Слепая зона - Ксана М

– Будешь продолжать выражаться, и я вымою тебе с мылом рот, ― предупредил Техас, и моя сестра раздраженно закатила глаза.

Я усмехнулся.

– Не переживай, Лори. В мои планы не входит всё это бездарно просрать.

Техас нахмурился.

– Это всё ты. ― Он бросил ложку и, сложив на груди руки, откинулся на спинку стула. ― Я стараюсь, объясняю, что нецензурная брань ― это плохо, а ты поощряешь, да?

– Боже, Сейдж, хватит, ― выдохнула Тейлор. ― Мне уже давно не пять.

– Вымою, ― повторил он, убеждая её в этом взглядом, ― с мылом.

Тейлор хотела возразить ― я ясно это видел; или просто понимал, что мне бы возразила ― но вместо этого она молча потянулась к своей чашке. Не знаю, как у Техаса это выходило, но, несмотря на то, что они вечно воевали, словно по углям раскаленным ходили, только он один имел на неё такое влияние.

Блин, да даже я такого влияния не имел. На собственную сестру.

Чем этот добряк её брал?

Подумать об этом не дал громкий и настойчивый лай. Баффи села в центре кухни, выжидающе оглядев каждого из нас, а затем снова гавкнула.

– Кажется, твоя Чубакка27 хочет на улицу, ― усмехнулся я.

– Баффи, ― заметила Никки, ― её зовут Баффи.

– По мне, так Чубакка ей больше к лицу. Такая же странная, мохнатая и любит искать на задницу приключения.

Словно поняв, что я говорю о ней, Баффи повернулась ко мне и громко гавкнула.

– Не обижайся, девочка. ― успокаивающе произнес Сейдж. ― Чуи был добрым, отважным и отлично пилотировал.

– Эй, на чьей ты стороне? ― возмутился я.

– Я погуляю, ― усмехнулась Тейлор, а затем задорно хлопнула в ладоши, ― Баффи, пойдем!

Чубакка довольно заскулила и рванула к двери, при повороте впечатавшись в стену.

Я усмехнулся.

– Пойду проконтролирую, ― улыбнулся Техас, ― не дай Бог собаку потеряет.

– Я всё слышу!

Никки собрала тарелки и подошла к мойке, а я понял, что вновь на неё засмотрелся. Не знал, сколько времени прошло, очнулся, когда её мобильник заревел от вибрации.

Бездумно опустил на экран глаза и прочитал:

«Пять дней, Николь».

«Часики тикают. Времени всё меньше».

«Не ошибись».

Боб.

Пальцы самопроизвольно сжались в кулаки. Мне даже показалось, что хрустнули.

Для того, чтобы сложить два и два, много времени мне не потребовалось.

– Хочешь фильм какой―нибудь посмотрим?

– Ты виделась с Бобом?

Никки замерла, даже моргать не осмеливаясь, и я без слов понял ― виделась.

– Он тебе эсемеску написал, ― пояснил, и она тут же опустила глаза на телефон.

Хотела взять его, посмотреть ― видел, но её будто бы что―то останавливало.

– Я собиралась сказать.

– И почему же не сказала?

– Не знала, как.

Мы одновременно замолчали, переваривая происходящее.

Молча. Спокойно.

Хотя едва ли меня в данный момент можно было назвать спокойным.

Ни хрена я спокойным не был.

– На что он дал тебе пять дней?

Никки сглотнула и, облокотившись о мойку, выдохнула.

– На то, чтобы я вернулась. К… нему.

– Он угрожал тебе? ― она молчала. ― Никки, он тебе угрожал?!

– Я… не знаю… всё так сложно и…

Сука. Да нужно было быть клиническим дебилом, чтобы этого не понять.

– Почему ты мне не сказала? ― вскипел, взорвался, признаюсь. ― Черт, Никки, мы ведь договаривались, что пройдем через это вместе!

– Я злилась на тебя, ясно?!… ― закричала она, а затем осеклась, продолжая уже тише. ― Думала, что смогу разобраться со всем сама. Потому что надеялась, что Боб любит меня по―настоящему, так как они всегда любили… ― увидел, как её вновь накрывает. Мою девочку. Как её трясет от обиды и злости. Маленькую, беззащитную. ― А после того, как мы… после того, как наши отношения изменились, я поняла, что боюсь… боюсь сказать тебе, что мой дядя, мой единственный родной человек, клялся разрушить мою жизнь, если я не вернусь в Хьюстон через неделю. Боюсь сказать тебе, что не представляю своей жизни без того что делаю. Что холст и краски ― моё всё! Потому и ты успел стать моим всем! И выбирая между вами, я на части разрываюсь!…

Понимал, что ещё немного и Никки рухнет на холодный кафель.

Подорвался, подхватил её и так сильно, как только мог, прижал к себе.

Она уткнулась носом в мою грудь, смяла пальцами ткань футболки, и я почувствовал, как та намокла.

Они виделись два дня назад. Два дня… пазл в голове, наконец, полностью сложился.

– Ты поэтому плакала тогда? Ты с ним на встречу ходила?

– Да, ― дрожащим голосом прошептала она, а у меня внутри будто бульдозер проехался. Каким я был идиотом. Каким…

Твою ж мать.

– Мы справимся с этим, Никки. Я тебя не оставлю.

Почувствовал, как она неуверенно вертит головой.

– Мы ничего не сможем сделать. Закон на его стороне. У нас контракт, Мак. А по контракту я обязана быть с ним.

– В каждом контракте должны быть лазейки. И мы их найдем.

Некоторое время Никки молчала, а затем подняла на меня своё заплаканное лицо.

– Ты собираешься подключить юристов?

– Точнее, одного. Но лучшего. Она, что говорят, настоящая акула правосудия.

Никки

Камилла Бэлфи оказалась совсем не такой, какой я её представляла.

Мак описал своего юриста, как свирепую, кровожадную хищницу, и я ожидала увидеть суровую женщину в красном костюме с бездушным ледяным взглядом, но прямо к нам направлялась красивая молодая девушка с невероятно мягкими чертами лица и волосами оттенка пепельно―белый блонд. Я знала этот оттенок, мне всегда хотелось такой же. Она улыбнулась нам и, махнув рукой, ненадолго задержалась у стойки.

– Э―эм, ты уверен, что именно так выглядит акула правосудия?

Мак усмехнулся, а я ни на шутку занервничала.

Боб, конечно, не был всемогущим, но у него были связи. И неплохие.

Его адвокаты в самом деле походили на хищников, и я начинала сомневаться, что Камилла сумеет им противостоять.

– Ками только с виду такой ангел. В душе же она сущий дьявол. ― Мак приобнял меня немного крепче, а затем нежно поцеловал в висок. Я расслабилась, но скрыть своей потерянности всё равно не смогла.

– Простите за опоздание. Клиент никак не мог определиться с датой слушания.

– Ты… и адвокат тоже? ― я хлопнула глазами и, подняв на меня глаза, Камилла снова улыбнулась.

– И адвокат, и нотариус…

– …и юрисконсульт, ― добавил Мак. ― Ками хороша во всех