Свидание в храме Афродиты - Кэрол Мортимер

– Я никогда не считала Кристину частью своего брака. Она всегда была частью меня, она была рождена, чтобы я одна любила ее и ласкала. Наверное, это смешно звучит?

Дэриэн нежно прижал ее к себе:

– Твои слова никогда не кажутся мне смешными. Но я надеюсь – искренне надеюсь и почту это за честь, – что ты позволишь мне стать отцом Кристине, когда мы поженимся.

Сердце Мэрайи и так уже переполняла любовь к нему, но после этих слов ей показалось, что оно вот-вот лопнет от избытка чувств.

– Я бы очень этого хотела! – пылко воскликнула она. – И я уверена, что Кристина тоже. Мартин никогда не был ей хорошим отцом. – Она нахмурилась. – Он так же мало интересовался ею, как и мной.

– Карлайл был идиотом, – скрипнул зубами Дэ-риэн. – Но от того, что он упустил, я только выиграл. Уверяю тебя: каждый день я намерен говорить и доказывать вам обеим, как сильно и нежно вас люблю.

– Я знаю, что так оно и будет, – благодарно улыбнулась ему Мэрайя, но тут же тревожно закусила нижнюю губу. – Но все равно остаются вопросы, которые нам надо обсудить, прежде чем строить дальше наши чудесные планы. Ты должен узнать обо мне кое-что…

– Нет! – сурово отрезал Дэриэн.

– Но…

– Я больше ничего не желаю о тебе знать, Мэрайя, кроме того, что люблю тебя, а ты любишь меня. Только это имеет значение, – твердо заявил он.

– Дэриэн, ты даже не представляешь, как я счастлива это слышать. – Мэрайя робко улыбнулась. – Но есть вещи, которые тебе правда нужно знать. Если хочешь стать моим мужем.

– Но я действительно этого хочу!

– Тогда ты должен меня выслушать, – потребовала она, потому что Дэриэн явно собрался снова возразить.

Он сжал зубы.

– Если ты собираешься рассказать о других своих мужчинах, то не надо. Все они мне неинтересны и не имеют ровно никакого значения…

– И их просто не существует в природе, – мягко вставила Мэрайя, хотя внутренне затрепетала от радости, услышав, что Дэриэн считает совершенно несущественным фактом наличие у нее любовников прежде.

Дэриэн замер, услышав ее слова. Он сдвинул брови и испытующе посмотрел на нее.

Она, не моргнув, ответила на его взгляд таким же пристальным взглядом и продолжила:

– Семь лет назад я случайно узнала, что мой муж – предатель. Дай мне дорассказать, Дэриэн, пока хватает духу, – взмолилась она, увидев, что он хочет ее перебить.

– Хорошо, – медленно кивнул он, все еще потрясенный заявлением Мэрайи.

И он стал слушать. А Мэрайя рассказала ему о том, как ее муж предал свое государство. Как она поехала с этими сведениями в Лондон, к Обри Мэйстоуну. И как Обри Мэйстоун воспользовался ее информацией и даже самой Мэрайей, чтобы выведать еще больше важных сведений от Карлайла в последние два года его жизни. Как она в течение этих семи лет продолжала работать на королевство, потому что эта работа придавала ей самоуважения. И позволяла чувствовать себя личностью, а не только мамой Кристины.

Но Дэриэн совсем утратил дар речи, когда Мэрайя объяснила, что на самом деле у нее не было никаких любовников. Что она кокетством, лестью, флиртом выуживала сведения у некоторых мужчин, но никогда ни с одним из них не ложилась в постель. Что скандальные слухи о ней приумножились с годами, потому что тщеславие этих джентльменов не позволяло им сознаться в том, что они так и не стали любовниками графини Карлайл.

Последнее ее откровение привело Дэриана в полное замешательство.

– Значит, тот ужасный эпизод, в результате которого была зачата Кристина, был единственным…

– Да, – решительно подтвердила Мэрайя.

– Дорогая! – Дэриэн застонал. – Так наша близость и все те вещи, которые мы делали…

– Были сказочно прекрасны, – горячо уверила его Мэрайя. – Ты не мог бы быть более ласковым, чутким и страстным, даже если бы знал правду, Дэриэн!

Но Дэриэн сомневался. Догадайся он о неопытности, точнее, о полной неосведомленности Мэрайи о тайнах плотской любви, он приступил бы к любовным играм гораздо более неторопливо, нежно и осторожно. Было просто чудом, что Мэрайя отвечала на его ласки так страстно, что она не единожды, а трижды достигла высшего пика!

Но откровения Мэрайи помогли объяснить то ощущение невинности, которую он чувствовал в ней, почему на ее лице то и дело вспыхивал стыдливый румянец, так не вязавшийся с ее репутацией многоопытной сирены.

– Надеюсь, ты не сожалеешь о том, что сегодня между нами произошло, Дэриэн? – шутливо упрекнула она его. – Я очень рассчитываю, что в Лондоне мы продолжим повышать мое образование в этой области. Кристину привезут только завтра вечером, – проговорила она глухо, – так что до тех пор весь дом в нашем полном распоряжении.

Ничего на свете Дэриэн не хотел так сильно, как провести ночь с Мэрайей и предаваться с ней любви бесконечно. Но сумеет ли он ограничиться одними поцелуями, лежа с ней в постели, если она вдруг захочет подождать до свадьбы?

– Я не выдержу, – решительно ответила Мэрайя, стоило Дэриэну заикнуться об этом. – Дэриэн, мне до смерти хочется снова заняться с тобой любовью. Мне же надо восполнить все упущенные годы! Я многого была лишена. И хочу учиться этому и радоваться. – Она теснее прижалась к нему. – Ты ведь не станешь отталкивать меня, Дэриэн?

Разве он мог в чем-то отказать этой женщине?

Женщине, которую любил и которую, чувствовал, будет любить всегда, всем своим существом.

– Знаешь, о чем я подумала после того, что произошло между нами сегодня в Итон-Парке… то есть уже вчера? – поправилась Мэрайя, оперевшись на локоть, чтобы взглянуть на часы, стоявшие на ночном столике. Она, не переставая, поглаживала темные волосы на обнаженной груди Дэриэна, который лежал рядом с ней на ее уютной, но сейчас изрядно растерзанной кровати.

– Ты подумала о чем-то интересном? – Вскинув брови, он лениво окинул взглядом их утомленные, насытившиеся, обнаженные тела.

– Да, – подтвердила она серьезно. – Я подумала, что именно об этом пишут поэты, поют певцы и ради этого влюбленные совершают безумства. Но я ошиблась, Дэриэн. Потому что именно это блаженство, которое мы только что испытали, и есть то, о чем пишут поэты, поют певцы и ради чего готовы отдать все на свете влюбленные! – Их занятие любовью в очередной раз стало для нее откровением. Она и не предполагала, что возможно такое наслаждение, не догадывалась, как это чудесно – стать единым целым с любимым человеком. Соединиться с ним телом, душой и сердцем.

Соединиться телом, душой и сердцем с Дэриэном.

– Дэриэн, я тебя люблю, – прошептала она страстно. – До чего же сильно я люблю тебя, мой дорогой!

– А я люблю тебя. – Его руки плотнее обвились вокруг нее. – И буду любить тебя до самого последнего дня.

– Ты обещаешь?

– Несомненно. А ты?