Музыкант и наследница - Мария Чинихина

— Без тебя знаю, что Льюис по головке не погладит. Что же мистера Анри возмутило на этот раз?

— График. Заявил, что обманывать зрителя некрасиво. Я предупреждала — не подписывай без согласия Смита рекламные контракты! Вы с Пеном ожидаете миллионных прибылей, а в результате получите…

Веста показала кулак, но Билли засмеялся. Глаза его заблестели.

— Не паникуй. Время есть. — Билли потер влажные ладони. — Как бы ни был прекрасен мир в постели с Бетт Андре, Анри Смиту быстро наскучат нежные ласки, и он вернется. Сцена — его жизнь. Но я бы хотел получить страховку для воздействия в будущем.

— А ну поподробнее? — Веста сняла с головы второе полотенце. Мокрые волосы рассыпались по плечам.

— Анри Смит дорожит мнением Бетт Андре. Сделаем так, что он оступится. Случайно или специально, но ты его соблазнишь. Если станет сопротивляться, снотворное и другие препараты никто не отменял. Твоя задача продемонстрировать утром пикантные снимки и сказать, что если он не желает быть сговорчивым, фотографии получит письмом его возлюбленная. Льюис общался с ней. Наивная утонченная девчонка. Анри Смит посчитает подлостью разрушить веру Бетт Андре в прекрасное возвышенное чувство. Сделай, как я говорю, и мы добьемся не только пения под плюс и под минус, но и нового контракта.

— Замечу, что тебя не волнует неадекватное поведение бывшего друга? — спросила Веста.

— Нисколько, — ответил Билли и выпил еще коньяку. — Предпочитаю точный расчет. Маленький шантаж вразумит его, уверяю.

Веста пожала плечами:

— Не думаю, что Анри станет плясать под твою дудку. Ты бы видел его! Он безумен! Бежал к лифту так, будто я гналась за ним со смирительной рубашкой!

— Он пожалеет Бетт Андре и ее веру, — повторил Билли. — Бессмысленно спорить, дорогуша.

— И на этот раз ты ошибся, Билли!

— Ну, ну…

Веста перебралась на диван. От Билли пахло дорогим парфюмом. И на лбу у него выступили капельки пота. Но он и виду не подавал, что волнуется. Пил коньяк и при любой возможности готовился перебить Весту. Она не позволяла говорить. Поглаживала щеку свободной рукой и задумчивым голосом шептала нежности. Горячее дыхание, смешанное с запахами табака и дыма, щекотало Билли ухо. Хотел было отстраниться, но Веста цепким движением схватила его за запястье и гневно бросила:

— Поверь, в нынешнем состоянии Анри Смит способен разорвать у Пена на глазах любые снимки и даже осмелится послать его к черту.

— Э нет… Мой школьный друг…

— Анри не ученик в школе более, — Веста потушила сигарету.

Билли махнул рукой. Запах табачного дыма он просто ненавидел.

— Как знаешь. — Веста ушла в ванную. Билли открыл окно. Дышать стало намного легче. Шум фена оглушил его и он, напрягая связки, крикнул:

— То есть ты отказываешься помогать?

Фен заглох. Голова Весты показалась в проеме.

— Я не отказывалась… Помогать тебе…

Она вернулась в комнату.

— Анри Смит мне нужен, малыш. Не будет поддельных фотографий, будут настоящие.

— Зачем? — удивился Билли. — Оглянись вокруг! Столько мужчин! А ты умеешь привлекать внимание. Выбирай!

Веста покачала головой:

— Вы одинаковые, а Анри Смит талантливый гений с тонким внутренним миром! Меня бесит, что он достался крашеной выскочке Бетт Андре! Таким драным кошкам как она, положено быть Элизабеттами и выходить замуж им следует за людей своего круга, а не калечить тягу к жизни у популярных музыкантов!

— Скажи, ты задумывалась, что она видит в нашем Анри сына обедневшего короля? У него нет Страны, зато в беде не оставит. На мой взгляд, лучше иметь небольшой, но уютный домик, чем глупые мечты и многокомнатный дворец, которого не существует.

— Возможно ты прав, но я хочу дворец, и я построю его. С Анри Смитом.

В девять утра Жасмин привела стилистов. Анри притворился, что увлечен городскими новостями. Он и не помнил, когда в последний раз брал в руки газету. В творческом отпуске привык читать книги и музыкальную литературу, а на гастролях выступления настолько выматывали, что времени на развлечения не оставалось.

Бетт Андре кружилась вокруг седого мужчины и его молодых помощников. Ее обмеряли сантиметром, к груди прикладывали ткани различных цветов. Седой старик утвердительно или отрицательно качал головой. Он одобрил синий, бирюзовый и сиреневый и приказал убрать с его глаз ткани красного цвета. Анри мысленно не согласился с ним. Яркий цвет привлекал внимание к естественному румянцу на щеках Бетт Андре и освежал лицо. Если бы не традиции, не позволявшие вмешиваться в дела профессионалов, он бы настоял, чтобы платье для его невесты шили из тканей красного цвета.

Затем настала его очередь. Клаус забрал газету и вывел в центр гостиной с белым роялем. Утром мебель заранее раздвинули и освободили пространство. Теперь Бетт Андре наблюдала, как ему поднимают руки, ноги, поворачивают. Мистер Ри лично обмерял бедного музыканта, а помощники записывали данные. Мистер Ри останавливался, задумчиво смотрел в глаза Анри, поправлял черные дужки очков, затем говорил да или нет, и помощник с номером «пять» отмечал в блокноте понравившиеся варианты. Мучения Анри закончились к одиннадцати, а в двенадцать от чтения газеты отвлекли снова. Гостиную покинули стилисты, но на смену явилась другая команда. В комнату влетели организаторы. Анри спрятался от них в темном углу, но Бетт Андре нашла его и там. Вырвала газету из рук и сказала:

— Никто не знает, когда ты появишься здесь в следующий раз, поэтому я поручила Энни пригласить и госпожу Ри. Обращайся к ней именно так, иначе обидится…

— М… нет… госпожа Ри, жена мистера Ри? — переспросил Анри.

В гостиную вошла немолодая дама, внешним видом походившая на седого старика. Крашеные волосы женщина прикрыла черной шляпкой, а в руке она держала трость с алым наконечником. По приказу госпожи Ри помощники сдвинули мебель. Они занимались перестановкой двадцать минут. Госпожа Ри передала летнее кружевное пальто Энни, затем грациозно опустилась в одно из предложенных ей кресел. Молодые люди выстроились у нее за спиной, а самый смелый и проворный разложил наброски и чертежи на столе.

— Ты прав, госпожа Ри, жена мистера Ри, — шепнула Бетт Андре на ухо Анри. — Старик отвечает за гардероб, она за организацию официальных мероприятий, а брат мистера Ри — за дизайн помещений. Они редко что делают сами. Но ради исключительного случая, как наша свадьба, дорогой, лично в Золотой Дворец.

— О моей маме ты не забыла? — вдруг спросил Анри. В данный момент скучная история создания семейного предприятия «Супруги Ри» его не заботила.

— Поезд в три пятнадцать, — упрямо ответила Бетт Андре. — Едем с Клаусом и Энни. Журналисты осветят лишь наше возвращение.

— Весело я проведу время, — пробубнил Анри.

— Не язви, сам подписался на свадьбу… Госпожа Ри!