Танец страсти - Джулия Энн Лонг

– Идея… Я говорю о балете.

– Я всего лишь хотел защитить ее.

Клод Ламорье и попугай Гийом снова были вместе. Сидя на плече хозяйки, Гийом время от времени любовно пощипывал Клод за ухо.

Клод была бледна. Промокая батистовым платочком слезы в уголках глаз, она растерянно смотрела на сидящих напротив виконта и леди Грэнтем.

Время наложило свой отпечаток на лицо Клод Ламорье. Темные волосы серебрила седина. Мешки под большими темными глазами и глубокие морщины по обе стороны носа говорили о необычайной усталости. Через несколько лет, подумала Сюзанна, кожа вокруг ее рта отвиснет старческими складками. Судя по всему, жизнь Клод Ламорье сложилась нелегко. Она никогда не была слишком привлекательна. Ей так и не довелось выйти замуж.

– Мне было страшно, что может случиться с Сильвией, узнай она правду о своей жизни. Или если бы Этьен, ее любовник, узнал эту правду.

Сюзанна понимала, что ей стоит поддержать разговор о любовнике Сильвии, но слишком небрежно употребляла Клод это слово – как будто речь шла о каком-нибудь «канапе» или «чайнике». К этому нужно немного привыкнуть.

– Понимаете, он хочет жениться на Сильвии. У нее будет хорошая жизнь. Гораздо лучше той, которую прожила я или могу обеспечить ей. Он принц. Из династии Бурбонов. – Клод не удалось скрыть торжества в голосе. – Поэтому я сожгла письма, которые вы прислали, леди Грэнтем. Мне очень жаль, леди Грэнтем. Я боялась как за Сильвию, так и за себя.

Поговорив с мадам Габон, Сюзанна разрывалась между желанием немедленно отправиться в Англию на поиски сестры и желанием дождаться возвращения Клод в Париж. Расписание навигации кораблей по Английскому каналу сделало выбор за нее. Пройдет немало дней, прежде чем какой-нибудь корабль доставит их домой. И вот сейчас они сидят в комнате, в которой Сильвия, ее сестра, прожила почти всю свою жизнь. Маленькая и тесная, с изношенной мебелью и коврами, с одним окном, через которое на Гийома падал солнечный луч. Он явно любил летать по комнате – Сюзанна повсюду видела пух и перья. Не приходилось сомневаться, это доставляло немало хлопот мадам Габон. Можно сказать, отравляло ей жизнь.

Сюзанна положила свою ладонь на руку Клод.

– Я благодарна вам за заботу о Сильвии все эти годы. Я понимаю, как вы рисковали.

– Довольно давно я немного танцевала в «Зеленом яблоке», где и познакомилась с Анной и Дейзи Джоунз. Я узнала от Дейзи о вашем… положении… и, вернувшись во Францию, я… я забрала Сильвию к себе, чтобы воспитать как родную. И поскольку с тех пор никто и ничего не слышал об Анне, я никогда не рассказывала Сильвии о матери. Мне казалось, не было необходимости беспокоить девочку этой историей. Я так и не узнала, что же случилось с другими малышками – с вами, леди Грэнтем, или с Сабриной. И разумнее было бы не писать об этом никому, потому что существовала опасность… да, опасность…

Гийом нежно пробормотал по-английски какие-то неприличные слова и снова ущипнул Клод за ухо. Клод, как бы извиняясь, объяснила:

– Когда-то давно он принадлежал моряку. У него очень богатый лексикон.

Сюзанна слегка улыбнулась. Кит держал ее ладонь в своих руках. Он, как могла предположить Клод, изо всех сил старался не рассмеяться.

– Я очень сожалею, Сюзанна. – Голос Клод вновь задрожал, и она промокнула платочком глаза.

– Ах, Клод, я не сержусь, – поспешила успокоить женщину Сюзанна. – Будь я на вашем месте, тоже сожгла бы эти письма ради того человека, которого люблю. Вы говорите, что из записки Сильвии следует, что она уехала в Англию. А не знаете ли вы, куда она могла направиться в Лондоне?

– Не знаю. Я очень сожалею. Дейзи Джоунз – моя единственная подруга в Англии. Но я не думаю, что Сильвия что-то знает о ней. – Клод захлюпала носом. – Я очень беспокоюсь. Вы видите, наша жизнь не слишком шикарна, и было нелегко, когда Сильвия была маленькая. Но Сильвия… она сейчас самая лучшая балерина в Париже. О том, что она уехала, стало известно всем. Месье Фавр… Мадам Габон говорит, что он очень сердит.

– Сильвия балерина? – Кит не, мог скрыть изумления. Сюзанна тут же испытала легкую ревность, потому что эта новость действительно достойна изумления.

И следом появилось чувство некоторой гордости, потому что для Сюзанны удивительно быть в родстве с балериной.

С балериной, имеющей любовника.

Клод горестно вздыхала.

– Если вы… когда вернетесь в Лондон… найдете ее, вы скажете, что мне очень жаль? Я никогда не хотела обидеть ее. Она очень послушная, моя Сильвия. На нее это так непохоже – взять и убежать. Но у нее есть характер, и я думаю, что на сей раз что-то очень важное подтолкнуло Сильвию уехать за море. И возможно, она там в опасности.

Сюзанна заметила, как Кит искоса взглянул на нее.

Значит, в семье Холта Сильвия – не единственный человек с характером. В какой-то степени Сюзанна была рада это услышать. Сестра стала для нее еще ближе.

Том и Генерал любили эффекты. Когда им нужно было сделать какое-то важное объявление, они собирали девушек вместе, рядом со сценой.

И сейчас, выстроив их перед собой, Том и Генерал некоторое время молча наслаждались этим зрелищем.

Девушки вели себя безупречно, поскольку знали, зачем Том и Генерал устраивают общий сбор. Они стояли притихшие, широко раскрыв глаза, и ожидали, что предстоит услышать на этот раз.

Сильвия искоса посматривала на Молли и поняла, что Молли тоже наблюдает за ней. После вчерашней встречи в мансарде Молли была уверена, что на роль Венеры Том и Генерал назначат Сильвию.

Со сцены доносились звуки приготовлений к спектаклю: стук молотков, скрип и скрежет перетаскиваемых декораций, перебранка рабочих.

– День, которого вы так ждали, леди, наступил, – торжественно объявил Том.

И в этот момент поднялся занавес.

– Боже милостивый! – Роуз воскликнула это так, что ожидания Тома и Генерала наверняка оправдались.

Огромная раковина стояла посреди сцены. При слабом освещении были едва видны длинные темные канаты. Специально все устроено так, чтобы не было заметно, как команда мальчишек в нужное время дружно натянет канаты – и раковина раскроется.

– В полумраке, ночью это будет выглядеть гораздо эффектнее, – заверил всех Генерал. – Вокруг будут качаться водоросли и плавать рыбы. – Он живописно изобразил руками в воздухе целую картину, и девушки завороженно следили за его движениями.

– Венере, – Том продолжил речь Генерала, – будет оказана честь находиться внутри этой раковины, пока не наступит нужный момент, и тогда она предстанет перед публикой. Венера должна являть собой настоящую жемчужину. Грациозную и прекрасную. Наша славная Жозефина сочинила для нее дивную песню.

Жозефина благосклонно кивнула. Сильвия тут же подумала: жемчужина… Какое отношение это имеет к ней?

– И поскольку я знаю, что все вы, затаив дыхание, ждете объявления о том, кто будет Венерой… – Том был невозмутим.