Дочь моей любовницы - Ирина Васильевна Давыдова

— Послушай, передай блонди от меня, — он протянул мне квадратную бархатную коробочку, а я посмотрела на него ошарашенными глазами.

— Это че, предложение?

— Пока подарок.

— Нет уж, это потом сам. Знаешь ли, выглядит, словно ты таким образом прощение просишь. С Кариной такое не проканает. Думай, включай фантазию. Я тебе еще что хотела сказать. Вчера до твоего наезда к блонди приезжал папа. Есть догадки, по какому вопросу?

— Млять, только не говори, что снова Линка, — зло прорычал он, и тут я заметила, что Егор вернулся. Его взгляд заполыхал гневом.

— Она наплела дяде Лене, что ты сейчас являешься ее любовником.

— Стерва! — рыкнул он. — Лесь, держи меня в курсе состояния Карины. Я очень за нее переживаю.

— А ты?

— А я решу вопрос с Линкой. Слишком долго эта тварь гуляла, пришло время лечения.

— Давно пора. Она только портит жизнь блонди. Ее нужно изолировать.

Егор кивнул и сбежал вниз по лестнице.

— Егор, — окрикнула его по среди пролета.

— Что?

— То есть тебя не смущает, что Карина не сможет забеременеть?

Я заметила, как Земский выдохнул и, посмотрев мне в глаза, произнес:

— На эту ситуацию можно смотреть под разным углом.

— Что ты имеешь ввиду?

— Например, усыновить ребенка.

Егор больше не сказал ни слова. Молча сбежал по ступенькам, и уже через несколько секунд в окно увидела, как он сел в машину.

Сама себе кивнула.

Значит, правильный мужик достался моей подруге.

Зашла в квартиру и решила сразу же проверить Карину. Думала будет подслушивать, но нет, блонди меня удивила. Она спала на кровати, закутавшись в одеяло.

Бедная девочка, сколько же ей всего пришлось пережить. Моя малышка…

Я прошла в комнату и присела рядом с блонди. Осторожно погладила ее по голове и, грустно улыбнувшись, так же тихо вышла за дверь. Буду с ней рядом, сколько попросит.

Егор.

Бл*ть, как же меня напрягала вся эта ситуация. Мало мне долбанной справки, которую Линка купила специально для меня идиота, так она еще и до Леонида дошла. Кажется, эта тварь совсем заигралась и не видит абсолютно никаких рамок. Пора ей отправиться лечиться, иначе ничем хорошим это не кончится.

По дороге позвонил знакомому врачу, который как раз заведовал рехабом. Познакомился я с ним совершенно случайно на одном мероприятии, после которого стал спонсировать его клинику. Немного ранее я уже говорил с Вадимом насчет реабилитации Линки, и он знал, что я могу позвонить в любой момент. И вот теперь настал тот момент. Вадим пообещал подъехать в течение часа.

Резко затормозил у подъезда и, схватив сигареты, поднялся на этаж Линки. Пора с ней заканчивать. Больше я не позволю этой суке клеветать на мою девочку.

Нажал на звонок один раз, второй. И только с третьего послышался шорох за дверью. Замок щелкнул, и через секунду передо мной появилась Линка. Черт, ну вот и доказательство. Расширенные зрачки, потерянный взгляд.

— Мой любовник вернулся, — счастливо промычала она, тут же протягивая ко мне руки.

Я резко перехватил ее и затолкнул обратно в квартиру, захлопывая за собой дверь.

— Ох, какой ты пылкий, как и раньше. Ну что, ты эту пигалицу послал? Указал ей на ее место?

— Ты тварь, даже сейчас стоишь передо мной обдолбанная. Неужели и вправду думаешь, что я захочу вернуться к наркоманке? К тебе прикасаться противно.

— Я не поняла, ты что, поверил ей, а не мне? Я же тебе даже справку показала. Она детей ненавидит! Не удивлюсь, если это у нее не единственный аборт!

— Рот закрой, тварь! Иначе я клянусь, не сдержусь и ударю тебя. А мне бы этого очень не хотелось, — я держался из последних сил, пытаясь не сорваться и не дать ей по лицу. Но видит Бог, как сильно я этого хочу.

Мразь, наговорила на собственную дочь и пытается мне доказать, какая сама хорошая.

— Ты жестокий! Ты ничего не понимаешь, а я столько терпела. Терпела ее выходки, ее насмешки. Она всегда мешала мне строить личную жизнь.

Эта дура продолжала визжать на всю квартиру, раздражая меня и толкая на жестокие поступки. Моей выдержке приходил конец.

— Ты тварь, у которой совершенно нет чувств. Для тебя дочь, как ненужная вещь. Ты аморальная падшая женщина. Опустилась до того, что даже справку об аборте купила. Я таких жестоких матерей прежде не встречал.

— Напела, что аборта не было? И ты поверил? — она хмыкнула и, облизав обветренные губы, выдернула руку из моего захвата: — Вот посмотришь, залетит от тебя, убьет этого ублюдка, тогда попомнишь мои слова.

Я не выдержал больше. Заломил ее руки за спину, схватил за волосы на затылке и потянул в ванную. Продолжая удерживать руки, сорвал второй рукой лейку и, включив холодную воду, не обращая внимания на крики Линки, принялся поливать ей голову. Пусть остынет мразь, немного придет в себя, иначе быть беде. А я, черт возьми, не привык бить женщин!

Поливал ее несколько минут, ровно до того момента, как Линка перестала орать. Замерзла, дрожит, плачет, а мне похер. Убить ее готов.

Отбросив лейку, выключил воду и оттолкнул дуру на пол. Осмотрелся и, заметив полотенце на крючке, швырнул в Линку.

— Собирайся. Тебя ждет длительное лечение.

Продолжая завывать, Лина схватила полотенце и принялась вытирать мокрые волосы. В другой ситуации я бы ее пожалел, но сейчас… ничего, кроме ненависти, к ней не испытывал. Эта тварь причинила боль Карине, и не убью я ее лишь потому, что она все же мать моей девочки. Да, только на словах, но я не имею права решать за блонди.

— А я ведь, Земский, ничуть не хуже твоей Карины. Такая же жертва насилия. А она… того результат.

Слова Линки словно горячим кнутом по душе прошлись. Только не из-за жалости к этой дуре, а от мысли что моя девочка…

— Ты чокнутая, Лина. Какого х*я, зная, каково это — жить после изнасилования, обвиняешь во всем дочь? Ты поддержкой ее должна быть!

— Ахаха, какой ты смешной, Егор. Да я ненавижу ее! Она отродье того ублюдка! Мать мне не позволила аборт делать, пришлось рожать. На черта она мне нужна?

— Ты бесчувственная. Ребенок-то причем? Рожала, значит, неси ответственность! Карина перенесла насилие, а ты даже не подумала, как ей хреново! Забыла, как тебе было?

— Мне плевать на нее, я не хотела рожать. Мне не нужен ребенок