Жениться по завещанию - Лесли Лафой

– Тогда позвольте вам заметить, леди Кэролайн, – холодно проговорила гостья, – что возвратившегося после отлучки джентльмена не подобает приветствовать в той мире, в какой вы только что обратились к моему сыну.

Кэролайн снова стиснула колени и приподняла подбородок.

Благодарю вас, – сказала она. – Мне определенно еще многому нужно научиться. Будет ли подобающим предложить вам подкрепиться с дороги? Или же мне надлежит проводить вас в вашу комнату, чтобы вы могли сначала переодеться?

– Последнее, леди Кэролайн.

– Тогда сюда, пожалуйста. – Повернувшись, Кэролайн указала в сторону лестницы. И по-видимому, опять сделала что-то не так, потому что леди Обри тихо вздохнула, едва заметно усмехнулась и движением головы предложила ей следовать вперед.

Когда они поднялись на второй этаж и свернули налево, гостья сказала:

– Да, вам очень многому необходимо научиться. И остается только надеяться, что недели для этого будет достаточно.

Кэролайн постаралась не показать свою радость.

– Так вы приехали всего лишь на неделю? – с притворным разочарованием спросила она. – Неужели вы так скоро нас покинете?

– Через неделю к нам присоединятся некоторые из моих друзей, – пояснила леди Обри. – И я надеюсь, что к тому моменту вы сможете предстать перед ними в наивыгоднейшем свете. Потому что их положительные отзывы в значительной степени облегчат ваше вхождение в общество во время предстоящего сезона.

– Ах вот оно что… – проговорила Кэролайн, сразу же охваченная досадой и унынием. – И сколько гостей мне нужно готовиться принять?

– «К приему какого количества гостей мне следует готовиться?» – поправила леди Обри. – Впрочем, леди не запирается подобными приготовлениями. Они дают наставления их экономкам, которые и должны обо всем позаботиться. А гостей, я думаю, будет человек двадцать.

Кэролайн резко остановилась. Ее сердце гулко застучало ребрам, в животе что-то сжалось.

– Двадцать человек?

– Да, я назвала именно эту цифру, – подтвердила леди Обри, также прекратив движение.

– В это количество входят и слуги?

– Нет, разумеется.

О Боже! Кэролайн была готова упасть в обморок. Или того хуже – расплакаться. Она сглотнула и, сделав два глубоких вдоха-выдоха, осмелилась спросить:

– И как долго они у нас пробудут?

Леди Обри вновь одарила ее надменной улыбкой:

– Подобный вопрос, леди Кэролайн, абсолютно недопустим. Считается неприличным даже косвенно намекать, что вы ожидаете отъезда гостей.

Господи, да они могут проторчать здесь до скончания веков Двадцать человек! И если каждый привезет хотя бы одного слугу… Плюс к этому кучера и лакея. Это составит чело век шестьдесят. Шестьдесят человек, которых нужно буди разместить и каждый день кормить! А впрочем, их может было и семьдесят. Или даже восемьдесят.

Чувствуя сдавленность в груди, всеми силами стараясь не впасть в панику, Кэролайн провела языком по вмиг пересохшим губам.

– Но если хозяева не знают в точности, когда гости приедут или уедут, – проговорила она, – то как им рассчитать расход продуктов?

– Обычно прислуге поручается готовить из расчета на половину ожидаемых гостей. И каждый день делать поправки по мере того, как их количество будет меняться.

– Понятно.

Да уж, перспектива не из приятных. Чтобы прокормить такую ораву пусть даже в течение двух дней, потребуется целая гора еды. Имеются ли в кладовых замка Райленд достаточные запасы хотя бы на этот срок? И где взять еще, когда они закончатся?

– А это что такое?

Вздрогнув, Кэролайн проследила за взглядом явно шокированной гостьи, ожидая увидеть огромную крысу, перебегающую коридор. Но, поняв, в чем дело, расслабилась и перевела дух.

– Не что, а кто, леди Обри, – поправила она. – Это моя сестра, леди Симона.

Не обращая на них внимания; девочка продолжала увлеченно фехтовать с воображаемым противником, продвигаясь в сторону учебной комнаты.

– На ней… если я не ошибаюсь, на ней… – запинаясь, проговорила леди Обри.

– …штаны? – закончила фразу Кэролайн. – Да, именно так. Она никогда в жизни не носила платьев, и потому ей немного трудно сразу же отказаться от прежней манеры одеваться. Сюда, пожалуйста, ваша комната там.

– И вы позволяете ей подобные вольности?

– Симону не стоит провоцировать, это может быть опасно, – отозвалась Кэролайн, продолжая путь по коридору и – что было, конечно же, не совсем красиво – злорадствуя по поводу потрясения гостьи. – Разумнее всего просить ее о чем-то по-хорошему, предложив при этом что-нибудь в качестве награды. Держаться надо на расстоянии, а еще надеяться, что она пребывает в благожелательном расположении духа.

– Ни при каких обстоятельствах, – все тем же непререкаемым тоном заявила леди Обри, – ее не следует выпускать из комнаты, когда вы будете принимать гостей.

– Хорошо, я распоряжусь, чтобы к тому моменту ее связали крепко-накрепко.

– «Распоряжусь, чтобы ее крепко связали…» – опять поправила леди Обри, как видно, не уловив в словах Кэролайн иронии. – Заканчивать предложение наречием – это явный признак недостаточного образования.

Господи, какая же она зануда!

– Я обязательно учту ваше замечание и постараюсь выражаться так, как подобает образованной даме. Я не хочу, чтобы гости Дрейтона…

– Вы должны называть его либо «лорд. Райленд», либо «его светлость». Но ни в коем случае не по имени.

– Да, конечно.

– И поскольку мы затронули тему грамотной речи, я должна напомнить вам, что настоящая леди не использует в разговоре сокращенных форм. Подобная склонность считается признаком вялого ума.

– Спасибо за напоминание, – сдержанно кивнула Кэролайн. Между тем они достигли той комнаты, которую еще недавно можно было назвать «фиолетовой». Распахнув обе створки, Кэролайн отступила в сторону. – Вот ваша комната, леди Обри. Надеюсь, вам будет здесь удобно. Если вам что-то потребуется, то дайте мне об этом знать, когда спуститесь к чаю.

– Да, я непременно так и сделаю, – отозвалась леди Обри, переступая порог.

Кто бы сомневался…

Кэролайн не стала закрывать за гостьей дверь, не стала говорить что-либо на прощание. Она не была уверена в себе и поэтому поспешила уйти прочь – как можно скорее, удерживаясь от того, чтобы сорваться, на бег.

Дрейтон сделал шаг вбок, чтобы лучше видеть холл через двери большой гостиной.

– Обри, а кто все эти люди?

Тот даже не потрудился обернуться.

– Если ты спрашиваешь о тех четырех, что приехали вместе с нами, то это учитель танцев, преподаватель языков и портниха со своей помощницей.