Ночь поцелуев - Элоиза Джеймс

— Конечно. Кто же поверит, что из всех джентльменов доброй старой Англии малышка Эффи могла выбрать именно его? — негромко отозвался лорд Роут, подходя ближе. Он, должно быть, уже выпил несколько бутылок шампанского, но каким-то чудесным образом до сих пор твердо стоял на ногах. — Мы-то вас, конечно, любим, Бекхем, но…

Тот залился краской и снова рассмеялся:

— Что ж, у меня обширный круг поклонниц.

— Так в чем же суть истории, Бекхем? — слегка запинаясь, полюбопытствовал Элджи. — Она вас поцеловала или что-нибудь еще в этом роде?

— Вот это да! — воскликнул Гейбриел. — Надеюсь, вам не пришлось стерпеть нежелательный поцелуй? Хотя вряд ли поцелуй столь очаровательной молодой леди может оказаться нежелательным.

— Это было больше, чем поцелуй, — неохотно, даже угрюмо уточнил Бекхем. Кажется, он почувствовал, что соотношение сил в бильярдной складывается отнюдь не в его пользу.

Гейбриел посмотрел на застывшего у двери лакея:

— Шампанского джентльменам.

Дьюберри принадлежал к числу тех аристократов старой закалки, кто не выносил даже намека на несправедливость, — Гейбриел понял это с первого взгляда. Роут, судя по всему, мог напиться до состояния ступора, но даже в этих сложных условиях ни на миг не терял врожденного благородства.

— Как я слышал, — раздался от стола голос Тулуза, который начал снова устанавливать шары в исходную позицию, — молодая леди была до такой степени покорена вашими неописуемыми чарами, Бекхем, что даже совершила попытку интимной ласки.

Гейбриел в упор посмотрел франту в глаза. Потом взгляд медленно скользнул вниз — туда, где обычно находится подбородок, остановился на искусственно увеличенных плечах, до отказа стянутой талии и с особым значением спустился к украшенным золотыми пряжками башмакам.

— Странно… не подумайте, что я намерен вас оскорбить, дорогой Бекхем, но, как правило, дамы настолько легкомысленны, что склонны к созерцанию внешних достоинств, а не оценке внутренних качеств мужчины.

— На мой взгляд, странно то, что мисс Эффи не одинока в своем порыве, — вступил в разговор лорд Дьюберри. — Одна из моих дальних родственниц приехала погостить из Шотландии и оказалась героиней аналогичной истории. С той лишь разницей, что малышка Делия якобы увлекла нашего приятеля в платяной шкаф.

Бекхем с надеждой посмотрел на дверь, однако путь к свободе загораживала внушительная фигура принца.

— Ах, до чего же они шаловливы, эти английские барышни! — заметил Гейбриел. — И это при том что выглядят, словно… как это у вас говорят? Как будто масло во рту не растает.

— В том-то и дело, — поддержал Дьюберри и не поленился подняться из кресла, чтобы подойти и встать рядом с хозяином. — Моя Делия совсем не отличается склонностью к приключениям и придерживается собственной версии того, что произошло.

— Правда? — подхватил Гейбриел. — Вам крупно повезло, лорд Бекхем, что ее отец не встал на защиту дочери с оружием в руках. Хотя, конечно, на континенте мы намного чаще хватаем в руки шпагу, чем принято здесь, на вашем холодном острове. — Он положил на эфес указательный палец, и жест не ускользнул от внимания обидчика.

— Сейчас Делия счастлива в браке и растит двоих малышей, а к тому времени была обручена. Но к сожалению, отца ее уже не было в живых, как, кстати, и отца мисс Старк, о чем я до этой минуты как-то не подумал.

— Признаться, не понимаю, каким образом эти рассуждения связаны с первоначальным вопросом его светлости, — произнес Бекхем своим высоким резким голосом. — Элегантность неизменно пробуждает женские амбиции. Если вам, джентльмены, потребуется несколько полезных советов относительно того, как разбудить воображение прекрасного пола, готов поделиться ценным опытом.

Ничего не скажешь, ход ловкий.

— Полагаете, Эффи Старк прониклась вожделением к вашему костюму? — Тулуз наконец положил кий и тоже встал рядом с принцем, но с другой стороны. — Вряд ли. Простите за сравнение, но достойная леди не проявляла страсти даже ко мне!

Тулуз, вне всякого сомнения, отличался безупречной элегантностью, и сейчас в комнате ему не было равных. Он не разменивался на такие банальности, как неестественно узкая талия или напомаженные усы, но даже принц Руперт позавидовал бы идеальному покрою фрака и французским кружевным манжетам.

— Видите ли, — парировал Бекхем, — дамы, как правило, больше ценят общее впечатление утонченности. Если вы простите меня, Тулуз, — подчеркнуто добавил он.

Несмотря на безупречный наряд, в облике Тулуза и впрямь присутствовал оттенок агрессивной мужественности. Должно быть, таился он в тяжелом взгляде. Или в манере, с которой джентльмен обращался с кием. Как бы там ни было, а человек в расшитом золотом камзоле умел в мгновение ока превратиться в сурового докера.

— Ничего не понимаю, — пожаловался Элджи. — Затащила Эффи Бекхема в шкаф или все-таки нет?

— Нет, — ответил сам главный герой драмы.

— Это сделала Делия, — пояснил Гейбриел.

— О, значит, озорниц было две? — удивился пьяненький лорд Димсдейл. — А я-то сначала подумал, что все это проделки одной и той же шаловливой особы. И то сказать: Эффи Старк слишком тщедушна для того, чтобы таскать за собой мужчин. Силенок не хватит.

— Подозреваю, что была еще и третья соучастница нападения, — вступил в разговор давно молчавший лорд Роут, с заинтересованным видом подойдя ближе. — Вспоминается давняя история, не так ли, лорд Бекхем? О том, как одна похотливая девица домогалась вас в «Олмаке».

— Не может быть! — воскликнул Гейбриел. — Как интересно! Редко встретишь счастливца, которому удалось довести до отчаяния сразу трех прекрасно воспитанных девушек.

— Возникает закономерный вопрос, — снова подал голос Элджи. — Был ли отец у третьей соискательницы? То есть, конечно, был, но оставался ли в живых к моменту приключения?

— Правильно мыслишь, дорогой племянник, — похвалил Гейбриел. — Очень правильно. Лорд Роут, не припомните ли имя этой молодой леди? Ах да, конечно! — Он повернулся к Бекхему. — Вы-то наверняка знаете. Даже несмотря на то что подобные события случаются с вами с достойной сожаления регулярностью, участниц вряд ли легко забыть.

Бекхем пожал плечами.

— Все эти расспросы… исключительно неприятны, джентльмены. Неужели я обязан помнить каждую кокетку, которую довелось встретить? Залы «Олмака» полны беспутных красоток. — Он допил шампанское. — Право, мне пора спать.

— Нет-нет, — мягко возразил Гейбриел. — Не уклоняйтесь от ответа. Помните или не помните, как зовут третью особу, которую вы обвинили в недостойном поведении?

Бекхем молчал.

— С удовольствием подскажу, — вызвался лорд Роут. — Ее фамилия Уоддерспун, а вот имени, хоть убей, не вспомню.

— О! Так я знавал ее отца — сэра Патрика Уоддерспуна, — вставил лорд Дьюберри. — Вместе учились в Итоне. К сожалению, скончался много лет назад.