В суете прошлых дней - Екатерина Риз

– Понятия не имею. Но, думаю, если хочешь оставаться семейным человеком, это следует сделать.

– Юль, почему мы не поженились? – вдруг спросил он.

Я озадачилась, повернулась к нему.

– Наверное, потому, что ты меня замуж не звал. А когда я предложила, поспешил отказаться.

Олег смотрел на меня печальными глазами лабрадора.

– Ты же предложила не потому, что меня любила.

Я не удержалась и хмыкнула.

– Если бы любил ты, предложил бы сам.

Метелкин помолчал, выглядел при этом тоскливо. Наконец, сел на кровати, спустил огромные ноги.

– Наверное, ты права, – проговорил он.

– Олег, что у вас случилось? – поинтересовалась я. И тут же добавила: – Я понимаю, что это не моё дело, ты можешь не рассказывать, но такие встряски, знаешь ли, когда ты заявляешься ко мне жить, мою нервную систему до добра не доведут.

– Извини.

– Я извиню, Олеж, но тебе надо домой, к жене.

– Что за мужик вчера был? – спросил Метелкин, и глянул на меня исподлобья. Между прочим, с претензией и укором.

Я смутилась, но всего на мгновение.

– Если ты помнишь мужика, значит, всё не так плохо.

– Конечно, помню. И, как понимаю, ты ночевала у него.

– Я не могла ночевать с тобой. Ты человек женатый, – наставительно проговорила я.

– Ты с ним встречаешься?

– Встречаюсь, – согласилась я.

– Совсем меня забыла, да?

– Я очень старалась, Олежа, – честно призналась я. Подошла, потрепала его по буйной головушке и легким тоном продолжила: – Я в душ. А ты выпей кофе и вызови такси. Мне нельзя опаздывать на работу.

До работы Метелкин меня проводил. Мы вместе ехали на такси, Олег без конца вздыхал и на меня косился. А я ему посоветовала:

– Купи цветы.

– Тебе?

Я глаза закатила, посмотрела на Метелкина, прежде чем выйти из такси. И сказала:

– Жене, Олег.

– Боюсь, цветами тут не обойдёшься.

Я тут же замахала на него руками.

– Не хочу знать подробностей.

Я из машины вышла, дверь захлопнула, а Метелкин высунул голову в открытое окно.

– Юлька!

Я обернулась.

– Я позвоню?

– Позвони, – согласилась я.

Я только успела подняться на крыльцо, как меня под руку подхватила Алена.

– Меня глаза не подводят? – заахала она смехом. – Тебя Метелкин на работу привёз? Опять любовь-морковь?

Я руку её от себя отвела.

– Не выдумывай. Чисто дружеские отношения. – Глянула на часы на запястье и решила, что следует поторопиться, ускорила шаг.

– В обед поболтаем? – крикнула мне вслед Слепова.

Я лишь согласно кивнула и нырнула в лифт.

Настроение мне немного подпортил звонок сестры ближе к обеду. Дашка почти полчаса ныла по поводу детей, потом неоплаченного кредита, затем из-за очередной ссоры со свекровью, и я, признаться, успела забыть о том, что при последней нашей с ней встрече, мы тоже, как бы, поругались. Я ушла из её дома, хлопнув дверью, Дашка мне вслед сыпала проклятиями, но память у сестры на этот счёт всегда была короткая. И вот, не прошло и двух недель, как она звонит мне, как ни в чем не бывало. Вот только звонила мне сестра всегда лишь для того, чтобы пожаловаться. Никогда не спросит, как дела у меня.

– Как мама? – перебила я её в какой-то момент.

– Мама? – переспросила Даша, явно удивившись вопросу. – Понятия не имею, я с ней не виделась.

Подобной реакции я никогда не понимала. Вот сколько лет мы жили в разных городах, столько я и удивлялась. Сестра с матерью жили через три улицы друг от друга. Пятнадцать минут прогулочным шагом. Но не виделись неделями. Не общались, не перезванивались, по сути, не интересовались жизнью друг друга.

– Что, и слухов никаких? – поинтересовалась я.

– Ты про этого мужика, что ли?

– Хотя бы, – неохотно проговорила я.

– Ты же знаешь, я к слухам давно равнодушна. Одним больше, одним меньше.

– Замечательная у нас семья, – пробормотала я.

– Нормальная, – тут же отрезала Даша. – Она много о нас с тобой в детстве думала? Так почему я должна о ней думать? У меня есть о ком подумать.

Я глянула на часы, поняла, что разговариваю с сестрой практически весь обеденный перерыв, хотя, обещала поболтать в это время с подругой, и решила поинтересоваться в лоб:

– Даш, ты зачем звонишь? Я, вообще-то, на работе.

– Просто так. Поговорить.

Так и хотелось спросить: «О чем?», но сестра неожиданно продолжила:

– Юля, мне нужна твоя помощь.

Вот это настораживало.

– Какая?

– Я подумала, что ты же хорошо устроилась в Нижнем? Вполне можешь помочь родственникам перебраться.

Это было, как гром среди ясного неба. Честное слово. Таких речей от сестры я никогда не слышала. Меня лишь обвиняли в том, что я всё бросила и перебралась в большой город. И все мои достижения ставились под большое сомнение. А теперь Даше захотелось взять с меня пример.

– Ты хочешь уехать из Борска?

– Я не могу больше жить со свекровью. Я устала.

– Ах, вот в чём дело, – усмехнулась я. – И ты считаешь, что перебраться с мужем, детьми и кредитами в большой город, на съёмную квартиру, вам будет по силам?

– Первое время мы поживём у тебя.

Я лишь на долю секунды представила себе то, что предлагала мне сестра, и тут же, не думая о последствиях, категорично заявила:

– Нет. Ни за что.

– Юля, это не по-родственному, – тут же обвинила меня Дашка. Причем, исходя из того, что её обвинения не запоздали ни на секунду, к моему отказу сестра была готова. – У меня дети, нужно думать об их будущем.

– Даша, это ваши дети. Думайте об их будущем сами. Всё, чем я могу помочь, это поискать для вас съемное жилье по приемлемой цене. Ну, и работу на первое время для тебя.

– Для меня?

– Твой муж пусть ищет работу сам, откуда я знаю, что он может и умеет. Кстати, что его перестало устраивать в работе на лесопилке? Ты же так была ей рада.

– Перестань меня цеплять этой работой! Я знаю, что ты злишься из-за этого. Но, чтоб ты знала, в Борске с работой большая напряжёнка, и хвататься надо за любую. Как мой Серёжа и поступает. Это не для того, чтобы тебя позлить.

– Я так и не думала. Но, если ты хочешь говорить серьёзно, не мешало бы для начала твоему Серёже найти работу, а потом уже привозить вас. Чтобы было куда и на что.