Дуэт с герцогом сирен - Элис Кова

Когда песня достигает апогея, я открываю глаза. Вода вокруг нас заполнена легкой серебристой дымкой – такая же окутывала отзвук. Она быстро рассеивается, оставляя прозрачную воду, яркие, здоровые растения и теплый фиолетовый свет над головой. От гнили не осталось и следа. У меня перехватывает дыхание.

Ильрит не спеша убирает руки.

– Я знал, что ты справишься. – В его голосе сквозит гордость, от которой что-то сжимается в груди. – Думаю, ты готова к путешествию во впадину.

Ответить я не успеваю. Йенни размыкает веки. В тот же миг в комнату вплывают Шил и Санва, должно быть, услышавшие, что я перестала петь. Они застывают, неверяще озираясь по сторонам, а после, заливаясь слезами, бросаются обнимать дочь – в шрамах от гнили, но с острым зрением и в остальном здоровую.

Семнадцать

Санва и Шил уговаривают нас остаться. Предлагают пораньше пообедать, однако Ильрит вежливо отказывается под предлогом того, что нам нужно вернуться в поместье. Уже возле самого выхода Санва, желая хоть как-то выразить свою благодарность, сует мне в руки мешочек желатиновых сладостей. Шил убеждает меня взять и второй. Каким-то образом за этот день я привязалась к нему настолько, что всерьез об этом задумываюсь.

– Нам и в самом деле надо возвращаться в поместье? – уточняю я, когда мы остаемся одни перед их домом.

– Вовсе нет. – Ильрит кружится в воде. – Но сейчас им не нужны посторонние. Пусть немного побудут вместе, всей семьей.

– Давно она в таком состоянии?

Герцог довольно долго не отвечает. Неужели я чем-то его расстроила? Хотя не представляю чем. Вопрос вроде бы достаточно безобидный.

– Она заболела первой и серьезнее всех, еще до того, как были установлены барьеры. Ее единственную Лусия не смогла вылечить. – Герцог скользит взглядом по окрестностям и задерживается на впадине. – Йенни заболела из-за меня.

– Ильрит…

– Это правда, – настаивает он. – Я отправил Шила глубоко во впадину с одним из новобранцев, и он принес гниль с собой. Мы проявили неосторожность, и за это поплатилась Йенни. Я слишком рано снова отправил Шила на вылазку, а Санва помогала Лусии ухаживать за воинами… Ни одного из них в самый нужный момент не оказалось дома. Поэтому никто не понял, что Йенни заболела, пока гниль не взяла над ней верх.

Вспоминаю, как Ильрит поплыл во впадину с другими воинами, и как разозлился Шил из-за того, что герцог лично отправился биться с монстром, чтобы защитить своих подданных.

– Вот почему сейчас ты идешь на битву сам, даже если Шил против?

Он кивает.

– Давай я вылечу и остальных, – без колебаний предлагаю я.

– Сейчас они в стабильном состоянии.

– Но…

– Лучшее, что ты можешь сделать, – продолжать готовиться к представлению придворным и жертвоприношению. Если ты сумеешь умилостивить лорда Крокана и исцелить наши моря, то гниль исчезнет как из наших вод, так и из тел тех, кто от нее пострадал. Наши земли вновь станут столь же плодородными и волшебными, как в прежние времена, – оптимистично произносит Ильрит. Он полон решимости и отчаянно надеется на благополучный исход.

Но что-то во всем этом меня смущает, и вовсе не потому, что ценой новой утопии станет моя жизнь. Нет, чем больше я узнаю о Вечноморе и его истории, тем меньше смысла вижу во всем, что происходит.

– Пойдем? – прерывает мои мысли герцог и поворачивается ко мне спиной.

Хватаю его за плечи, и он срывается с места. Немного поерзав, устраиваюсь у него на спине, но никак не могу найти себе удобное положение.

Без сомнений, Ильрит верит всему, что мне рассказал; это видно по его глазам. Но отчего-то у меня его слова вызывают большие сомнения. Что же меня смущает? Пытаясь разобраться в собственных мыслях, равнодушно наблюдаю за нашей тенью, ползущей по крышам поместья. Так и не найдя объяснений своим ощущениям, решаю пока оставить эту тему.

Мы постепенно замедляемся и, когда солнце начинает садиться, заплываем на балкон моей комнаты. Я отпускаю Ильрита, но мы так и держимся рядом. Он скользит кончиками пальцев по моему предплечью – вроде бы случайно, однако не спешит убирать руку. Интересно, заметила ли сегодня Лусия наши передвижения? Или ее не слишком тревожат «практичные прикосновения» – что бы это ни значило?

– Я приплыву завтра, и мы хорошенько подготовимся к спуску во впадину, – мягко, но решительно говорит он. – Нужно торопиться, потому что скоро здесь появятся представители герцогства Веры, чтобы продолжить помазание.

– Что они со мной сделают?

Мне никогда не нравилась сама мысль о пребывании здесь. Поначалу я сильно возмущалась, но теперь известие о том, что придется покинуть это место, пугает до дрожи. Это поместье – единственное, что мне знакомо в Вечноморе, и более того… здесь Ильрит, рядом с которым я чувствую себя в безопасности.

Он не чудовищный сирен, за которого я сперва его приняла, не бессердечный правитель, наслаждающийся жестокостью. Окидываю взглядом его владения, песчаные, заросшие водорослями холмы, тянущиеся вдоль подводного горного хребта к замку, который виднеется вдали бледной тенью, окутанной дымкой серебристого света. Какую часть этих земель занимает его герцогство? Насколько велика его ответственность? Сколько еще имен тех, кто пострадал от гнили, запечатлелось в его памяти? Почти ощущаю, как их вес давит на него при каждом движении. Именно поэтому он решился на ужасный поступок и вытащил из океана молодую женщину, чтобы сделать из нее жертву древнему божеству.

– Будут проводить помазание, как и мы, но их замок находится ближе к Бездне, поэтому ты сможешь напрямую общаться с лордом Кроканом. Там все пойдет быстрее. А в день летнего солнцестояния тебя сбросят в Бездну. – Слова звучат почти ласково.

Интересно, это больно? Впрочем, вряд ли он знает. Из Бездны еще никто не возвращался. Верит ли Ильрит, что я сгожусь в качестве подношения, несмотря на все мои сомнения и недостатки? Как бы то ни было, он ответит «да», ведь других вариантов у него все равно нет.

– Ты будешь там? – Не знаю почему, но из всех вопросов, что крутятся в голове, прорывается именно этот.

– Где? – Похоже, он удивлен не меньше меня.

– Ты отправишься в то герцогство? Останешься со мной до конца?

На его лице мелькает страх.

– Виктория, я…

– Забудь, – торопливо прошу я и, покачав головой, выдавливаю горькую улыбку. – Мне не следовало спрашивать.

Значит, в конце рядом со мной не будет никого. Но все нормально. Я уже давно смирилась с этой правдой. Даже Чарльз, так сказать, привязанный ко мне душой, ушел при первой же возможности.

– Это вовсе не…

– Не