Фальшивый король - Ксения Лисица

Играли на деньги, что считалось ужасно вульгарным и могло неплохо подмочить репутацию человека, если его ловили за этим в каком-нибудь игорном доме. Но за закрытыми дверьми среди друзей это в целом было приемлемо, пока не выходило за пределы узкого круга.

Музыка, заметила Афира, тоже была из тех, что в приличном доме не включат. Произведения этого композитора считались «легкомысленными». Она так и не научилась понимать, какая музыка была легкомысленной, а какая нет.

Кроме Северина, она увидела за столом ещё несколько знакомых лиц. Конечно же, Виктоир, сидевшая рядом с Базилем. Был здесь и Венсан. Афира увидела Астора Моро и Рене Трентиньяна, его близнеца Томы не было.

Первой их с Северином заметила Виктоир. Она тут же радостно вскочила из-за стола, привлекая всеобщее внимание.

— Афира! Я так рада, что ты здесь!

Она подошла к ней, раскрыв объятия. Когда Афира обняла её, то почувствовала запах апельсинов и корицы. Чёрные блестящие волосы Виктоир были уложены в сложную причёску.

Базиль тоже встал, чтобы поприветствовать её. Он выглядел таким расслабленным и весёлым, что Афира невольно разозлилась на него. Но поклонилась, ничем не выдав своих чувств.

— Спасительница моей сестры!

Стол взорвался приветственными криками, и она попыталась улыбнуться. Неужели все здесь знают о том, что произошло?

Базиль усадил её с другой стороны от себя, и следующие полчаса весёлое общество учило Афиру играть в осла и оленя, узнав, что она никогда не держала в руках карты. Потом поменяли пластинку на граммофоне и все бросились в гостиную танцевать.

Афира заметила, что Северин улизнул, воспользовавшись суматохой, и тихонько вышла следом за ним в сад. Конечно, уединение ввиду небольших размеров сада было сомнительное, но всё же лучше, чем говорить внутри.

Она нашла его у самой ограды, со всех сторон окружённого пышными кустами с красными листьями. Каким-то образом Северин за минуту отыскал самое укромное место в саду. Бывал ли он на вечеринках в Калле раньше? Не похоже, чтобы они с Базилем были так уж близки.

— Привет, — окликнул он Афиру, — тоже решила сбежать оттуда?

— Я не люблю танцевать.

— Жаль, у тебя определённо есть задатки хорошего танцора.

Северин похлопал по месту рядом с собой, приглашая её садиться, и Афира только сейчас заметила скамейку, оплетённую каким-то ползучим растением так сильно, что её почти не было видно.

— И ещё одно собрание заговорщиков, — пустила она пробный камень.

Разве не намекал он на что-то подобное почти в каждом их разговоре?

Северин только усмехнулся.

— Для собрания двух заговорщиков маловато.

Афира решилась высказать вслух то, в чём была уже давно абсолютно уверена.

— Ты ведь преследовал свою собственную цель, когда решил участвовать в Играх, верно? Место всадника само по себе тебя не так уж интересует.

Он посмотрел ей в глаза долгим взглядом.

— А ты? Тебя оно интересует? Или только сами драконы?

Что ж, в наблюдательности Северину не откажешь. А учитывая, что драконы с самого начала тянулись к ней, а она к ним, то это должны были заметить и все остальные. Впрочем, детская любовь к драконам и мечта плавать на них были частью её легенды.

А потом она вспомнила слова Лотара. Сначала боль от ран, нанесённых его магией, а потом исчезновение Ксавье полностью стёрли их из памяти Афиры. Она слишком переживала из-за Орели, разделяла боль друга от предательства возлюбленного, сама была влюблена, обучала Дезире магии воды и ломала голову над тем как противостоять искрам. Но теперь, рядом с Северином, эти слова ярко вспыхнули в её памяти.

«Герцог Аркур. Но не то ничтожество, которому сейчас принадлежит этот титул. Его старший брат. Поищи его историю. Если ты достаточно умна, то и сама всё поймёшь».

И вот теперь племянник того самого герцога Аркура сидел прямо перед ней. И Афира решилась сделать ход.

— Ты прав. Единственная причина, по которой я стала всадницей — это драконы. Потому что я хочу освободить их. Вы уверены, что они всего лишь животные, но на самом деле драконы — такие же мыслящие существа, как и люди.

Северин выглядел ничуть не впечатлённым, но и скептически настроенным не казался.

— Я слышал, что лэтаны могли говорить с драконами.

Афира покачала головой.

— Не лэтаны. Хафани. Они могли говорить с драконами, но все они были убиты людьми.

Он долго молчал, глядя на неё, пока, наконец, не произнёс:

— Кроме тебя.

Северин ждал, что она подтвердит или опровергнет его догадку. Афира ответила ему таким же внимательным взглядом. Она считала, что ему можно доверять. Да и какой смысл сейчас идти на попятную?

— Да.

Северин откинулся на спинку скамейки, полностью скрытую пожелтевшими листьями.

— Знаешь, раньше я бы решил, что ты сошла с ума или пытаешься обмануть меня, но сейчас... Кажется, я тебе верю.

— Почему?

Афира понимала, что лучше бы просто порадоваться его ответу, но ей действительно было интересно. Поменяйся они местами, поверила бы она ему? Ей сложно было ответить на этот вопрос.

Северин вздохнул.

— Думаю, всё дело в драконах. Если ты не смотришь на них как на вещь, средство передвижения или оружие, если хоть немного к ним привязан, то начинаешь замечать, что они куда умнее, чем все считают. Венсан и Жюль тоже заметили это. И я уверен, что среди каждого набора всадников большинство это понимало. Просто отказывалось думать, что это означает.

— И что же это означает?

Он усмехнулся.

— Ты действительно хочешь, чтобы я сказал это, да? Хорошо. Это значит, что мы держим драконов в рабстве, что, вообще-то, запрещено законом. И мне это не нравится, так что если хочешь освободить их — вперёд. Палки в колёса я тебе ставить не стану, но и помощи от меня не жди. Во всяком случае, сейчас.

Афира благодарно кивнула.

— Спасибо. Могу я спросить ещё кое о чём?

— Зависит от того, о чём ты хочешь спросить. Попробуй.

— Можешь рассказать мне, что случилось с твоим дядей, прошлым герцогом Аркуром?

Северин замер. Если новость о том, что рядом с ним сидит последняя оставшаяся в живых представительница древней расы, умеющая говорить с драконами, кажется, не сильно его удивила, то вот вопросу Афиры он искренне удивился. И тут же насторожился. Она почувствовала, как он закрылся от неё.

— Зачем тебе это?

Как объяснить, откуда она узнала о его дяде? Придётся