Эйва. Дочь северного ветра - Юлия Арниева

— Да яд! Самый сильный, он убьёт тот, что нам неизвестен, а как вывести спарвию из тела мы знаем, — громко проговорила, прямо взглянув на воина, чуть помедлив, добавила, — Рауд иначе никак.

— Он уже мёртв, — глухим голосом ответил мрачный мужчина, стиснув кулаки так, что побелели костяшки, зло бросил, — делай дочь Северного ветра.

— Нет! Твои вождь жив! — Упрямо покачала головой, поспешила к двери, на ходу проговорив, — я принесу спарвию.

Настойка самого опасного из известных ядов ведуньи, стояла у нас в ванной комнате, тщательно спрятанная под выпавшим камнем в стене, за шкафом. Его отдала мне Мораг наследующий день, когда меня пытались отравить руками Томэга. Ведунья многое рассказала об этом яде и о том, что не всегда он помогает. Вернее, всего дважды на её памяти удалось нейтрализовать один яд, с помощью другого и человек выжил. Но выбора у нас, к сожалению, не было, Агвил умирал, его сердце стало всё реже биться, а дыхание едва заметно, поэтому стоит рискнуть и попытаться спасти вождя Фрэстов таким опасным способом. В нашей с Агнаром комнате надолго не задержалась, вытащив из тайника яд, поставила на место камень и поспешила назад. Вернувшись в покои, не глядя ни на кого, рванула к бессознательному телу, кивком показала испуганной Мире, чтобы подала кружку, с глухим звуком выдернула пробку.

— Я сам, — голосом, не терпящим возражения, остановил меня муж, забирая крохотный пузырёк из тёмного стекла, спросил, — что делать?

— Три капли развести в воде и споить Агвилу, — произнесла, глубоко вздохнув, мысленно обратилась к Вхагару, чтобы помог и не стал сейчас забирать Агвила в свои чертоги.

— Всё, — объявил Агнар спустя несколько минут, отдал чашку Мире, взяв мою ладонь, слегка её сжал, немигающим взглядом посмотрел на вождя Фрэстов. Я, как и Мира, и Рауд тоже не сводила свой взгляд от распростертого перед нами тела мужчины. Небольшая рана чуть выше груди, была давно обработана, кровь смыта, одежда убрана, а сам мужчина бездыханно с едва ощущаемым пульсом лежал, укрытый тёплым одеялом. Не знаю, сколько времени прошло с минуты последней выпитой капли яда, Агвил находился всё в том же бессознательном состоянии, а мы продолжали нависать над неподвижным телом, когда лекарка, вдруг вздрогнув, пробормотала:

— Началось…

— Что? — Обеспокоенно просипел Рауд, поддавшись к вождю, бросив на Миру встревоженный взгляд.

— Яд начал действовать! — Сердито рявкнула в ответ девушка, кинулась к Агвилу, через мгновение мужчину тряхнуло, раздался громкий болезненный стон, а по его телу пошли страшные судороги.

— Держите его! — Воскликнула, схватив голову бившегося в конвульсиях вождя Фрэстов, скомандовала, — Мира давай!

Не мешкая, стиснув зубы до скрежета, девушка уверенной рукой вылила в чуть приоткрытый рот Агвила две ложки настойки, которая должна прекратить действие яда спарвии. Но мужчину вдруг выгнуло, он захрипел и изо рта пошла жёлтая пена.

— Ещё! И воды! Много! — Крикнула, с трудом удерживая голову, боясь взглянуть на Рауда и Агнара, которые с тихим шипением прижимали тело вождя к кровати…

Только спустя час Агвил прекратил биться в конвульсиях. Его дыхание стало ровным, на лице исчезла жуткая синюшная бледность, а к губам прилила кровь.

— Ему лучше, — с облегчением выдохнула Мира, вытирая со лба Агвила испарину, потрясённо пробормотала, — диса… ведунья нам не рассказывала о таком.

— Я знаю, — тяжело вздохнула, обессиленно откинувшись на мужа, взглянула на растерянного воина Фрэстов, проговорила, — Рауд, тебе надо отдохнуть, Мира тебе тоже, Тира присмотрит за вождём.

— Он мой брат, — вдруг произнёс мужчина, пытливо вглядываясь в меня, чуть помедлив, словно собираясь с силами, продолжил, — он вырастил меня, когда наш отец погиб. Спас мне жизнь, когда я мальчишкой отправился в логово газари. Эйва мои слова там… у замка…

— Я помню и рада другу, — устало улыбнулась, повторив, — тебе надо отдохнуть, как и нам всем. Если хочешь, сюда принесут кровать и подадут еды. Мира поест и вернётся к Агвилу, позже её сменит Тира и… Рауд, ты доверяешь всем воинам, что сопровождали вас сюда?

— Да, это самые преданные люди, — уверенно заявил мужчина, с неожиданно ласковой улыбкой вручив Мире чашку, продолжил, — они никогда не посмеют предать своего вождя.

— Хорошо, тогда можешь сказать им, что их вождю лучше.

— Твои люди в дохане, не прикасаются к еде и ждут тебя, — добавил Агнар, придерживая меня за спину, даря тепло и спокойствие присутствием и жаром своего тела.

— Я скажу и вернусь, — ответил Рауд, нехотя поворачивая к выходу.

— Я присмотрю за вождём, — смущённо улыбнулась Мира, поправляя одеяло на Агвиле, снова вытерла с его лба испарину, едва слышно проговорила, — не беспокойся Рауд.

— Что ж, а я прикажу здесь всё подготовить, — задумчиво промолвила, оглядев комнату, прикинула, куда поставить ещё одну кровать, с грустью вспомнила раскладывающийся диван, который сейчас нам бы точно не помешал.

— Идём, ты сделала невозможное, теперь всё зависит от Агвила и желания Вхагара, — проговорил Агнар, потянув меня к выходу, — тебе нужно отдохнуть.

— Не буду спорить, — усмехнулась, послушно следуя за мужем, мечтая лишь об одном, закрыться в комнате и не выходить хотя бы сутки. Но мысли об отравленной воде не давали мне покоя.

— Диса… как он? — Встретила нас в коридоре Тира, вытянув шею, обеспокоенно взглянула в чуть приоткрытую дверь.

— Лучше, надеюсь, он выживет. Тира распорядись принести в комнату к вождю Фрэстов ещё одну кровать, после присмотри за ним, пусть Мира немного отдохнёт и поест.

— Хорошо, я мигом, — кивнула служанка, рванув было к лестнице, резко остановившись, проговорила, — Хольми принёс что ты просила, а Томэг ещё не вернулся.

— Хорошо, позже спущусь.

— Не сегодня, — заворчал муж, распахивая дверь наших покоев, стоило нам только зайти внутрь, как он их тут же запер ещё и дёрнул несколько раз, проверяя, — ты сегодня отдыхаешь. За Раудом и его людьми присмотрят, Рерик и Стэнн не позволят им напасть на людей в замке.

— Ты думаешь, они станут? — С сомнением пробормотала, забираясь на кровать.

— Нет, но рисковать не хочу, — усмехнулся муж, устраиваясь рядом, обхватив меня руками, заключая в жаркие объятия, потребовал, — и давно у тебя яд спарвии?

— Нет, — шепнула, укладывая голову на грудь Агнара, прикрыла глаза, слушая умиротворяющий стук его сердца.

— Эйва… — протянул муж, щекоча своим дыханием моё ухо, зная, как меня волнует это действие.

— Его мне дала Мораг на следующий день, когда в меня стрелял Томэг, — просипела, ёрзая, пытаясь извернуться и отомстить за взбудораженных мурашек, резвой толпой, бегающих по моей спине, наконец, смогла