплачен как рабочий. Домработница было открыла рот, чтобы узнать, в чем причина такой щедрости, но отметив, в каком состоянии была сейчас Лика, решила промолчать. Лика поднялась в свою комнату, упала замертво лицом в подушку и тут же провалилась в глубокий сон без сновидений до самого вечера.

Всю следующую неделю она так и не решилась навестить Артема в больнице. Ее сил хватило только на один короткий звонок, где ей сказали, что состояние мужа стабильно тяжелое, без улучшений. Наталья же наоборот, как только узнала, что Артем Васильевич при смерти, убежала к нему в тревожных чувствах. Воспользовавшись подвернувшимся моментом, Лика собрала свои вещи, которых было не так уж много — документы, чуть-чуть одежды, косметика и телефон с зарядкой — все вошло в одну дорожную сумку. Ухмыльнулась от мысли, что за пять лет брака она может уместить все свои пожитки в такую крохотную сумку, и ушла из дома.

Ее встретила мама чуть ли ни в обморочном состоянии. Они долго-долго говорили и наконец Лика призналась во всем. Что вышла за Артема ради нее, что он ее никогда не любил, что поднимал руку, обрезал все карьерные возможности на корню, был настоящим деспотом и эгоистом. Мама слушала это и капала корвалол в стакан с водой, осушала его, а затем снова капала. Неозвученным осталось только то, что Артем нанял частного сыщика, чтобы тот изобличил Лику в «измене», да и в целом имя Леша не звучало из ее уст. Оно крутилось где-то в подсознании, но она упорно игнорировала его присутствие, запрела на десять замков и предпочла сделать вид, что его не существует. И никогда не существовало.

— Помнишь, у папы была сестра? — спросила Лика как-то на неделе, обдумав план, который пришел ей в голову на днях.

— Конечно.

— Вы с ней не общаетесь. Почему?

— Это долгая история. Просто так сложилась жизнь. Она вышла замуж за человека, который нас презирал и промыл ей мозги, поэтому и разругались. Тебе тогда годик был или два.

— Мам, — Лика взяла старушку за руку и нежно погладила большим пальцем. — Нам надо уехать из этой квартиры.

— Почему!? — встревожилась мать. — Ты что-то скрываешь? Все еще?

— Нет, не скрываю. Я не хочу, чтобы Артем нашел нас, если очнется. Не хочу, чтобы нас с тобой вообще кто-либо нашел. Давай уедем. Давай помиримся с тетей и попросим у нее помощи? Давай?

Мама еще какое-то время отпиралась и требовала рассказать правду, но в конечном итоге поверила дочери, но на согласие ушло немало сил.

Собирая вещи, Лика прихватила кредитку Артема,