Пригнись, я танцую - Саммер Холланд

Том поворачивает ее лицо к себе. У него встревоженный вид, и это легко понять: Кэтрин ведет себя странно. Ее рациональность и рассудительность исчезают, уступая место необъяснимому страху.

– Кейт.

От этого приказа она невольно вздрагивает.

– Мы говорили о тебе, – дрожащим голосом объясняет Кэтрин. – Майя призналась, что ты не встречался с девушками.

– Это было до тебя.

– Потому что машины важнее, – заканчивает она.

– Майя так сказала?

– П-почти.

– Иди сюда. Возьми меня за руку. – Том и подтягивает ее к себе и придвигается сам, пока между ними совсем не остается расстояния. – Я действительно ни с кем раньше не встречался, ни одна девушка до тебя не была мне интересна. Не знаю, что именно наговорила Майя, но мы-то с тобой вместе.

– Том, ты хотел понять, что со мной?

Кэтрин собирает остатки воли, чтобы не отводить взгляд. Она смотрит Тому прямо в глаза и почти без дрожи в голосе задает вопрос, который раз и навсегда должен решить их будущее:

– Что ты сам чувствуешь?

– То же, что и ты, – не задумываясь отвечает он. – Я тоже люблю тебя, Кейт.

– Тогда почему ты не сказал это?

– У меня не было шанса! – возмущается Том. – Я рот не успел открыть, а ты уже заднюю дала. Ползком.

– Хоть представляешь, насколько страшно признаваться первой?!

– Конечно, я же поэтому и не признавался!

Ситуация из ужасной резко превращается в нелепую. Кэтрин прикусывает губу и замолкает, но уже через секунду Том и сам начинает трястись от смеха, вынуждая к нему присоединиться.

– Иди сюда, – он обхватывает ее руками и падает на спину, – мы с тобой, видимо, одинаковые дебилы.

– Я рядом с тобой так себя и чувствую иногда, – признается Кэтрин.

– Понимаю, милая. Это тебя и беспокоило? То, что Майя сказала?

– Не знаю, как объяснить, – бормочет она, пряча лицо у него на груди, – я слишком много думала о ее словах. Вы ведь были вместе, да?

– Нет, – Том зарывается пальцами в ее волосы, – у нас иногда случался секс. Очень давно, с тех пор она даже успела выйти замуж. Но отношений у нас не было. Скорее мы так дружили.

– Она же была в тебя влюблена?

– Вряд ли, – в его голосе слышно сомнение. – Кейт, не накручивай, это все в прошлом. Сейчас, кроме тебя, никого нет.

В этом Кэтрин не сомневается. Его честность успокаивает бурю в душе, и, хотя о своих настоящих сомнениях пока рассказать не получается, все равно становится легче.

– Значит, ты не собираешься меня бросать из-за рака, да? – спрашивает Том.

– За кого ты меня принимаешь? – усмехается Кэтрин. – Не дождешься.

Он переплетает их пальцы, прижимает ее руку к своей груди. Внутри разливается нежность: с ним можно быть глупой девчонкой, которая отползает подальше от собственного признания в любви.

А еще ее чувства взаимны, и это осознание только теперь накрывает, заставляя сердце биться чаще.

– У нас все серьезно, да? – шепчет она самой себе.

– Да, – так же тихо отвечает он. – Можем даже попробовать запланировать что-нибудь дальше, чем через неделю.

Это звучит странно, но сейчас Кэтрин согласится с чем угодно.

– Я ни разу не был в Вегасе, – задумчиво продолжает Том. – Хочешь, сгоняем вместе?

– Конечно, – поднимает голову она. – Осенью?

– Я думал, чуть пораньше, где-нибудь через месяц. В понедельник проверю график. Твоя очередь.

– Что значит моя?

– Куда ты хотела бы поехать?

– В Германию, – вылетает на автомате. – Друзья давно зовут на фестиваль, но у меня никак не получается поехать.

– Что за фестиваль?

– Рок-музыки, – невольно улыбается она. – В июле они едут на север Германии. Если захочешь, можем присоединиться в следующем году.

– Шутишь, – смеется он. – Поехали в этом! Когда он?

– В конце июля.

– Отлично, возьмем билеты, как вернемся в Нью-Йорк.

Том опускает голову, утягивая Кэтрин в медленный поцелуй. Это утро кажется сказкой: разговоры о будущем, признания в любви, его мягкие губы и рука, которая неторопливо опускается к ее бедрам.

Когда он отстраняется, в темных глазах видно столько нежности, что внутри все тает, как мороженое на солнце.

– Кстати, о краткосрочных планах, – вспоминает он. – Ты не проголодалась? Потому что я – очень.

Потянувшись к телефону, Том проверяет время. Когда он снова поворачивает голову к Кэтрин, на лице написано задумчивое недоумение.

– Мне уже можно есть, – произносит он медленно. – Знаешь, что понял?

– М-м-м? – мурлычет она, пробегаясь пальцами по его груди.

– Прошел час, а меня до сих пор не вывернуло.

– Кстати, да…

– Охереть, – восторженно выдыхает он. – Думаешь, это те уколы?

– Скорее всего, – прикидывает Кэтрин. Да, поддержка иммунитета могла дать подобный эффект.

– Давай так, – приподнимается Том, – заказываем завтрак. И если меня не прополощет после него, назначим этот день самым удачным днем.

Кэтрин счастливо смеется и выбирается из постели, оставив на его щеке поцелуй.

Это и правда самый удачный день.

Глава 25. Тыковка

Нью-Йорк, июнь 2018

– Майя, – бросает Том, едва зайдя в офис, – курить.

– Как скажешь, конечно… – тянет та, но осекается от его взгляда.

Все выходные Том держался. Отвлекали поездка, сияющие глаза Кэтрин и разговоры о будущем. Пока это было лучшее, что они делали: коттедж в лесу оказался настоящим открытием, Ниагарский водопад впечатлил именно так, как должен был, а совместная борьба с капризами «Индиго» только сблизила.

Сегодня утром его снова вывернуло после завтрака, и магия закончилась. Теперь, когда Том видит Майю, то вспоминает все, что им с Кэтрин пришлось пережить в субботу. Нет, он это так не оставит.

– Что-то случилось? – спрашивает она аккуратно, когда Том закрывает за ними дверь.

– Объясни, пожалуйста, – голос подрагивает от злости, – что ты сказала Кэтрин?

– Я?! – округляет глаза она, но тут же покрывается пятнами. – Я не говорила ничего такого, что ты взъелся? Мы просто познакомились.

– Ты же в курсе, что меня бесит, когда ты пиздишь? – уточняет Том. – Майя, блядь, не ломай комедию, знаешь, о чем я спрашиваю.

– Да она сама спросила! – Та выхватывает у него из рук сигарету и судорожно затягивается. – Это ты растрепался, что мы спали.

– Давай сначала. Что конкретно ты сказала? Слово в слово.

– Я не помню.

– Вспоминай.

Том подкуривает себе новую сигарету, невольно морщась от боли в груди: а ведь почти бросил. Когда он видит, как Майя теряется и отводит взгляд, уже понимает, что перегнул. Но и она не права: все, что у них было помимо дружбы и работы, – пьяный секс. И теперь это повлияет на единственные в его жизни серьезные отношения? Ну уж нет. Он же к ее мужу не лез.

– Она спросила, спали ли мы,