Отшельница. Искра короля - Марина Эльденберт

— Спасибо, — ответила я, признавая, что придется еще объясняться с девушками. — Куда побежал Лазар?

— В сад, — сдала мальчика Жюли. — Он там проводит все свое время.

Я кивнула и побежала дальше. Толкнула дверь, ведущую во внутренний двор, и застыла на площадке. Потому что несмотря на засуху, садик напоминал оазис в знойной пустыне. Мягкая зеленая трава, ярко-зеленые листья деревьев и кустов, цветы вокруг. Даже на поврежденных Стефаном и пожаром деревьях появились новые тонкие веточки с молодыми листочками. Яблоня в центре снова цвела, и я знала, кого благодарить за всю эту красоту.

Собственно, мой добровольный садовник стоял в глубине сада, скрестив руки на груди и отвернувшись к высокой изгороди. Видимо, в какой-то момент мальчик понял, что убегать и прятаться от меня не круто. Вот и застыл на месте, всем своим видом показывая, насколько зол и обижен.

— Лазар, — позвала я, подходя ближе, — почему ты злишься на меня?

— Мне рассказали, что нас поменяли местами, — процедил он, все-таки поворачиваясь. — Зачем? Почему ты согласилась отправиться в тюрьму из-за меня?

— Потому что я тебя люблю, — ответила я, чем, кажется, обезоружила драконенка. На его лице отразилось смятение.

— Этого недостаточно, чтобы отвечать за мои проступки.

Я покачала головой.

— Только этого и достаточно, Лазар.

— Я убил человека, — просипел он, и я поняла, что он тоже пытается справиться с подступающими слезами.

— Ты защищался. — Я огляделась. — Я не поверю, что тот, кто с такой заботой относится ко всему живому, мог убить намеренно, со зла.

— Я злой! — прорычал Лазар, хотя в его глазах блеснули слезы.

— Ну и ладно, — пожала я плечами. — Я все равно тебя люблю.

Это была последняя капля. Последняя стена между нами, которая сейчас надломилась и осыпалась прахом. По лицу мальчика заструились слезы, а я почувствовала, что тоже реву. Я раскрыла ему свои объятия, и он шагнул вперед, врезаясь в меня. Сдавливая меня так крепко, словно я была для него самым дорогим, самым важным человеком. И во всех мирах не существовало силы, способной нас разлучить.

4.4

Новость о том, что я — попаданка, Лазар воспринял на удивление спокойно, если не сказать радостно.

— О, так ты как Аглая! — воскликнул он.

Оказывается, его отец упоминал императрицу Вейсмейстрии во время последнего визита домой, поэтому для Лазара это была как последняя ниточка, связывающая его с прошлым. Он расспрашивал меня о моем мире ничуть не меньше, чем Дэмиан, я бы сказала, все наши разговоры так или иначе сворачивали теперь на это. Он пришел в восторг, когда узнал про огромные, размером с драконов, самолеты. Электрокарами, обычными машинами и особенно электросамокатами Лазар восхищался не меньше.

— Вот бы нам сюда что-то такое! — воскликнул он.

— Зачем вам такое? У вас здесь есть магия.

— Магия — это так. А вот электросамокаты! — Глаза его загорелись.

И я подумала, что волшебство можно найти в любом мире, самое главное — под каким углом на все посмотреть.

Не меньший интерес у него вызвали смартфоны.

— Говорящая коробка, по которой можно увидеть кого угодно на другом краю мира?

— Или найти все, что хочешь. Любую информацию, которая только тебе нужна, как будто все-все-все книги мира собраны воедино в сети, которая на Земле называется Интернет.

— Я бы хотел побывать на Земле!

— Если бы только это было возможно…

Я подумала о том, что бы я сказала Наташе, когда увижу ее. Подумала — и тут же запретила себе об этом думать навсегда, потому что такая надежда была слишком опасна. Неоправданные надежды в принципе могут больно ранить, что уж говорить о той, которая обещает встречу с дочерью, которая никогда больше не состоится.

По совету Дэмиана я написала письмо Аглае, то есть императрице Вейсмейстрии, и теперь мне оставалось только ждать. Ответит ли, что скажет, согласится ли на встречу. Правда, насколько я поняла, наша встреча под большим вопросом, спасибо Кристоф Вальден, но… Но. На это мне надеяться было не опасно, оказавшись здесь, я даже не представляла, что смогу поговорить с кем-то с Земли. Получится — замечательно, не получится — значит, так тому и быть. Тем более что мне на месте было чем заняться.

Благодаря тому, что я успешно училась, а еще благодаря тому, что у Дэмиана была лицензия, в нашем доме появились первые пациенты, и с каждым днем их становилось все больше и больше. По законам Рована я имела право лечить, если за моими действиями наблюдает опытный целитель, а, поскольку Дэмиан именно таковым и являлся, Теренсу было не к чему прицепиться.

Люди очень быстро поняли, что мое лечение действительно дает результат, а не бесконечно тянет средства без особой пользы здоровью, как Теренсово, и ко мне выстроилась очередь. Ну, пока что ко мне и к Дэмиану, но в конце первого месяца осени Дэмиан обещал мне экзамен, и, соответственно, где-то через месяц у меня должна была уже появиться своя лицензия.

— Знали бы в моем мире, как быстро я выучилась здесь — не поверили бы, — фыркнула я, когда он мне об этом сообщил.

— Мне даже нечему вас учить, — сказал он, — если у вас и были какие-то пробелы, то исключительно в тонкостях магии, но вы и с ними справились.

— Давайте на «ты»? — предложила я. — В конце концов, мы уже достаточно давно знаем друг друга.

Дэмиан кивнул:

— Хорошо, Оля.

Многоурожайная яблоня в конце лета «родила» снова, и, поскольку слухи о чудесном варенье уже расползлись, оказывается, даже за пределы нашего городка, новую партию смели, выражаясь земным языком, по предзаказу. Леон, лучший друг и брат которого теперь на постоянной основе дежурили у нас в саду, охраняя его, предложил посадить еще парочку — взяв семена из тех самых чудодейственных яблок. Я не была особенно сильна в садоводстве, но жена его брата предложила помощь, и я не стала отказываться.

Тем более что благодаря тому, что у меня началась первая врачебная практика, дела пошли в гору, и я могла позволить себе достойно платить работающим на меня людям. А ближе к осени, в последний день лета, мне в голову пришла совершенно сумасшедшая идея.

Мы с Дэмианом как раз прогуливались у леса, места здесь