Король, у которого не было сердца - Мэри Соммер

«Вернуть», – мысленно поправил себя Джек, хозяин постоялого двора так сформулировал. Именно формулировка определяет настроение, с которым ввязываешься в сомнительную авантюру. Не нарушить закон, а восстановить справедливость. Не обмануть порядочного человека, а проучить хама и возвратить нечто, бесстыдно им присвоенное.

Джек подозревал, что его на это задание выбрали в качестве представителя силы, а Самиру… В таких сюжетах главному герою обычно предоставляют роскошную блондинку, чтобы внимание отвлекала да глаз радовала.

– И куда же он мог пойти? – Сообщница оглядывалась по сторонам.

– А куда может пойти молодой, небедный и нескромный мужчина в тёмное время суток?

Самира посмотрела на Джека и улыбнулась:

– Ты тоже думаешь, что он отправился развлекаться?

– Наверняка, – усмехнулся тот в ответ, – и готов поспорить, что Хромой не откажется выпить.

«В компании прекрасной незнакомки», – добавил Джек про себя. Кажется, он догадался, как в этой операции может пригодиться Самира. Если ещё минуту назад Джек сожалел, что рядом с ним не Грэйс, то теперь порадовался – в подобном деле толку от неё мало.

Джек тоже вертел головой, но машинально, не слишком стараясь увидеть Хромого среди незнакомых лиц. Сейчас ему нужнее было отыскать себя, выйти из невесомого, почти неосязаемого состояния, в котором находился последние дни. Порой Джеку казалось, что его не существует. Будто он не просто переместился в чужой мир, а на самом деле исчез.

Джек провёл рукой по шершавой стене дома и растёр пыль между пальцами. Попробовал представить людей, которые находятся внутри, живут размеренно, вероятно, счастливо и не подозревают, что кто-то одинокий и неуверенный заглядывает сейчас в их окна.

– Смотри, – остановила его Самира.

Джек ожидал увидеть Хромого где-то поблизости, но Самира указывала на прикреплённый к стене плакат. На нём весьма реалистично была изображена молодая женщина с пронзительным взглядом и резкими чертами лица. На плакате не было поясняющих надписей, но Джек сразу сообразил, что это не реклама о выступлении местной знаменитости, а сообщение о разыскиваемом преступнике.

– Ты её знаешь? – спросил он побледневшую Самиру.

– Знаю.

– Почему она здесь висит?

Самира не ответила. Тогда Джек схватил за рукав пробегавшего мимо мальчишку.

– Эй, парень, ты знаешь, кто это?

Мальчик остановился и насмешливо оглядел их с Самирой:

– Вы через стену перелезли, что ли? Сами не знаете?

– Если бы знали, не спрашивали бы, – огрызнулся Джек.

Мальчик заправил за уши редкие соломенные волосы и стал похож на маленького мышонка.

– Так и быть, рассказчик, сегодня услышишь историю от меня, – бросил он снисходительно.

Джек выругался и спрятал медальон под рубашку.

– Это Дария, страж Северных ворот, ну… бывший страж само собой, – нарочито таинственным шёпотом сказал мальчишка, закинув сумку с покупками на плечо.

– Исчерпывающая информация, – фыркнул Джек, – а можно подробнее?

Мальчик ещё раз внимательно осмотрел их, теперь уже с недоверием:

– Это Дария, убийца короля Бриена. Её поймали на горяченьком! Прямо в спальне короля, в постели короля – отсохни у меня язык – и с окровавленным кинжалом в руке.

Вот эта информация была исчерпывающей. Джек ощутил волны негодования, исходящие от племянницы вышеупомянутого короля, и испугался, не собирается ли она сотворить какое-нибудь непредусмотрительное волшебство.

– Ну что ж, спасибо. – Джек легонько подтолкнул мальчишку продолжить путь, но тот заинтересовался странными путниками и любезно решил просветить их обо всём, что знал сам:

– Вот только ничегошеньки это ещё не значит. Все об этом толкуют, между прочим. – Он заговорщицки подмигнул и понизил голос.

– О чём ты?

– Да каждому дураку ясно, кто на самом деле прикончил короля Бриена. Чтоб у меня руки и ноги отсохли! Как он уж её там подговорил, подкупил или принудил…

– Кто? – выпалил Джек и пожалел об этом. В прошлый раз разговор на эту тему закончился не очень хорошо.

Мальчик подошёл к нему ближе:

– Конечно же наш новый бессердечный король Тарквин, чтоб мне…

Рука Самиры вмиг оказалась на губах болтливого сплетника.

– Слушай меня, парень. – Она наклонилась к нему, сжав пальцы. – Не смей больше нести всякую ересь на каждом углу, а то язык скукожится и вывалится. Понятно?

– Понятно! – Мальчишка вырвался и побежал дальше, бормоча что-то о сумасшедших прохожих, которые сначала сами спрашивают, а потом ещё ругаются.

– Помолчи уже, неугомонный какой попался! – крикнул ему Джек.

Самира бросила последний взгляд на плакат и пошла дальше. Джек поплёлся следом.

– Сэми, я понимаю, это болезненная для тебя тема, – он замялся, – но почему ты отрицаешь… – Он хотел было сказать «очевидное», но сдержался: Самира и так его поняла.

– Если бы ты хоть раз задумался не только о тяготах собственной жизни, а представил, что чувствуют окружающие, то догадался бы.

Ни упрёка, ни высокомерия. В сравнении с крикливыми обвинениями и слезами такая нейтральная интонация куда действеннее раскрасила стыд яркими оттенками. Джек съёжился.

– У меня осталось не так много близких, – продолжила Самира. – Я не собираюсь верить в то, что кто-то из них способен на убийство. И если ты не хочешь иметь проблем со здоровьем, не пытайся убеждать меня в обратном.

– Обещаю, что не буду. – Джек протянул руки и пригладил её наэлектризованные волосы. – Только я надеюсь, что в круг близких людей ты включаешь отца, сестру и двух таких замечательных друзей, как я и Тони.

По его пальцам прошёл лёгкий разряд электричества.

– Сэми, ты прости меня, ладно? – добавил Джек. Он хотел бы развёрнуто продемонстрировать раскаяние, но придумать оправдание труднее, чем на ходу сочинять сказку по давно известному сюжету.

– Не называй меня так. – Из всего сказанного Самира умудрилась выделить самую незначительную деталь. Она отвернулась и молча зашагала дальше.

Когда Джеку было тринадцать лет, он решил, что у него депрессия. Диагноз этот стал результатом тщательно проведённой научной работы. Сверив симптомы с одной из бабушкиных книг, Джек обратился с просьбой снабдить его таблетками. Бабушка не стала переубеждать или наказывать его, вместо этого она пообещала рассказать один чрезвычайно важный секрет, который даст ответ на все вопросы. Если после этого Джек не разуверится в своей болезни, он получит тщательное обследование и сможет испробовать самые эффективные методы лечения. Загвоздка заключалась в том, что у бабушки никак не находилось времени для тайны. Джек следовал за ней по пятам и донимал расспросами, но всякий раз у неё находились другие важные дела. Только поздним вечером бабушка позвала его на кухню, сварила им обоим по чашке крепкого какао и деловито спросила:

– Итак, Джек, тебе интересно,