Кривые зеркала - Жанна Даниленко

Иван выпил чаю и решил подышать свежим воздухом, пока есть время. Спустился в приёмное отделение, но на улицу так и не попал.

В коридоре приёмного в глаза бросались две женщины. Иван обратил на них внимание, потому что одна, которая стояла, очень громко разговаривала, вторая же сидела на кушетке скрючившись, полубоком и терпеливо ждала. Они и внешним видом выделялись среди остальных ожидающих. Обе в светлых, очень консервативных блузках, тёмных юбках, со строгими причёсками и почти без макияжа. Здесь же на кушетке лежали светлые плащи и стояли тёмные кожаные портфели, раздутые от содержимого. Глядя на них, Иван почувствовал давно забытое ощущение, когда хочется стать как можно меньше, чтобы тебя не вызвали к доске.

— Что здесь за обслуживание! Мы ждём уже больше получаса, а по нормативам… — возмущалась та, что стояла, демонстративно посмотрев на часы.

— Эллочка, ты же сама видела, какого тяжёлого пациента привезли. Врачи заняты. — Вторая женщина согнулась ещё больше, а потом её вырвало.

— Ну вот, есть тут кто убирать будет? — возмущённо проговорила первая, и тут она увидела Ивана, направляющегося к ним. — Вы что, не видите, что человеку плохо? — Она чуть ли не топнула ногой. — Можно поспешить, а не идти вразвалочку? Да и убрать всё надо! Сколько нам ждать?!

Иван старался не обращать внимания на слова скандалистки, но когда подошёл к кушетке, чтобы выяснить, что происходит, в сидящей пациентке узнал Наталью Лапину.

— Здравствуйте, Наталья Викторовна, — удивлённо произнёс он. — Что с вами произошло? Давайте пройдём в кабинет и там поговорим. Вы по скорой приехали?

— Нет, мы на такси, — еле терпя боль произнесла она. — Живот сильно болит и тошнит. Мне плохо стало после уроков, автобусом бы я не смогла, а скорую в школу вызывать не хотелось.

— Пойдёмте. — Он помог ей подняться и провёл в смотровую. Вездесущая подруга пошла вместе с ними.

Он уложил Наталью на кушетку в смотровой, расстегнул юбку, приспустил её немного. Живот вздут, дотронуться она до него не даёт, и дело тут не в боли, скорей — в страхе, по лицу видно.

— Ната, вы что, знакомы? — полюбопытствовала подруга Лапиной.

Наталья лишь кивнула.

— Ему доверять-то можно? — с пренебрежением спросила та, разглядывая Ивана, словно неведомую зверюшку.

— Смотря в чём, — пожала плечами Наталья.

— Я вам не мешаю? — раздражённо поинтересовался Иван, эта Эллочка-людоедка действовала ему на нервы. — Наталья Викторовна, если вы хотите иметь дело с другим врачом, я пойму.

— Я хочу, чтобы у меня ничего не болело и меня не тошнило, я устала от всего этого, тем более что сегодня это совсем невыносимо. Я уроки вести не могла. Всё утро провела в обнимку с унитазом. И рези в животе такие, что сил нет. А потом там что-то порвалось.

Иван задумчиво смотрел на Юлину мать. Нет у неё никакой хирургической патологии. А вот увеличенный живот кое о чём говорит.

— Наталья Викторовна, дайте мне вас осмотреть, я сделаю это предельно аккуратно. Я понимаю, что вы устали, но я должен понимать, с чем имею дело.

Иван лукавил. Ему и так всё стало понятно очень быстро, хотя это совершенно не относилось к хирургии и его помощь тут не пригодится.

И она сдалась, он очень нежно прощупал живот, потом сам взял у неё из вены кровь в несколько пробирок. Она же чуть не вырвала прямо на него. Засмущалась, опустила голову.

— Извините…

— За что? Всё нормально. Наталья Викторовна, ваш муж в курсе вашего положения. Вы у гинеколога были? На учёт встали? Или вы не хотите рожать?

— Хочу, очень хочу! Но на учёт я ещё не становилась. Саша знает. — Она пожала плечами. — Конечно знает! Этот ребёнок очень важен для меня, для нас… После того, что произошло с Юлей, мне нужна отдушина.

Иван ненавидел её в этот момент, хотелось спросить, что же такого криминального произошло с Юлей. Жива, здорова, учится, работает. Хорошая девочка, которой гордиться надо, а тут… И вдруг он понял, что Юлю Наталья родила вовсе не потому, что хотела ребёнка, а чтобы привязать к себе Лапина, крепко так привязать, прикрутить болтами, и плевать на то, что ему это не по нраву. Стерпится — слюбится. И ведь так и получилось. А теперь, после серии абортов, когда припёрло, можно зачать другого ребёнка и снова затянуть болты, связывающие её с мужем. Она ведь знает о наличии любовницы и делает всё, чтобы остаться при муже. Вот и решила рожать, Юля-то уже взрослая, ею мужа не удержишь. Да и отказалась она от неё, от дома отлучила. Не такая дочь получилась, как бы Наталье хотелось. Может быть, хоть этот ребёнок оправдает её надежды? Дай-то Бог. И может, тогда она примет Юлю такой, какая она есть.

Он не озвучил ни одну из пришедших ему мыслей, не судья он Наталье, со своими бы проблемами разобраться. Он врач, вот и будет заниматься своим делом, хотя почему Наталья пришла в хирургию, зная о своём деликатном положении, Иван так и не понял.

— А доктор-то ничего, впечатляет, — вывел Ивана из задумчивости голос подруги Натальи.

— Это Юлькин хахаль, — устало произнесла Лапина, и взгляд Эллочки поменялся, Иван даже вздрогнул — ну точно людоедка.

И тут ему всё стало ясно: Наталья пришла к Юле. Как ей ещё было помириться с дочерью, если не вот так, сообщив о своей беременности. Какой ход! Сразу видно математика. Да и Светлане тут же доложат «добрые люди», что жена её любовника в интересном положении. Ай да Наталья, одним махом всех к стенке поставить решила!

Ну что ж, Иван ей подыграет.

— Вы хотите узнать, как Юля? Так она будет здесь меньше чем через час, — невозмутимо произнёс он. На Эллочку же глянул так, что желание комментировать ситуацию у той пропало. — Давайте сделаем так. Мы поднимемся в мой кабинет. В госпитализации в хирургическое отделение вы не нуждаетесь, но результатов анализов мы дождёмся и посильную помощь вам окажем. Тошноту снимем. Ещё я вызову вашего мужа, пусть побудет с вами, и гинеколога я на консультацию тоже вызову, его рекомендации вам не помешают. Согласны?

Наталью снова тошнило. Иван подставил