Патологический мерзавец - Лора Вайс

– Обязательно предупрежу.

– Хороший директор, можешь вылезать.

Покрасневший, точно рак, Дмитрий выбрался из купели и сейчас же лёг на прохладную плитку. Высокие температуры он всегда переносил плохо. Ему ещё повезло, что всё закончилось именно так.

– В общем, как оклемаешься, Фёдор тебя проводит. Кстати, на днях я загляну в школу, посмотрю, что у вас там к чему.

– Будем рады вас видеть, – пробормотал сквозь тяжёлое дыхание директор.

– Не сомневаюсь, – и Назар направился к двери, за которой переминался с ноги на ногу Фёдор. – Можешь забирать своего братца, – зыркнул на него недобро. – Мы уладили все вопросы.

А завтра он уладит все вопросы с Лейкиной.

Саша тем временем опять и снова не могла уснуть, все ворочалась в постели. Виной тому был голод. Несмотря на то что перед сном она перекусила двойным бутербродом с сыром, колбасой, огурцом и майонезом, живот урчал и болел.

– Да что ж такое, – она всё-таки поднялась. – Не одно, так другое, – пошла в кухню, где Светлана Макаровна мирно пила чай и смотрела «Дачку на прокачку» по телевизору.

– Не спится? – расплылась в улыбке женщина.

– Нет, – Саша осмотрелась на предмет съестного – и удача! Обнаружила пряники в конфетнице. – Светлана Макаровна, вы не против, если я у вас один пряник украду?

– Бери, конечно, хоть все бери!

У Саши аж глаза загорелись, что вызвало у соседки незамедлительную реакцию:

– Девочка моя, ты только не подумай чего плохого, но я заметила, ты кушать стала чаще раз в пять.

– Это всё нервы, – Саша скорее схватила пряник и вгрызлась в него, будто неделю не ела. – Работа, новый коллектив…

– Думаю, работа тут ни при чём, ты уже неделю совершаешь набеги на кухню.

– Правда? – Саша уставилась на неё с искренним удивлением.

– Правда-правда. Я очень рада, что у тебя такой хороший аппетит, щёчки вон порозовели, улыбаться стала чаще, но всё-таки будь осторожнее, углеводы очень коварные.

– Честно говоря, я сама не понимаю, что со мной происходит. Я в жизни никогда так на еду не реагировала. Особенно на сладкое. А тут тяну в рот всё, что плохо лежит, – Саша опустилась на табуретку, пододвинулась к столу, затем пододвинула к себе конфетницу.

– Как бы со здоровьем чего не приключилось. Может, гормональное?

– Думаю, вы правы, стоит сходить к врачу.

– Тьфу-тьфу-тьфу, лишь бы ничего серьёзного.

– Да уж… – девушка взяла в одну руку второй пряник, в другую котёнка. – Ладно, я спать.

– Хороших снов, Сашенька.

Со второй попытки уснуть всё же вышло.

Ночь пролетела слишком быстро и как-то неспокойно, то было душно, то холодно, то сны снились бредовые, а проснулась от того, что за окном было как никогда тихо. Саша успела привыкнуть к стуку молотков, перфоратора, ругани строителей, они начинали работу каждый день ровно в семь утра, но не сегодня. Почему не сегодня? Решили утроить перерыв?

Быстренько собравшись и плотно позавтракав, Александра поспешила на улицу. День обещал быть жарким и душным, воздух уже прогрелся до двадцати пяти градусов, тогда как часы показывали всего-то полвосьмого утра. Девушка отправилась на свой участок, чтобы убедиться в наличии рабочих. Ей очень хотелось поскорее переехать, ощутить себя хозяйкой, зажить по-человечески, в конце концов, сколько можно мыкаться по чужим углам?

Подойдя к временной двери, с трудом открыла её и заглянула внутрь. Вокруг серел бетон, в воздухе в солнечных лучах мерцала строительная пыль, света здесь было много за счёт больших окон. От двери сразу начинался просторный холл, переходящий в будущую гостиную-столовую, затем кухню.

– Ау? – произнесла Саша негромко. – Есть кто?

– Сегодня никого не будет, – раздалось у неё за спиной, отчего бедняжка взвизгнула и отскочила в сторону.

– Твою мать, Назар! – она схватилась за сердце.

Он меж тем зашёл в дом и тоже осмотрелся:

– Нравится?

– Да, весьма, – Саша уставилась на него с негодованием. – А почему никого не будет?

– Я дал рабочим выходной, пусть люди отдохнут денёк-другой.

– Денек другой?

– Или месяц, или два… Думаю, не стоит особенно-то торопиться. Как считаешь?

– То есть? Ты мне обещал, что я смогу заехать через пару месяцев. Какая муха тебя опять укусила? – Саша начала заводиться.

А он всё смотрел на неё и не мог понять, что изменилось. Но определённо что-то изменилось. Губы себе надула? Да вроде не была замечена – его охрана за ней следит двадцать четыре часа в сутки, обязательно сообщили бы о таком. Грудь увеличила? Или это эффект от декольте её чертовски сексуального платья?

– Ты что-нибудь с собой делала?

– Я вопрос задала!

– Я тоже. И повторять его не хотелось бы.

– Ничего я с собой не делала! В чем дело, Кольский? Что произошло?

– Нет, что-то определённо делала, – он направился к ней. – Ты изменилась.

– Хватит уходить от темы!

Но он словно не слышал её. Спустя пару секунд Саша уже стояла в кольце мужских рук, которые держали её за талию. И едва пальцы Назара коснулись её горячего тела, ощутили его мягкость сквозь тонкую атласную ткань, как на глаза опустилась пелена.

– Сейчас я тебя слегка изнасилую, – он прижал Сашу к себе, упёрся ширинкой ей в низ живота.

– Прямо здесь? – вскинула брови Саша. – Прямо среди бетона?

– О да… – он подхватил бестию, заставил обнять себя ногами, после чего отнёс к верстаку. – Ты что-то имеешь против? – усадил на край. Она определённо потяжелела.

И надо было бы возмутиться, но Саша испытала такой силы желание, что не смогла слова произнести, вместо этого сама расстегнула молнию на его джинсах, стянула с Назара футболку, а он задрал подол её платья, накрыл ладонями бёдра и чуть раньше времени не сдался. Нереально мягкая, нежная, черт возьми, она поправилась! Как же прекрасно, что она поправилась!

Остальное происходило как в тумане, вязком, тёплом, густом тумане… Назар не мог перестать целовать её, ласкать, сжимать. Будто у него год не было секса, да какой там год, всю жизнь! А Саша забыла обо всём, было важно только здесь и сейчас. Каждой клеточкой она чувствовала несносного олигарха, целовала его и кусала, обнимала и царапала, дышала им. Финал заставил обоих вздрогнуть, застонать, окунуться в эйфорию.

– Я скучал… – прошептал он ей в губы. – А ты?

– Тоже.

– Раз так, то зачем всё это ребячество, эти обидки? Поехали ко мне… Я без тебя спать нормально не могу, кусок в горло не лезет.

– И компот не льётся в рот?