Потерянное солнце - Кэт Лорен

Стараясь забыть о непонятном мне инциденте, я погрузилась в свои мысли, помогая ребятам у бара. С некоторыми из них я работала два года назад, но были и новенькие. Все они пытались завести со мной беседу, но я отвечала немногосложно, давая понять, что совсем на это не настроена.

Как будто чья-то невидимая рука заставила меня развернуться. Встретившись с разъяренным взглядом не кто иного, как самого Баракуды.

– Дмитрий Сергеевич? – испуганно произнесла я, видя, как мужчина стремительно приближался ко мне.

Он ничего не ответил, а только схватил меня за локоть и потащил в подсобку.

Зайдя внутрь, я увидела парня. Он был барменом. Полчаса назад он пытался завязать со мной разговор, но сейчас меня это не волновало.

– Вон! – рявкнул он на парня, который пришел сюда за ящиком пива раньше нас.

Я чуть было не вздрогнула от силы его голоса, но сдержалась, пытаясь вспомнить свое детство, когда монстр также приближался ко мне.

Парень испугался и поспешно выбежал. Баракуда подтолкнул меня к стене, отчего воздух стремительно покинул мои легкие. Я поморщилась от глухого удара. Дмитрий Сергеевич сложил руки на груди и пронзил меня испепеляющим взглядом. Я впервые видела его таким злым.

– А теперь ты расскажешь мне всё.

– Ч-что?

Я почувствовала, как мой голос стал дрожать.

– Я не понимаю.

– Ты и Никита. Я хочу знать всё.

– Я и Никита? – с непониманием в голосе переспросила я. – Ничего. Я его только увидела. Он подрался с парнем, но мы даже не разговаривали.

– Не ври мне! – яростно процедил он сквозь зубы.

– Я клянусь!

– Лера! – строго предупредил мужчина, давая понять, что готов добиться правды любыми способами.

Дрожь стала пробирать до костей. Мало того что передо мной стоял человек, которого я уважала и боялась до смерти одновременно, так еще и слышу в свой адрес обвинения. Причем необоснованные. Я пыталась держаться. Клянусь, пыталась. Но Баракуда обладал немыслимой силой. Смесью убеждения и запугивания. Ему не нужно было ничего говорить. Один его взгляд, незначительный жест – и всё… Ты покойник.

– Мне нет дела до того, кого трахают мои друзья…

Я нахмурилась. Мне было неприятно слышать такое. Тем более, это было неправдой.

– До тех пор, пока это не выходит за рамки.

– Мы не спим, – преодолев свой страх, я попыталась защититься. – Последний раз я видела его два года назад. Я клянусь.

Мужчина стал приближаться, и я отчаянно пыталась найти выход из этой ситуации.

– В прошлый раз мне показалось, что между вами что-то происходит. И ваша встреча, когда мы спасли тебя, не была первой.

Дмитрий Сергеевич опасно приблизился ко мне, и мое сердце стало отбивать бешеный ритм. Он положил ладони по обеим сторонам моей головы и произнёс:

– Ответы, – потребовал он. – Мне нужны ответы, Лера.

Проглотив ком в горле, я собралась с мыслями:

– Этого не может быть, что Никита ударил того парня из-за меня. Откуда вам знать?

– Лера! – его жесткий предупредительный тон заставил меня сжаться.

Я обняла талию руками и опустила взгляд в пол.

– Этого просто не может быть. Ему плевать на меня.

От этих слов мой голос стал дрожать. Потому что впервые за эти два года я признаюсь в этом так открыто. Я не нужна ему. Никита не тот мужчина, которому будет интересно с глупой девчонкой. Между нами никогда не могло быть ничего. Лишь в моих фантазиях. Даже мой единственный способ соблазнения не сработал. Никита не вернулся. Ни после разговора с Баракудой, ни утром. Его отсутствие сказало все без слов.

– Поверь, ему не плевать.

Эта фраза заставила меня резко поднять голову и посмотреть мужчине в глаза. Знаю, что они выглядели удивленно.

– Если это для тебя несложно, то позволь ему трахнуть тебя. Возможно, тогда он успокоится.

После этих слов он вышел, оставляя меня одну.

Я сползла по стене, чувствуя облегчение. Закусив тыльную сторону ладони, я начала тихо плакать. То ли от того, что меня, наконец, оставили одну, то ли от горечи осознания того, что я никому не нужна. Никогда прежде эта мысль не давала о себе знать. Я плевала на всех, думая лишь о том, как сильно хочу поскорее изменить свою жизнь и вычеркнуть всех, кто мешал мне.

Шмыгнув носом, я достала айкос из кармана брюк. Все еще оставаясь сидеть на полу, я делала затяжку одну за одной, периодически вытирая слезы. Я крайне редко позволяла себе такую роскошь, как плач. Как бы тяжело и обидно мне не было, но сейчас во мне как будто что-то сломалось.

Я сменила один стик на другой и продолжила курить. И мне было глубоко наплевать, что я делала это не на улице и что сейчас мое место в зале, чтобы обслуживать посетителей.

Раньше я знала, что могу выдержать все проблемы этого мира, которые бы не свалились на мои хрупкие плечи, но сейчас я чувствовала дикую усталость и полное опустошение. У каждого человека есть свои пределы, и мои кончились сегодня.

Я не переставала утирать слезы, чувствуя, что находилась на грани. Собрав себя в кучу, я поднялась на ноги и тут же обернулась, слыша позади себя шаги.

Никита стоял в дверях. Его пристальный взгляд был сосредоточен на мне.

– Ты плачешь? – спросил он очевидное.

Я громко фыркнула от его замечания.

– И тебе привет.

Я раздраженно стерла остатки слез и попыталась пройти мимо него, но мужчина выставил руку, преграждая мне путь.

– Пропусти меня! – возмутилась я, толкая его, но он не отступил.

Никита захлопнул дверь перед моим носом и стремительно надвинулся на меня. Я делала шаги назад, пока вновь не столкнулась со стеной.

– Нам нужно поговорить.

Я издала презрительный смешок. Мне не хотелось говорить с этим человеком. По крайней мере, сейчас. Меня только что обвинили в том, что этот мужчина сошел с ума из-за моей персоны. Еще одного нападения в свой адрес я точно сейчас не вынесу.

– Я не хочу с тобой разговаривать.

Никита положил обе руки по обеим сторонам моей головы и опасно приблизил свое лицо к моему.

– Я сказал, что нам «нужно поговорить».

Он сказал это тоном, не терпящим возражений. Я замерла на мгновение, ощущая резкий запах алкоголя, исходивший от него.

– Ты пил?

Мой вопрос прозвучал удивленно и возмущенно одновременно. Если Никита был пьян, когда накинулся на парня, то нужно было винить в том алкоголь, а не меня.