Чужие берега - Валентина Гринкевич

Но Адриан опять бросился в бой, не давая противнику передышки. Они кружились, сталкиваясь вплотную и отступая на несколько шагов, нанося и отражая удары. Мы же стояли неподвижно, вжимались спинами в стены, чтобы освободить им как можно больше пространства для маневра. Не в силах оторвать взгляд от их завораживающего смертельного танца.

Внезапно резкий, короткий звон разбивающегося стекла вырвал меня из оцепенения. А следом раздался громкий нечеловеческий вой пленницы. От ужаса и безысходности этого вопля меня мороз пробирал по коже, а на лбу выступил холодный пот.

Адриан случайно или намеренно набалдашником меча с размаха ударил в волшебное зеркало, и то разлетелось по полу острыми серебряными осколками. Удивительно, что оно и так продержалось столько времени и его не побили в первые же секунды боя.

Выла и рыдала о своей утрате дочь вождя, а я не сводила взгляда с длинного, острого осколка, прилетевшего мне под ноги. Острого, длинного… серебряного…

Повинуясь внезапному порыву, совершенно не отдавая отчета в своих действиях, я наклонилась и подняла кусок стекла. Он резал мне пальцы, но я не обращала внимания ни на боль, ни на кровь. Улучила момент и кошкой кинулась к настоятелю. Он совсем не ожидал нападения с этой стороны, даже не успел обернуться. А я резко, со всей силы, вонзила осколок волшебного зеркала в полоску незащищенной кожи на его шее.

Короткий, сдавленный рык, и я увидела, как вампир с искаженным от боли лицом падает на пол. Шею его рассекала глубокая рваная рана, из которой торчал осколок волшебного зеркала. Одежду быстро заливала густая, почти черная кровь. Вампир захрипел и забился в судорогах.

Все застыли в оцепенении, смотрели на умирающего на полу настоятеля монастыря. И лишь пленница выла. Звук этот был так высок, что от него закладывало уши.

Вдруг пол под ногами дрогнул.

Потом еще раз и еще.

По нему будто прошла волна, вздыбившая камни под ногами. Сверху на голову посыпался песок. Я непонимающе оглянулась по сторонам.

— Бежим! — крикнул Артур.

Маг, не церемонясь, поднял за локоть воющую пленницу и подтолкнул ее в сторону двери. Та идти не хотела, ноги ее подкашивались. Монахи, пришедшие с настоятелем, устремились к коридору, ведущему в храм.

Стены еще раз ощутимо тряхнуло. Сверху послышался приглушенный грохот. Я глянула на лежащего на полу вампира. Судороги уже прекратились, вокруг головы расползалась темная лужа крови.

— Бежим, нас здесь завалит! — еще раз крикнул Артур.

— Я понесу Икеойу! — ответил Адриан. Меча в его руках уже не было.  Он легко, как пушинку, подхватил девушку на руки и побежал с ней за Хладными братьями. Благо пленница не сопротивлялась.

Мы бежали к выходу из подземелья. Стены тряслись уже почти без остановки, тут и там с потолка сыпался песок и отваливалась каменная кладка.

Успели выбраться из подземного хода в храм, но на поверхности обстановка была ненамного лучше. Монастырь разрушался. Оседал, оплывал, развеивался будто замок из песка. Мы бежали к воротам, а за нашими спинами грохотали падающие камни и поднимали клубы пыли. Впереди развевались черные плащи бегущих монахов.

До ворот оставалась всего пара метров.

Только успеть…

Не быть похороненным здесь в горах вместе с настоятелем аббатства Хладных братьев, под грудами камней, что еще минуту назад были монастырем…

Глава 30

1.

Пламя в камине весело прыгало по березовым поленьям. Те недовольно потрескивали и скворчали, но сопротивляться жарким объятьям не могли и постепенно чернели, подергивались сизым пеплом и разваливались на куски.

Я сидела перед камином и не сводила глаз с огня уже, наверное, минут тридцать. В большом глубоком кресле, в которое я забралась с ногами, было очень удобно. Камин меня завораживал. Никогда прежде не видела, чтобы прямо в гостиной жгли открытый огонь. У нас в доме не было каминов, да и зачем они в таком жарком климате?

А здесь в столице у Артура в особняке я поняла, насколько это… уютно.

Мы вчетвером приехали в сити вчера вечером, приняв любезное приглашение Артура погостить у него несколько дней и найти-таки этот треклятый Волшебный кристалл Джакомо, где бы он ни находился.

Из монастыря удалось выбраться живыми. Вместе с вампирами мы успели отбежать на достаточное расстояние, чтобы не быть засыпанными в руинах некогда величественной постройки.

Потом спускались по серпантину ненадежный извилистой тропы, рискуя поломать себе ноги, свернуть шеи и сорваться вниз со скалистых уступов. Нас не останавливала темнота ночи и трудность дороги. Никто не хотел остаться ночевать в горах, которые время от времени продолжали слабо подрагивать у нас под ногами. После всего случившегося нас всех объединяло одно желание: оказаться как можно дальше от этого проклятого места.

Хладные братья были угрюмы и молчаливы. Мы тоже случившееся не обсуждали.

Икеойя довольно быстро пришла в себя, ее больше не требовалось нести. Она могла идти сама, но все равно вид имела очень замкнутый и отстраненный. Лихорадочный, нездоровый румянец сошел с ее щек, уступив место неестественной для ее смуглой кожи бледности. Она кусала бескровные губы и смотрела только себе под ноги, не поднимая головы и не отвечая на вопросы.

Уставшие, измученные, грязные к рассвету мы вышли к поселку. Никакого постоялого двора в такой маленькой деревушке не было, но один из местных помещиков любезно согласился пустить в дом всю нашу компанию.

Накормили, напоили и определили отдыхать в комнате для прислуги.

Видно было, что хозяин, смуглый толстоватый с длинными усищами мужчина побаивается вампиров, но уступать свою спальню… брезгует? А других комнат в его доме попросту нет.

Впрочем, ни у кого не было сил даже разговаривать, не говоря уж о том, чтобы чего-то требовать и пререкаться. Не помню, что я ела, не помню умылась ли или так и легла в одежде, накрывшись затертыми почти до дыр одеялами, радуясь, что можно вытянуть уставшие ноги и закрыть глаза в относительной безопасности.

Наутро мы распрощались с Хладными братьями.

Никто из них так и не смог объяснить, почему разрушился монастырь. Было ли это связано с гибелью настоятеля? Не исключено, что на него были завязаны какие-то энергетические потоки, которые при нарушении контура потеряли стабильность. А может дело было в подземных толчках? Землетрясения в этих районах, пусть и редко, но все же случались.

Если так, то совпадение с моментом смерти настоятеля было поразительным. Но в мире чего только не бывает. Так как все равно исправить уже ничего нельзя,