Титан - Шанталь Тессье

— Заползай на стол и ложись на спину, — приказывает он.

Я подчиняюсь.

Он подходит к изножью стола и широко разводит мои ноги, перекидывает мою правую лодыжку через ремень и пристегивает меня ремнем. Внутри они подбиты мехом, поэтому в них прохладно и мягко. Тоже самое с другой лодыжкой.

Затем Титан подходит ко мне и застегивает другой ремень на моих бедрах, который туго затягивается, прижимая меня к столу.

Его глаза встречаются с моими, когда он приподнимает меня за шею.

— Посмотри вверх, — приказывает он, и я делаю, как он говорит, запрокидывая голову.

На моё горло надевают ещё один толстый ремень, и я сглатываю, когда он застегивает его.

Прерывисто вздыхаю.

— Ты в порядке?

Собираюсь кивнуть, но не могу – толстый кожаный ремешок на шее мешает мне двигаться. Мне приходится держать голову откинутой назад.

— Д-да, — заикаюсь, а затем кашляю, чтобы прочистить горло.

Титан заводит мои руки за голову и закрепляет их.

Я туго натянута и пристегнута ремнями.

Дыхание задерживается. Моё сердце бешено колотится. На лбу и груди у меня выступают капельки пота, а спина прилипает к чёрной коже.

Титан кладет руки мне на бедра, и я подпрыгиваю. Наклоняясь, он смотрит на меня сверху вниз.

— Ты дашь мне знать, когда боль перевесит удовольствие. Поняла?

Боль?

Думала, речь идёт об оргазмах. Чувствую, что это был бы глупый вопрос, поэтому я просто отвечаю.

— Да.

— Твое стоп-слово – чёрный. Повтори его.

Стоп-слово?

— Моё стоп-слово – черный.

Титан кивает.

— Хорошая девочка, — он уходит, оставляя меня одну, привязанную к столу, и я слышу, как он идёт в другом конце комнаты. Выдвигается и закрывается ящик, затем я слышу, как он возвращается ко мне.

— После каждого оргазма я буду спрашивать тебя, в порядке ли ты. Скажи «да», если ответ положительный, и «черный», если хочешь, чтобы я остановился. Поняла?

— Да, — облизываю губы и слышу вибрирующий звук. — Что это…?

Что-то прижимается к моей киске, и моё тело выгибается дугой. Вскрикиваю, когда это ощущение щекочет мой клитор.

— О Боже… — начинаю задыхаться.

Моё тело борется с ограничениями. То, что несколько секунд назад казалось прохладным, теперь ощущается как уколы иголок.

— Тита… — кончаю ещё до того, как успеваю произнести его имя. Сильнее и быстрее, чем я когда-либо делала.

Ощущение внезапно пропадает, и моё тело оседает на стол.

— Ты в порядке?

Я вспотела, тяжело дышу, и каждый сантиметр моей кожи становится особенно чувствительным.

— Дааааа.

На этот раз я чувствую, как его пальцы раздвигают меня пошире, прежде чем он вводит в меня два пальца, снова прикладывая вибратор к моему клитору. Он трахает меня пальцами, и эта потрясающая игрушка выводит меня на совершенно новый уровень. Комната кружится. Мои глаза закрываются, и я дышу так тяжело, что мне кажется, будто у меня учащенное дыхание.

Я кончаю снова.

— Ты в порядке? — слышу его голос издалека.

— Да, — хриплю я.

Почему мой голос звучит хрипло? У меня болит горло. Моё тело снова напрягается. Я на новой волне. Не хочу, чтобы это останавливалось. Когда-либо. Я бы стала его сабмиссив, даже если бы для этого пришлось привязаться к столу. Его голос становится все тише и тише, но я всегда говорю «да». Я всегда хочу большего.

Титан

Выключив вибратор, кладу его на подставку рядом со столом. Я развязываю сначала её запястья, затем шею, бедра и лодыжки и поднимаю её обмякшее тело с чёрной кожи. Эмили безудержно дрожит в моих объятиях. Если бы только что не наблюдал, как она кончает шесть раз, я бы сказал, что у неё конвульсии. Она вся в поту, её глаза закрыты, и она тяжело дышит. Она продолжала говорить мне «да», до такой степени, что чуть не лишилась дара речи от всех этих криков, которые издавала.

Зайдя в ванную, сажаю её в большую ванну-джакузи, расположенную в центре большой комнаты, и включаю воду. Когда она достигает нужной мне температуры, быстро раздеваюсь, забираюсь к ней и прижимаю её спину к себе спереди. Я беру чашку, которая стоит рядом со мной, и наполняю её водой, прежде чем вылить ей на лицо.

Она стонет, и её голова склоняется набок. Проверяю её пульс, учащенный. Возможно, я слишком переусердствовал.

— Всё хорошо, — шепчет она, читая мои мысли. — Я могла бы… продолжать.

Фыркаю.

— Ты была на грани потери сознания.

— Оно того стоило, — Эмили одаривает меня слабой улыбкой.

Открыв глаза, она бесцельно оглядывает полутемную ванную, поднимает руку и обхватывает пальцами стальной крючок на внутренней стороне ванны.

— Странное место для крючка для полотенец, — размышляет она.

Я смеюсь.

— Это не для того, чтобы вешать полотенца.

— А для чего?

— Это для игр в воде.

Всё во Дворце создано для того, чтобы доминировать. Ничто не делается для удобства. Всё делается для тотального господства.

— Оу, — её глаза загораются. — Я хочу…

— Ни в коем случае, — перебиваю я её. — Как ты себя чувствуешь? — становлюсь серьезным.

— Потрясающе.

— Болит?

— Самым лучшим образом.

Целую её в волосы. Они собраны в узел на затылке в том месте, где она боролась с ремнями на шее.

— Пойдем. Давай приведем тебя в порядок и уложим в постель.

_______________

Я просыпаюсь от вибрирующего звука. Зеваю, гадая, который час. В этой комнате нет окон по какой-то причине. И после того, как мы закончили принимать ванну, мы отключились. Она не используется до завтра, поэтому мы просто остались здесь. Я знал, что Эмили нужен отдых.

Снова слышу шум и понимаю, что это вибрирует мой мобильник, встаю с кровати и достаю его из джинсов на полу, замечая, что уже почти девять утра. Я никогда не сплю допоздна. Готов и сижу за своим столом каждый день к половине седьмого. Это казино не работает само по себе.

Открываю электронные письма и просматриваю их, отвечая на те, которые требуют немедленного внимания, и отправляю Боунсу сообщение о том, что спущусь примерно через час. В моей руке вибрирует телефон с новым сообщением, и я перечитываю его.