Девушка из снов - Нита Вольская

Подошла. Пошерудила ногой — вдруг там мыши или крысы. Никого не обнаружилось. Видимо тут не выживают даже грызуны. Обхватила себя руками и попыталась разогнать кровь растираниями. Стало ещё холоднее. Это только в кино от таких действий становиться тепло, на деле же, если ты в шелковом халате, надетом на купальник, а в помещении виден пар при выдохе, никакие растирания не помогут.

Факел, торчащий под потолком, тоже мало спасал положение: он не только не согревал помещение, но ещё и коптил время от времени, от чего в воздухе витал запах гари.

Походила по камере взад-вперёд, размышляя. Пазлы никак не совпадали: зачем было меня купать в ароматной ванне, если после планировалось уложить спать на грязной соломе?

Пометавшись из угла в угол, устала. В такое время я уже обычно лежу в постели с книгой. И то, если не с дороги. С дороги — сплю. Но спать на ледяном каменном полу, припорошенном соломкой — так себе удовольствие. Хотя вряд ли бы я сейчас смогла уснуть, будь здесь даже кровать со всеми удобствами. В голове роилось столько страшных мыслей, что сна не было ни в одном глазу.

От холода начали неметь руки и ноги, зубы отбивали барабанную дробь.

Не знаю, сколько часов и километров я отмотала по этой пещере, но в какой-то момент выдохлась и привалилась-таки на солому. Свернулась калачиком, и продолжила «барабанить» уже в полуобморочном состоянии.

Когда в замке повернулся ключ, я от холода уже ничего не соображала.

Глава 46. Подобрали, обогрели

Не знаю, который сейчас час, и куда меня несёт… кто-то — мне было наплевать на всё, кроме тела, к которому прижималась. Оно было таким тёплым.

Мужчину явно напрягало то, что я к нему льну, но меня этот факт нисколько не мущал. Сейчас он для меня был не мужчиной, а источником тепла.

Длинный путь по гулким коридорам закончился, и я почувствовала, как тот, кто нёс, пытается меня положить.

Нет! Я всё ещё не согрелась! Не смей отстраняться!

Вцепилась в одежду носильщика, пытаясь притянуть. Мужчина на мгновение замер, а потом начал действовать чуть настойчивее: положил-таки меня на холодную поверхность, отцепил мои руки, и быстро удалился.

Меня ещё сильнее зазнобило, и когда ко мне прикоснулись прохладные руки служанки, я их с остервенением оттолкнула, и сильнее сжала челюсти, стараясь унять нарастающую дрожь.

— Миледи, я должна вас раздеть, чтобы вы смогли принять ванну.

Ванну? Тёплую? Ну тогда я согласна.

Девушка стала меня раздевать, а я — ей мешать, непроизвольно пытаясь себя обнять, чтобы защититься от жуткой стужи, которая, казалось, была повсюду — вокруг меня и внутри. Хотя я точно знала, что в комнате тепло — ведь была тут перед тем, как меня закинули в камеру.

С горем пополам раздев, служанка помогла встать и дойти до ёмкости. Трясясь как осиновый лист шагнула в горячую воду. По телу тут же побежали толпы отборных мурашек, и меня начало знобить ещё больше. Хотя я думала, что больше некуда.

— Садитесь, миледи. Сейчас холод выйдет и вам станет легче.

Я послушно опустилась в спасительную жидкость и вцепилась в бортики — дрожь всё ещё не унималась.

Девушка подлила горячей воды и меня потихоньку стало отпускать. Когда окончательно пришла в себя, спросила:

— Что это было? Зачем?

Девушка поняла о чём я говорю, но молчала и старательно отводила глаза. Ясно. А чего я хотела, она ведь всего лишь служанка — бесправное существо, жизнь которого ничего не стоит. А значит ей действительно лучше молчать.

Откинулась на стенку ванны, погружаясь под воду по самый нос.

Долго отказывалась её покидать и периодически просила подлить кипятка. Когда почувствовала, что полностью прогрелась, позволила себя помыть, и закутать в толстый халат.

Девушка высушила мне волосы, и я, прямо в одежде, улеглась в кровать под толстое одеяло. На улице всё ещё была ночь. И, вымотанная дорогой и экзекуцией, быстро провалилась в сон.

Проснулась от того, что кто-то активно меня тряс за плечо. С трудом разлепила веки. Рядом с кроватью стояла всё та же служанка.

— Миледи, вам нужно вставать. Его Высочество велел явиться в его покои.

Ах, велел явиться? Ну я ему сейчас явлюсь! Будет меня вспоминать как страшный сон.

Злость прибавила сил, которых было немного после вчерашнего, и позволила собраться в считанные минуты. Но на этом всё. Поняла, что ночные заморозки даром не прошли: всё тело ломило и меня вновь начало знобить.

— Кажется, у вас начинается жар, — констатировала факт служанка, и растерянно замерла, не зная, что делать дальше. — Вам бы назад в постель, но Его Высочество…

— Веди. — коротко скомандовала и сама направилась к выходу. Уж лучше выяснить всё сейчас, чем мучиться от неизвестности.

Снова длинные коридоры, и охрана, дышащая в затылок. Интересно, меня нёс кто-то из них? Оглянулась, пытаясь вычислить свою недавнюю грелку. У всех отмороженные лица. И такой же отмороженный взгляд. А, нет, вон тот брюнетистый исполин смотрит с сочувствием. Наверное, он меня и транспортировал. Хотя — не факт.

Меня привели к массивной двери, по обеим сторонам которой стояли ещё два великана.

Боится за свою жизнь, похотливый кобель. Правильно. Уверена, что очень много людей хотело бы с ним посквитаться. Теперь и я пополнила этот полк.

Кобель оказался сразу за дверью. Сидел на диване, вольготно откинувшись на спинку и расставив ноги. Полы халата были раздвинуты, и демонстрировали крепкие бедра принца.

Подняла взгляд к надменному лицу. Ухмыляется, гад. Но я краснеть не собираюсь, — меня его прелести возбуждают не в том контексте, как он думает. Оторвала бы всё с большим удовольствием.

Королевский отпрыск выпроводил взглядом моё сопровождение, и, как только за ними закрылась дверь, поинтересовался:

— Как тебе ночка? Оценила моё гостеприимство?

— О, да. В этом вам равных нет.

— Ну почему же? Вы тоже умеете удивить. — лицо принца на мгновение стало злым. — Устроили представление! … А я ведь чуть не поверил…

— Какое представление? — включила дурочку. — Не было никакого представления. Просто вы нагрянули внезапно и застали меня, так сказать, в естественной среде обитания…

— Хватит дурочку валять, Аналея. Или может мне лучше тебя называть Марьяна?

Видимо, церемониальная часть закончилась, раз коронованный кобель начал фамильярничать. А ещё он явно в курсе всего, что со мной произошло за последние месяцы.

— Называйте, как хотите. — равнодушно посмотрела мимо него.

— Надеюсь, ты