Фурия - Вийя Шефф

— Он попросил дать им с Лимой пару уроков танцев, — это же правда. — У них скоро Осенний бал и они хотят стать королём и королевой университета.

— Почему она сама об этом не попросила? — смотрит в след ушедшему Тому.

— Не знаю… У неё занятия сейчас. Я не согласилась…

Трясущимися руками накрываю крышкой казан и обнимаю своего подошедшего мужчину.

— Я плов готовлю, для тебя, — встаю на цыпочки и целую его в губы.

— Извини, я не смогу сегодня дома поужинать.

— Как так? — надуваю губы.

— Рейнольдс позвонил и попросил срочно с ним встретиться, я заскочил только переодеться.

— Ладно, — расстраиваюсь.

Рейнольдс — крутой голливудский продюсер, работает с большими мировыми звездами. Недавно он предложил Алексу контракт на запись альбома.

— Поставь плов в холодильник, я приеду и съем. И держись от Тома подальше. Мне не нравится, как он на тебя смотрит.

Поцеловал меня и ушёл наверх.

Я набираю воздуха и выдыхаю со свистом.

Хорошо Алексу сзади не было видно, как ИМЕННО он на меня смотрел.

Теперь мне не понятны поведение и мотивы Гарнера.

Чего он добивается?

Но и забивать голову этим я тоже не хочу.

Готовлю салат и накрываю ужин на троих на открытой веранде. Вечер теплый и безветренный, что здесь довольно редко, океан рядом, ещё так бывает перед грозой. Природа как будто затихает перед бурей.

Лима почти всё время что-то щебечет, не замолкая, пытаясь втянуть Тома в разговор, но он по большей части отмалчивается.

Я просто сижу молча, покручивая бокал с вином и глядя на горизонт. Оттуда действительно ползут грозовые тучи. Потом моей золовке звонит какая-то подруга, и она уходит поговорить в сад, оставив нас вдвоём.

— Спасибо за ужин! Очень вкусно, — благодарит Том.

— Пожалуйста… — мельком взглянув на него, и опять смотрю на небо.

— Мама тоже готовит что-то подобное, только не такое жирное.

— Тут так надо. Но думаю, тебе с твоим спортивным режимом этот жир не помешает.

Он улыбается краешком рта.

— А если возникнут проблемы, то в южном крыле на втором этаже есть спортзал.

— Прямо дома?

— Я брезгую ходить в общий, ненавижу общественные душевые.

— Может и тренер есть? Могу предложить свои услуги, — наклоняется ко мне ближе, поставив локти на стол.

На губах играет пошленькая улыбка.

— Я с пяти лет в профессиональном спорте, малыш, так что мне тренер не нужен, — залпом выпиваю остатки вина.

Похоже, разговор опять переходит допустимые этические рамки.

Спасает возвращение Лимы.

— Я, пожалуй, пойду, поработаю, — поднимаюсь из-за стола и начинаю собирать посуду.

— А мы можем пойти в кинотеатр и посмотреть фильм, — предлагает Тому девушка.

— Лима, ты извини, но я сегодня не настроен на поход в кино, — отказывается он, бросая взгляд на меня.

— Никуда не нужно идти, — смеётся она. — Он в подвале.

Парень немного приподнимает брови.

— Нет, давай в другой раз… У меня завтра с утра важная тренировка перед игрой, хочу выспаться.

— Хорошо… — грустно вздыхает девушка.

— Спокойной ночи! — желает нам и уходит через сад на парковку к своей машине.

***

Началась гроза.

Раскаты грома оглушают, а вспышки молний освещают ночное небо. Стихия разбушевалась, вот-вот хлынет дождь.

Я немного прибавляю свет на настольной лампе, чтобы в комнате не было так мрачно.

Порывом ветра из окна открывает дверь…

Я встаю, чтобы закрыть.

Спиной чувствую чьё-то присутствие в кабинете. За спиной стоит Том, зашёл с открытой на веранду двери.

— Что ты здесь делаешь? Ты же уехал, — сильно начинает биться сердце в груди от страха.

Массивная фигура на темном фоне, освещаемая только вспышками грозы, кажется угрожающей.

— И ты поверила в это? — делает пару шагов ко мне и выходит на свет от лампы.

Большой и опасный.

— Тебе лучше уйти, скоро вернётся Алекс.

— Я его не боюсь, — скалится он.

Мышцы под футболкой напряглись.

— Зря, он может быть отмороженным.

— Я хуже… И ты это чувствуешь…

Я мотаю головой. Он делает ещё пару шагов. Сейчас между нами всего метра полтора, не больше.

— Ты такая же, как и я. Жёсткая, агрессивная и… — преодолев дистанцию, в мгновение ока хватает меня за талию, — горячая. Я с ума по тебе схожу, — нагибается к шее и втягивает ноздрями мой запах. — Перед глазами постоянно твой образ… твои угольные глаза…

— А Лима? — вся сжимаюсь в его руках.

— А что она? Хорошая девочка, но такого желания, как ты, не вызывает.

— Ну, ты и гад! — упираюсь руками в его грудь.

Но он только сильнее прижимает к себе, так что я ощущаю его возбуждение.

— Отпусти, — пытаюсь прокричать, но слова тонут в поцелуе.

Он грубый, властный и безжалостный. Том просто сминает меня своими губами. Прикусив до боли нижнюю губу, заставляет приоткрыть рот. Нагло и без приглашения проникает в него языком.

Я очередной раз пытаюсь оттолкнуть его, но получается слабо. Ударов он даже не замечает. Натренирован…

Тело вдруг перестаёт слушаться, а ноги становятся ватными.

В голове пополз туман.

Сминаю руками его футболку, пытаясь удержаться на ногах.

Кожу покалывает иголками, а внутри что-то трепещется.

Сама не замечаю, как отвечаю на поцелуи.

Его напор сменяется нежностью, когда понимает, что я больше не сопротивляюсь. Подхватывает меня под попу и усаживает на стол, я вцепляюсь руками в край.

Губы Тома спускаются к шее. Он целует, трётся щекой, заставляя меня от удовольствия томно закрывать глаза.

У меня вырывается стон, который оглушает, как раскат грома за окном.

Его руки тянутся к кнопкам на рубашке, рывком расстёгивает их и спускает её с моих плеч.

— Ты такая красивая… — доносятся его слова на выдохе.

Том покрывает поцелуями кожу на плечах. Придерживая одной рукой за бедро, второй отстегивает бретельки на бюстгальтере и опускает его вниз.

Губы коснулись моей груди, а руки сжали их. Он втягивал то один, то второй сосок, прогоняя по моему телу разряды тока. Невероятные ощущения.

Гарнер наматывает на руку хвост и тянет за него назад, заставляя выгнуться. Второй рукой расстёгивает молнию на шортах и запускает её под них.

— Не носишь трусики? Обожаю… — хрипит на ухо, наклонившись ко мне.

Скользит пальцами в меня. Тело парализует от его ласк. Могу только стонать от наслаждения, пока он ловко ими двигает.

Заставляет меня приподняться, чтобы снять шорты, а сам спускает спортивные штаны вместе с боксерами. Горячий и каменный член касается моего входа и начинает тереться, вызывая судорожную дрожь по всему телу.

Кладёт руку мне на затылок и приближает мою голову к своей, щека к щеке.

— Скажи, что хочешь меня так же, как и я