Поцелуй пирата - Тереза Медейрос

Морис на минуту задержал на ней тяжелый взгляд и вновь заходил по каюте.

– Я ушел в море мальчишкой, мне было всего двенадцать лет. А когда мне исполнилось девятнадцать, я уже владел собственной торговой шхуной.

«Бесспорно, это было немалым достижением», – подумала Люси.

– У вас, вероятно, найдутся письменные принадлежности? – с невинным видом осведомилась она. – Я могла бы предложить вам свои услуги по записыванию мемуаров. Поверьте, у меня в этом деле богатый опыт.

– А что касается панегирика в мою честь? Это вам тоже по силам? – усмехнулся Морис и продолжал уже серьезным тоном: – Как вам, наверное, известно, после того, как Испания переметнулась на сторону Франции и они объявили совместную блокаду Средиземноморского побережья…

– Мне ли не знать о том, что принесло нам предательство Испании? – живо откликнулась Люси. – Именно в сражении на Средиземном море мой отец чуть не потерял ногу. Это стоило ему всей дальнейшей карьеры.

– Могу вас заверить, что ему это и вполовину не стоило того, чего мне, – желчно возразил Клермонт. – Так вот, в то время каждому капитану представлялось делом чести незаметно проскользнуть мимо их сторожевых кораблей с товарами, которые так ждали в Англии. Однажды я столкнулся нос к носу с испанским фрегатом, до краев груженным порохом, о чем я, конечно, не знал. Он решил захватить мою шхуну, чтобы поживиться моим грузом, и начал меня преследовать. Я оказался в весьма затруднительном положении: на моем борту не было пушек, а моих матросов никто не назвал бы вояками, хотя они буквально кипели ненавистью к противнику. Когда мы сблизились достаточно, чтобы они бросились на абордаж, от полной безысходности я приказал команде швырять им на палубу горящие факелы из пакли, надеясь, что таким образом отсрочу нападение, а тем временем поймаю ветер и удеру.

Видно, один из факелов попал на неплотно задраенный люк, и искры посыпались в трюм. Так или иначе, но минут через десять, только мои паруса надулись и шхуна дернулась прочь, как раздался взрыв такой страшной силы, что я до сих пор не могу понять, как нас Бог уберег от пожара. – Морис остановился, глядя перед собой горящими от возбуждения глазами. Помолчав, он усмехнулся. – Вот так и получилось, что, когда я вернулся из Гибралтара, дома меня встречали как героя, который уничтожил целый фрегат с порохом.

– Уверена, что вам пришлась по душе эта роль, – саркастически заметила Люси.

– Что же, в этом была своя прелесть, – задумчиво произнес Клермонт. – Я удостоился чести быть представленным ко двору. Адмиралтейство уделяло мне лестное внимание. В это время почти все модные салоны Лондона гостеприимно принимали меня.

«Тем более их очаровательные хозяйки», – ревниво подумала Люси. Она живо представила себе молодого красавца капитана, прославленного героя, в окружении восторженных поклонниц, этих жеманных хищниц высшего света. Какой же наивной и неискушенной должна была ему показаться она!

– По вашему тону можно догадаться, что эта идиллия недолго длилась. Я права?

– Да, так оно и было. Но я сожалею не о том, что так быстро потерял положение любимца нации. Почему и как это произошло – вот что терзает меня! – со страстной горечью воскликнул он и в волнении зашагал от стены к стене.

Немного помолчав, Клермонт продолжал:

– Все началось с появления незнакомца на одном из костюмированных балов. Подойдя ко мне, он представился должностным лицом Адмиралтейства. Ему поручено предложить мне, сказал он, дело, которое принесет мне и большую славу, и немалое богатство. В то время это не прельстило бы меня, ведь мне уже разрешили сдать экзамены на лейтенанта военного флота, а я горел желанием сражаться за родину. Но этот человек обещал мне, что я буду сам командовать кораблем! Стать капитаном королевского флота во время великой войны! Вам невозможно представить, сколько честолюбивых молодых людей мечтали об этом.

– Продолжайте же, – захваченная его страстным монологом, прошептала Люси.

– Уверен, что вам известно, какая тонкая грань отделяет пиратство от каперства[5]во время военных действий. Разумеется, мне было предложено последнее. Я должен был отправиться в Карибское море, там захватывать корабли противников с тем, чтобы пятую часть добычи отдавать в казну Его Величества для ведения войны. Остальное оставалось в распоряжении команды моего корабля. Мой анонимный благодетель брал на себя обязательство подготовить судно к отплытию и доставить мне каперское свидетельство, подписанное лордом верховным адмиралом. Это свидетельство должно было узаконить мои действия и в случае моей поимки неприятелем помешать ему повесить меня на рее как пирата.

Он презрительно усмехнулся.

– Такой план не мог не взбудоражить необузданную фантазию самонадеянного и честолюбивого молодого человека, каким я тогда был. Даже в самих обстоятельствах этой сделки было что-то захватывающее. Мы разговаривали с этим человеком оба в масках, в уединенной комнате, как в исповедальне. Я не видел его лица, не знал имени. Он сказал, что я не должен задавать вопросов о причинах такой таинственности. Когда же я их узнал, было уже поздно.

– Вас поймали? – с ужасом спросила Люси.

– Меня предали! – в бешенстве вскричал он, сжимая кулаки.

Люси вздрогнула от испуга. Ей ни разу не приходилось видеть Мориса в таком неистовстве.

Он с трудом перевел дыхание, пальцы его расслабились.

– Я был схвачен в Сан-Хуане. За два дня до этого один испанский торговый корабль вынужден был сдаться мне почти без боя. Я предъявил его капитану каперское свидетельство и распорядился перенести его груз на свой фрегат. Там оказались поистине несметные богатства. Три тысячи слитков золота и серебра, пряности, хлопок, индиго, шелк. – Он покачал головой. – Такие сокровища не снились самому капитану Киду.

– Я думаю, что и Его Величество по достоинству оценил вашу добычу.

– Вот этого я никогда не узнал. Нас взяли в плен французы и отвезли в крепость Санта-Доминго. Даже когда меня заковывали в кандалы, я смеялся им в лицо, потому что знал: у них не было оснований обвинить меня в пиратстве. Мое каперское свидетельство было при мне, а все добытые сокровища я предусмотрительно спрятал в Сан-Хуане.

– Боже, как романтично! Карибы, пираты, спрятанные сокровища!

– Подчиненный моего безымянного благодетеля появился на следующий же день. У нас было заранее договорено, что он будет находиться где-нибудь на островах поблизости, чтобы защитить меня в подобной ситуации. Он потребовал, чтобы я отдал ему каперское свидетельство и назвал место, где я спрятал сокровища.

Ошеломленная Люси во все глаза смотрела на него.