Нечто греховное - Сюзанна Энок

– Есть здесь кто-нибудь живой? Мне жарко! – крикнула леди Ганновер, сидевшая на кушетке в гостиной на втором этаже. – Я слышала, что герцога Мельбурна убили проклятые китайцы. Это правда? Неужели эти дикари действительно сняли с него скальп?

– Китайцы не скальпируют врагов, милая, – отозвался маркиз. – Они отрубают ворам руки или голову.

– Какой ужас! Мне дурно! Воды, воды! – Маркиза принялась обмахиваться веером. – Помоги же мне скорее, Сарала!

Вошедшие в комнату маркиз и Сарала обменялись многозначительными взглядами и подошли к ней. Дочь наклонилась и сказала, взяв мать за руку:

– Все пока еще живы, не волнуйся, мама!

Было немного странно видеть маркизу одну в гостиной, где всегда собиралось множество дам. Очевидно, сенсационное известие о помолвке одного из братьев Гриффин и ее дочери так потрясло старых сводниц, что они все еще не могли прийти в себя либо с раннего утра отправились разносить эту новость по всему Лондону. Так что затишье в доме Карлайлов явно было обманчивым и недолгим.

– Так Мельбурн жив! Слава Богу! – с облегчением воскликнула маркиза, все еще не расставшаяся с безумными надеждами выдать Саралу за герцога и не свыкнувшаяся с мыслью, что дочь уже помолвлена с его братом.

– Жаль, что вы не видели, мама, как умело Шарлемань вел с китайцами переговоры! – сказала Сарала, подавая ей бокал с водой.

Маркиза утолила жажду и спросила:

– Но где же теперь эти Гриффины? Нам необходимо решить вопрос о свадьбе! Говард, не позволяй им морочить тебе голову и настаивай на достойном выкупе за невесту!

Маркиз достал из кармана сюртука лист бумаги, свернутый вчетверо, который ему ранее дала дочь, развернул его, пробежал текст и с удовлетворением сказал:

– Не беспокойся, дорогая! Все будет в порядке. А пока же у меня есть расписка лорда Шарлеманя в том, что он обязуется уплатить Сарале за партию шелка четыре тысячи фунтов. Неплохо, доченька! Ты просто умница.

– Спасибо, папа! – Однако Сарала умолчала о том, что она могла бы получить и вдвое больше.

– Четыре тысячи фунтов? – переспросила маркиза. – Но ты же сказал, что товар принадлежал китайскому императору. Разве не выгоднее было бы продать этот шелк непосредственно ему?

Маркиз засунул листок в карман и покачал головой:

– От сделок с всемогущими азиатскими правителями лучше воздерживаться, да и вообще твоя идея несколько отдает беспринципностью, дорогая. Как можно продавать краденое его бывшему законному владельцу? – Маркиз пожал плечами.

– По-моему, для китайского императора такая потеря незначительна. Он вряд ли вообще ее заметил! – Маркиза фыркнула.

Сарала не разделяла точку зрения матери, не присутствовавшей в Британском музее во время встречи Шарлеманя и специального посланника правителя Китая. Азиат явно был настроен очень воинственно, однако Шей дал ему достойный отпор и не дрогнул перед угрозами. Сарале с большим трудом удалось подавить возникшее у нее тогда желание расцеловать Шарлеманя прямо в египетском зале.

Дай она волю своим чувствам, это разрушило бы их планы расторгнуть свою помолвку. Тем не менее ей даже теперь хотелось его поцеловать и ощутить кожей тепло его сильных рук, прильнув к нему всем телом.

– Ты, похоже, не слушаешь меня, Сарала! – развеял ее грезы материнский окрик. – А ведь нам надо подумать об Устройстве бала по случаю твоей помолвки! Как ты считаешь, герцог Мельбурн согласится дать его у себя в особняке? Это было бы грандиозно! Собрался бы весь высший свет! Гриффины, как я слышала, вот уже три года как не приглашают в Дом гостей.

– Разве ты не знаешь, мама, что герцог в трауре в связи с кончиной супруги? – удивилась Сарала. – Я не стану огорчать его такой нескромной просьбой. Тем более что о нашей с Шарлеманем помолвке он объявил исключительно ради спасения моей репутации. Не исключено, что Шей передумает жениться на мне. И если это случится, то я буду только рада. Как бы тебе ни хотелось выдать меня за одного из влиятельных Гриффинов, это было бы непорядочно.

Выпалив эту тираду, Сарала поняла, что попала в самую точку. Именно в этом и заключалась суть проблемы. Ведь как бы ни импонировал ей Шарлемань, такой привлекательный, самоуверенный и сильный, их помолвка была обманом, обусловленным исключительными обстоятельствами. Выходить замуж, будучи не уверенной в его подлинных чувствах и намерениях, Сарала не желала. Она хотела, чтобы все было по-честному. Ему ведь и раньше доводилось целовать девушек, и роль авантюристки, сумевшей поймать его на этом, ей претила. Как жить с мыслью, что в душе он ее ненавидит?

Маркиза вскочила с кушетки и принялась расхаживать по комнате, восклицая:

– Какую чушь ты несешь, деточка! Именно поэтому-то нам и необходимо как можно скорее обо всем с ними договориться! Я не допущу, чтобы кто-то из вас, голубков, передумал!

– Какой кошмар! – Сарала схватилась руками за голову.

– Таковы суровые правила жизни, доченька! Послышался стук в парадную дверь, и маркиза умолкла, прислушиваясь. Блэнкман отворил и впустил кого-то.

– Это наверняка леди Аллендейл, – сказала маркиза. – Мы с ней собирались обсудить подготовку к свадебным торжествам.

Этого только не хватало, подумала Сарала.

– Тогда не стану вам мешать! – Она повернулась к матери спиной, чтобы выйти из комнаты.

– Держись бодрее, смотри веселее, доченька! – напутствовала ее мать – Иначе Гриффины могут подумать, что ты не рада помолвке.

Сарала глубоко вздохнула, терпение ее иссякало. К счастью, в гостиную вошел, держа в руке поднос с визитными карточками, дворецкий. Отвесив дамам поклон, он объявил: