Отблески тебя - Кэтрин Коулc

— Может, стоит подумать о том, чтобы привозить группы и в The Peaks.

Грей взглянула на меня:

— Отличная идея. Можно еще устраивать небольшие концерты на лужайке — вид у вас потрясающий.

Я приподнял брови.

— Может, мне тебя нанять?

Она рассмеялась и покачала головой:

— Нет уж, я и так завалена делами. — Потом повернулась к Рен. — Как ты себя чувствуешь?

Рен коснулась ладонью едва заметного округления на животе:

— На удивление хорошо. Токсикоз почти прошел.

Мэдди повернулась к Грей с улыбкой:

— Нам пора начинать планировать ее беби-шауэр.

Грей захлопала в ладоши и радостно вскрикнула:

— Я уже не могу дождаться!

Они тут же ушли в обсуждения тем и угощений, а я просто смотрел на Грей. Мог бы делать это часами. От нее исходили волны счастья. Вечер казался таким нормальным. Именно такой жизнью я давно не жил.

— Ты ее любишь.

Я застыл, услышав голос Холта, и попытался заглушить панику, поднявшуюся внутри от его слов.

— Она потрясающая женщина. — Это не было признанием, но в глубине души я знал правду. Я был потерян для Грей почти всю свою жизнь.

Холт сделал глоток пива.

— Я не был уверен насчет вас двоих.

— Не виню тебя. — Я никогда прежде не был серьезен с женщинами. Никогда не рисковал. Но с Грей у меня не было выбора. Она проникла слишком глубоко, прежде чем я успел выстроить защиту.

— Сейчас сомнений нет, — спокойно сказал Холт.

Я вгляделся в брата Грей.

— Почему?

Он помолчал, а потом сказал:

— По тому, как ты на нее смотришь. По тому, как двигаешься рядом с ней. Ты всегда знаешь, где она находится в комнате. Будто готов в любой момент закрыть ее собой от пули. Будто сделаешь все, лишь бы увидеть ее улыбку. Как я могу не желать этого для своей сестры?

Все внутри заболело. Та боль, которая жила во мне годами, но только сейчас оказалась на поверхности. Именно такого я хотел бы для Клары.

Я с трудом сглотнул:

— Спасибо.

— Сраная тварь!

В голосе Гейба звучала такая ярость, что я вскочил на ноги.

Он пошатнулся, но все равно сильно толкнул меня.

— Ты просто не можешь перестать рушить мою жизнь, да?!

Холт и Нэш мгновенно оказались рядом.

— О чем, черт побери, ты говоришь? — рявкнул я.

Глаза Гейба были налиты кровью, походка — неуверенной. Он явно был пьян или обдолбан. А может, и то, и другое.

Он перевел свой воспаленный взгляд на Нэша:

— Натравил на меня своих свиней. Ты хоть понимаешь, что значит, когда копы приходят в мой гребаный офис? Какой это удар по моей репутации?!

Я напрягся.

Нэш же даже бровью не повел.

— Мы разговариваем со всеми, у кого недавно был конфликт с Грей. Сейчас именно ты устраиваешь сцену.

Гейб резко развернулся ко мне:

— Я знаю, что это твоих рук дело! Думаешь, папа узнает и отдаст тебе больше контроля?

— У меня нет никакого отношения к официальному полицейскому расследованию, Гейб.

— Врешь! Нэш и Лоусон у тебя в кармане. Ты бросил нас и еще в школе фактически переселился к ним. Я знаю, что это ты! — его взгляд, полный ярости, метнулся к Грей. — Думаешь, я позволю потерять свое право наследования из-за такой дырки, как ты?!

Я со всей силы толкнул Гейба, и он пошатнулся.

— Убирайся к черту, пока я не сделал что-то, о чем пожалею.

Я не успел среагировать. Для пьяного Гейб двигался удивительно быстро. Его кулак врезался мне в челюсть с резким щелчком.

Нэш тут же схватил его, заламывая руки за спину, а Холт помогал ему.

— Это нападение. Хочешь, чтобы я его арестовал?

Я покачал головой, держась за челюсть:

— Просто выведи его отсюда.

— Ты точно уверен? — переспросил Нэш.

— В его гребаном кармане! — заорал Гейб, вырываясь.

— Просто уберите его.

Теперь на нас смотрели все.

Нэш кивнул и вместе с Холтом протащил Гейба сквозь толпу.

Рука Грей скользнула в мою ладонь.

— Пойдем.

Я не стал спорить или задавать вопросы — она решительно потащила меня через толпу, которая таращилась на нас, будто мы были звездой самого горячего сериала последних лет.

Грей провела меня по коридору и через двустворчатые двери на кухню.

— Привет, Кэм. Есть лед?

Огромный повар окинул меня взглядом и указал на автомат:

— Полотенце вон в том ящике.

Грей схватила полотенце, насыпала туда льда и жестом велела мне следовать за ней. Мы вошли в небольшой кабинет, и она сразу захлопнула за нами дверь. Спустя секунду холодный компресс прижался к моей челюсти.

— Мне так жаль, — прошептала она.

— Это не твоя вина.

Мой голос был пустым. Совершенно безжизненным.

— Кейден… — Грей усадила меня на маленький диван и продолжила держать лед у моей челюсти.

— В нем столько ненависти. И я даже не представляю, откуда она берется.

Грей провела рукой по моим волосам, и я потянулся к ее прикосновению.

— Потому что ты слишком хороший.

Я моргнул, не понимая.

Печальная улыбка тронула ее губы.

— Ты всегда очень глубоко переживаешь за других. Всегда. Ты заботился о Кларе, был потрясающим другом и невероятным сыном. И когда Гейб видит это — он понимает, чего у него нет.

В груди жгло, слушая, как Грей видит меня. Я вырос с ощущением, что в моей жизни — сплошные провалы. А осознавать, что она видит во мне обратное… это исцелило что-то внутри меня.

Я глубоко выдохнул:

— Не думаю, что Гейбу не плевать на такие вещи.

— Может, ему самому и все равно. Но его бесит, что это видят другие. Даже твой отец, который ужасен, все же с неохотой уважает тебя. А для твоей мамы ты — весь ее мир. И он ненавидит это.

Я откинулся на спинку дивана.

— Не понимаю, почему мы не можем просто радоваться успехам друг друга. В конце концов, мы работаем на одну компанию. Мы часть одной, чертовой, семьи.

— Потому что Гейб видит во всем соревнование.

Я провел рукой по линии челюсти Грей, скользнув пальцами под ее волосы.

— Мне не нравится, что он зациклился на тебе.

Она прижалась щекой к моей ладони.

— Я справлюсь с Гейбом. Он избалованный придурок, не больше.

Мои губы дернулись в усмешке.

— Придурок, да?

— Он даже не заслуживает, чтобы за него платили в банку за ругательства.

Я прижал лоб к ее лбу, вдыхая ее запах. Потом резко потянул ее на колени. Мне нужно было почувствовать ее тело, прижаться к ней. Напомнить себе, что, даже когда мой мир рушится,