Выходи за меня! - Рита Херрон

Лансу не хотелось им мешать, но делать нечего. Надо забрать Чейза на встречу с Ридом. Сегодня у них важный день – заседание комитета. Смахнув пот со лба, он громко постучал в дверь.

Мэдди налила себе в чашку крепкого кофе и тут услышала стук в дверь. Громкий стук испугал ее, и она пролила горячий кофе себе на руку. Кто, черт возьми, ломится к Чейзу ни свет ни заря? Открыть ей дверь или нет? Нет, не стоит. Это может быть Ланс или Рид. Или эта шлюха Дафна!

Господи, ей бы поспать немного, а вместо этого придется объяснять, как она здесь очутилась. А вдруг она столкнется лицом к лицу с одной из любовниц Чейза? Любовницы Чейза. Вот она и сама теперь принадлежит к их числу.

Клятва холостяков поколебала ее решимость и навела на тягостные раздумья. И Мэдди принялась ругать себя за то, что занималась любовью с Чейзом. Слоняясь по комнатам, она, к своему ужасу, в каждой из них обнаружила копию злосчастной клятвы холостяков.

Его неразборчивое «прости», к чему оно относилось? Ему неловко, что он испортил вечер, потянув спину, или же казнил себя за то, что нарушил клятву? Неужели он раскаивается и сожалеет о тех часах, что они провели вместе? И боится, что у нее возникнут к нему претензии и требования?

Удары по двери становились все громче и настойчивее.

Упорство неизвестного посетителя начинало ее злить. После бессонной ночи кружилась голова. Мэдди взяла чашку в руки, на цыпочках пробралась к окну и выглянула на улицу. И едва успела зажать рот рукой, чтобы не вскрикнуть от изумления. Силы небесные!

На пороге стоял Ланс.

Мэдди боосила взгляд на смятую джинсовую рубашку Чейза, которую накинула на голое тело, и сердце замерло у нее в груди.

Что же теперь делать?

Чейз ухватился за поясницу, провел рукой по спутанным от сна волосам и с трудом вылез из постели. Надо сказать соседу, чтобы перестал колотить по крыше в такой час. Не терпится ему, что ли? Нашел когда ремонтом заниматься!

Медленно переставляя ноги, он поковылял в прихожую. Спина так ныла, что все вокруг расплывалось, как в тумане. Он рванул дверь и нос к носу столкнулся с Лансом.

Его друг стоял на пороге, мрачнее тучи.

– Кто тут колотит отбойным молотком?

– Это я стучался. – Ланс подбоченился и окинул Чейза подозрительным взглядом. – Что с тобой? Похмельный синдром?

Чейз провел ладонью по лицу, продолжая поглаживать поясницу, потом повернулся и побрел к дивану... с которого только что поднялась Мэдди с чашкой кофе, растрепанная, в его джинсовой рубашке.

Боже правый! Мэдди!

Реальность обрушилась на него, как снежная лавина. Он застонал, покачнулся и оперся о стену, чтобы не упасть.

– Чейз?

– Мэдди?

– Ланс?

Краешком припухшего со сна глаза он заметил изумленные взгляды, которыми обменялись его лучший друг и любое... то есть сестра лучшего друга. Раскаяние, боль и таблетки смешались и превратили его мозг в кашу. Надо выйти вперед и рассказать всю правду ради спасения Мэдди, пока братец не вцепился ей в горло. Надо взять на себя всю вину, сказать ему, что он ее соблазнил. Словом, сочинить что-нибудь, чтобы Ланс на нее не набросился.

Он уже открыл рот, чтобы выпалить это признание, но поймал тревожный взгляд Мэдди и снова покачнулся. Мэдди и Ланс кинулись к нему. Подхватив его одновременно с обеих сторон, они помогли Чейзу добраться до кушетки, на которой он и растянулся, безвольно раскинув ноги, как тряпичная кукла. Вот бы сейчас потерять сознание и очнуться, когда это позорное утро останется позади.

– С чего тебя так развезло? – буркнул Ланс. – Выпил пять порций коктейля «дикая индейка»?

Чейз покачал головой, комната поплыла перед глазами.

– Нет, обезболивающие пилюли.

– Он вчера вечером потянул спину, – пояснила Мэдди. Сквозь щелки припухших глаз Чейз видел, как Ланс смерил взглядом Мэдди, потом его.

– Как это случилось, Холлоуэй?

«Скажи ему все, и пусть он тебя прикончит на месте – пока действует анестезия, ты ничего не почувствуешь».

– Мы... э-э... приехали в мой дом...

– Мы перевозили... – в панике подхватила Мэдди. Очевидно, она еще не готова поведать о нем своим братьям. Ему стало не по себе, сердце сжалось. Почему бы это?

– Коробки, – закончил он.

– Вчера вечером мы встретились, чтобы осмотреть его новый дом, и Чейз перетаскивал коробки с мебелью и случайно потянул спину...

– И Мэдди отвезла меня в медпункт.

– А потом домой. – Ланс сурово нахмурился.

– А потом?

– Потом ему было так плохо, что я побоялась оставить его одного...

– Она спала на кушетке...

– Чтобы приглядывать за ним, вдруг ему станет совсем худо?

– Да.

Оба умолкли и тупо уставились друг на друга. Ланс склонил голову набок, размышляя над всей этой историей и решая про себя, верить в нее или нет. Чейз чувствовал себя страшно виноватым.

Лгать лучшему другу, что может быть хуже? Обычно Чейз никого не посвящал в свои амурные приключения, но тут другое. Он же поклялся беречь Мэдди и присматривать за ней.

А не соблазнять ее.

Она была невинной девушкой.

Он возьмет всю вину на себя.

Ланс неожиданно расхохотался.

– Боже, а я подумал было... – Он потер подбородок, усмехаясь.

– Что подумал? – спросила Мэдди.

– Вы не поверите.

– Ничего, постараемся, – сказала Мэдди, скрестив руки на груди. Чейзу показалось, что она не на шутку разозлилась.

Впрочем, она прекрасна и в гневе. Ланс рассмеялся еще громче, отчего в голове у Чейза снова забарабанили молотки.

– Да нет, ерунда какая-то. – Ланс подошел к Чейзу и присел рядом с ним на диван. – Я знаю, ты не способен на такую подлость.

Перед глазами у Чейза затанцевали черные пятна. Наверное, это первые вестники совести.

– Но черт меня возьми, Чейз. Какая невезуха! Сегодня у нас встреча с комитетом, и ты там очень нужен. Ты никак не сможешь...

– Я там буду, – сказал Чейз. Нельзя больше подводить друга. Он и так уже подложил ему порядочную свинью. Чейз попытался встать, но боль резанула, и все вокруг закачалось.

– Обезболивающие пилюли на полке в ванной. Я сейчас принесу, – предложила Мэдди.

—Спасибо.

Он бросил на нее благодарный взгляд и увидел боль в ее глазах. Что же ей нужно?

Хоть бы намекнула.

Мэдди прикусила губу, и он так и не понял, то ли она хочет, чтобы он хранил молчание, то ли чтобы выложил всю правду.