Счастье рядом - Аннэ Фрейтаг

Мы сидим на крыше машины и едим сэндвичи. Колбаса отдает базиликом и лимоном, помидоры маленькие и сочные, а персиковый сок, которым мы их запиваем, настолько хорош, что я бы в нем с удовольствием искупалась. Мы оставили Рим и отправились на поиски темноты. И примерно часа через полтора нашли ее. Здесь только мы и огромное небо. И музыкальное сопровождение сверчков. Кажется, мне достаточно лишь протянуть руку, и я достану до звезд. Мне хочется сказать Оскару, что я его люблю, но за меня это делают глаза. Каждый раз, когда я смотрю на него. Наклоняюсь к нему и целую в щеку.

– Спасибо.

– За что? – машет он головой.

– За то, что показал мне, насколько можно быть счастливой.

Сначала его выражение лица полно любви, но, когда мой взгляд падает на его губы, лишь мимолетное мгновение, и оно меняется. Между нами вспыхивает пожар. Оскар откладывает сэндвич, делает глоток сока и медленно приближается ко мне.

Его губы соленые, а дыхание сладкое. Я ощущаю персиковый сок и кислинку помидора на его губах. Этот поцелуй невероятно мягкий, и я чувствую, что он может закончиться в любой момент. Вот-вот он остановится, но он не должен останавливаться! Каждую секунду, когда он хочет отдалиться от меня, я быстро хватаю его за плечи и крепко держу. Оскар открывает глаза, и какое-то время мы просто смотрим друг на друга, но он так близко, что расплывается у меня перед глазами. Он обхватывает мое лицо ладонями и снова притягивает к себе. Его язык играет с моим. Сначала аккуратно, затем более настойчиво. Мое сердце возбужденно бьется, а кончики пальцев дрожат. Оскар засасывает мою нижнюю губу и медленно отодвигает меня. Я откидываюсь назад, мои пальцы зарываются в его волосах, а его руки крепко держат меня. Он ложится сверху, и я позволяю ему это. Поцелуй, который начинался так нежно, теперь совсем другой. Он как голодное существо, состоящее из нас двоих. Из любви и еще чего-то. Может быть, страха…

Оскар держит одной рукой мой подбородок, его бедра трутся о мои. Я тяжело дышу, и, кажется, сердце сейчас выпрыгнет, когда я начинаю проводить рукой по его телу под футболкой. Я чувствую его мягкую кожу и напряженные мышцы. Когда я немного раскрываю ноги, мои колени дрожат. Он прижимается еще ближе ко мне, и я чувствую что-то. Что-то твердое. Оскар двигается. Его тело скользит по моему. Наше тяжелое дыхание перемешивается, и во мне все трепещет. О боже! Мурашки повсюду. Я чувствую то, что прежде никогда не чувствовала. Я ищу руками опору, мое дыхание ускоряется. Мир движется в замедленной съемке, и я падаю в бездну. Все кружится. Я забываюсь. Теряюсь в моменте. Под ним, от его прикосновений. Я чувствую, как подушечки его пальцев медленно поднимаются от моей талии к груди, как вдруг что-то во мне хватает его руку и отбрасывает ее.

Мы, запыхавшись, смотрим друг на друга. В темноте видно только половину его лица, но достаточно того, что я вижу. Оскар сглатывает, поворачивается, поправляет футболку и начинает убирать наш ужин.

– Оскар, это… – Я на секунду закрываю глаза, а затем набираю воздух в легкие и говорю: – Правда, прости.

– Не извиняйся, – отстраненно отвечает он.

– Пожалуйста, послушай, – я хватаю его за руку. – Я…

– Все в порядке, – перебивает он меня, бросает еду в пакет и спрыгивает с крыши. Я сижу под звездами, которые кажутся такими близкими, но на самом деле очень далеки. Так же, как и Оскар. Я осторожно спускаюсь к нему и смотрю, как он достает палатку и рюкзак из багажника.

– Ты будешь спать в палатке?

Он смотрит на меня, и я понимаю, что это самый дурацкий вопрос, который я могла задать. Оскар стискивает зубы, будто хочет сдержать в себе злобный комментарий, и начинает устанавливать палатку.