Кольцо-талисман - Джорджет Хейер

– Не видел света ни в одном окне, – доложил Людовик. – Красавчик сказал моему осторожному кузену, что в одном из окон библиотеки сломан шпингалет, а это как раз та комната, куда я хочу попасть. Давай рискнем и залезем туда через это окно.

Говоря это, он вытащил пистолет из правого сапога и сказал:

– Если там западня, то вот наша лучшая защита. В этих местах знают, что я никогда не промахиваюсь. Если они хотят поймать меня, то попытаются сделать это неожиданно.

– Верно, – рассудительно сказал Банди. – Что-то я не припомню случая, когда бы вы промахнулись.

Людовик коротко засмеялся:

– Я как-то промахнулся по сове, вот как глупо вышло!

– Зачем это было вам нужно – стрелять по совам?

– Был пьян, – коротко ответил Людовик. – А теперь заруби себе на носу, Абель! Если мы попадем в ловушку, расставленную для меня, то я сам должен из нее выбраться. А ты спасайся и не ломай голову обо мне! Я жду от тебя одного: помоги мне попасть в дом.

Мистер Банди поднялся со своего пня и взял фонарь, не удостоив Людовика ответом.

– Ты понял? – В голосе молодого человека зазвучали командные нотки.

– Ну да! – сказал Банди. – Когда я вижу неприятность, мне часто бывает лень ввязываться в нее. Послушайтесь моего совета: поднимите воротник сюртука и надвиньте поглубже шляпу. Мне не хочется, чтобы кто-то вас узнал.

Людовик последовал этому мудрому совету, но заметил при этом, что вряд ли его узнают.

– Меня может узнать лишь Грэгг, если он здесь, а дворецкий был нанят позже, он меня и в глаза никогда не видел!

– Может быть, – сказал Банди. – Но я скажу вам в лицо, мистер Людовик, то, что много раз говаривал за вашей спиной: у вас такой бушприт – прямо как у старого лорда!

– Будь проклят этот фамильный нос! Он когда-нибудь меня погубит!

– Вот и я так думаю, – согласился Банди. – Однако какой смысл жаловаться на то, чего нельзя изменить? Если вы готовы приступить к этому делу, то лучше начнем, и нечего время терять! Но имейте в виду: хотя там и мало света для того, чтобы вас узнали, но вполне достаточно, чтобы вы стали легкой мишенью для парня, который, быть может, сидит сейчас в доме с ружьем. Хорошо, если вы выйдете оттуда невредимым…

– Тебе нечего за меня бояться, я не буду сегодня особенно рисковать.

Пройдя через кусты, они обогнули дом и вышли к его фасаду, осторожно ступая по гравийной дорожке. Под высокими створчатыми окнами располагались наполовину занесенные снегом цветочные клумбы. Людовик посчитал окна, чтобы определить, где расположена библиотека, и указал на них Банди движением головы. Абель пролез через клумбы и приложил ухо к стеклу. Ни звука, ни лучика света – все было тихо. Он поставил на землю затемненный фонарь и вытащил из кармана складной нож. Пока Абель возился с окном, Людовик стоял рядом, наблюдая, нет ли засады в саду. Его шляпа бросала глубокую тень на лицо, но лунный свет отражался от серебряных украшений на его пистолете, и они сильно блестели. В парке было слишком много деревьев и кустарника, чтобы быть уверенным, что за ними никто не прячется, но Людовик не заметил никакого движения.

Щелчок заставил его повернуть голову. Банди указал большим пальцем на одно из окон и закрыл нож. Нажав на задвижку, он открыл окно. Оно распахнулось наружу с легким скрипом петель. Банди взял фонарь в левую руку, открыл заглушку, а правой рукой отвел в сторону бархатную портьеру. Дуло пистолета Людовика тут же легло ему на плечо, но оказалось, что в этом не было необходимости. Золотой луч фонаря, проскользив по комнате, не обнаружил никакой скрытой опасности. Комната была пуста, кресла аккуратно расставлены, в камине приготовлены дрова, которые оставалось только зажечь, когда вернется хозяин.

Банди еще раз оглядел комнату и прошептал:

– Не угодно ли вам войти?

Людовик кивнул, засунул пистолет снова в сапог и закинул ногу на подоконник.

– Осторожно! – пробормотал Банди, помогая ему проникнуть в дом. – Подождите, пока я тоже не влезу!

Людовик, оказавшись в комнате, тихо сказал:

– Оставайся на месте, я не уверен, та ли это комната, которая мне нужна. Дай мне фонарь!

Банди подал фонарь, и Людовик направил луч на стенные панели, покрывающие западную стену. Вот луч осветил одну секцию фриза, потом перешел на другую, задержался на момент, а потом снова вернулся к первой. Людовик двинулся вперед, отсчитывая промежутки между пилястрами. На третьей, считая от окна, он поднес фонарь поближе к стене. С трудом высвободил левую руку из перевязи и поднял ее, чтобы пощупать резьбу на фризе. Как бы жалуясь на свою беспомощность, он нетерпеливо щелкнул языком, снова опустил руку в перевязь и отступил к окну.

– Тебе придется подержать фонарь, Абель.

Банди забрался в комнату, взял фонарь, но направил его не на панели, а на замок двери. Внимательно осмотрел его и сказал:

– Нет ключа.

Людовик чуть нахмурился и ответил:

– Может быть, его потеряли. Подожди!

Он тихо прошел по ковру к двери, приложил ухо к щели и постоял, вслушиваясь. Все было тихо.

– Если я не найду в тайнике то, что мне нужно, мы откроем дверь и осмотрим весь дом.

Держи фонарь так, чтобы я мог видеть фриз. Нет, немного правее. – Он протянул руку и взялся за один из завитков. – Я думаю… нет, я ошибся. Это не четвертый, а третий. Теперь смотри!

Банди увидел, как длинные пальцы повернули завиток, и тут же услышал скрип. Внезапный звук, хотя и тихий, прозвучал в тишине необычно громко. Он повернул фонарь и увидел, как нижняя панель в нижнем ряду между двумя пилястрами сдвинулась в сторону и открыла темную пустоту.

– Фонарь, дай мне фонарь! – Людовик почти вырвал его из рук Абеля.

В два прыжка он подскочил к тайнику и нагнулся. И в этот момент Банди услышал тихий звук и, обернувшись, увидел на полу под дверью полоску света, которая постепенно становилась шире. Кто-то осторожно открывал дверь.

– Уходите, сэр! Осторожно! – прошептал он и выхватил пистолет, готовый задержать того, кто войдет, пока Людовик выпрыгнет в окно.

Тот, услышав предупреждение, быстро сунул фонарь в тайник, повернулся и четко скомандовал:

– К окну! Уходи!

Потом согнулся чуть ли не пополам, юркнул назад в тайник и закрыл за собой дверь.

Дрожащий свет свечей озарил комнату, кто-то закричал:

– Стой, стой!

И Банди, скрывшись за портьерой, увидел, как худой человек с пистолетом в руке вбежал в комнату, бросился к тайнику и, тщетно цепляясь за закрытую панель, завопил:

– Он здесь, он здесь! Я его видел!

Дворецкий, стоявший на пороге с канделябром в руке, в изумлении смотрел на панели:

– Где?