Горькие яблоки - Оксана Олеговна Заугольная

Найти среди груды шариков тот, который содержал этот нежнейший аромат, Радка снова раскрыла письмо и помахала им Мейнгриму.

— Я выбрала, — заявила она, с удовольствием вдыхая приятный запах. — Начну с этого приглашения, что скажешь?

С недоверчивой гримасой Мейнгрим двумя пальцами перехватил листок и, не поднося к лицу, издалека изучил цвет ленты и подпись.

— Скарбимеж и Роза? — удивился он. — Я думал, ты собиралась держаться от них подальше, разве нет?

Радка наморщила лоб и забрала письмо обратно. Да, она что-то такое припоминала. Не появляться на глазах у Скарбимежа, который якобы мог её вспомнить — ну что за глупость! Будет он помнить подругу Янки из села, когда он не помнил даже её саму! А Роза — она и вовсе понятия не имела о том, кто такая Рада. Зато можно было бы поближе познакомиться с сыном Янки. Разве сам Мейнгрим не хотел убедиться, что мальчик получил таланты и от отца, и матери? Довольно сложно это сделать, когда избегаешь ребенка!

Всё это Радка выложила Мейнгриму и уставилась на него, ожидая ответа.

— Да я не против, — пожал тот плечами, продолжая прожигать взглядом, словно ждал какую-то подсказку, а её всё не было и не было. — Если я правильно помню, Роза в это время года увозит всех на берег, где у них открытый бальный зал.

— Ты можешь прочитать точнее в приглашении, — предложила Радка, подсовывая письмо обратно к мужу, но тот отшатнулся так, словно она ткнула ему в лицо ножом.

— Я лучше уточню у Скарбошека, — пробормотал Мейнгрим и наконец покинул комнату. А Радка теперь в полной тишине могла разобраться с остальными приглашениями и разложить свою почту по полочкам.

С этим она провозилась до глубокого вечера, и едва успела пожелать спокойной ночи сыну, как пора уже было идти спать.

В спальне Мейнгрима не оказалось, но Рада слишком устала, чтобы переживать из-за этого.

«Не маленький, в своем доме не заблудится», — решила она и, едва забравшись в постель, тотчас уснула.

Глава 28

Утром Рада проснулась достаточно рано, чтобы обнаружить рядом спящего мужа.

«Самое время отомстить! — обрадовалась она. — Буду сейчас на него таращиться, пока не проснется!».

Села поудобнее, даже умываться не пошла и честно уставилась на Мейнгрима. А тот словно и не чувствовал её взгляда — спал как ни в чем не бывало.

Радка уже убедилась, что складка между бровями, словно он думает о каких-то неприятных вещах, не исчезает у Мейнгрима и во сне. А вот в остальном он выглядел куда беззащитнее и приятнее, чем бодрствующий. Так недолго и забыть было, что они, в общем-то, чужие люди. Хотелось затискать и зацеловать как Фабуся. Главное, при этом вслух такого не сказать. А то милый — не милый, а проснется и проклянет чем-нибудь неприятным. Или приморозит её зад к стулу, как уже не раз грозился.

Но сейчас он ничем не грозился и даже не просыпался, как бы Радка не пучила глаза, надеясь, что он почувствует это. В конце концов она сообразила, что очередной день проведет вдали от сына, и лучше ей поиграть с Фабусем с утра, чем снова увидеться только вечером. А то мальчик так может и привыкнуть, что мама появляется перед сном и исчезает на целый день.

Там у сына её и нашел через пару часов Мейнгрим. Выглядел он неважно, словно взгляд Радки всё-таки помешал ему выспаться: темные круги под глазами, бледная кожа, помятое лицо. И только его по-прежнему цепкий колючий взгляд не давал Радке приблизиться и пожалеть.

Мейнгрим поджал губы, оглядев её наряд.

— В этом ты собираешься ехать к Розе? — отрывисто спросил он.

— В этом я играю с ребенком, — Радка не собиралась ссориться с мужем перед такой важной поездкой. — Мы позавтракали, ждать тебя не стали, как ты и просил делать.

Мейнгрим сильнее нахмурился, словно супруга назло ему отняла последний шанс на ссору.

— Я полечу с тобой, — тоном, не предполагающим возражений, произнес Мейнгрим, не иначе как исчерпав свои поводы поругаться. И Рада его не подвела.

— Полетишь? — уцепилась она за то, что её сразу забеспокоило. — Я не буду перемещаться порталом?

— Глупо не использовать дракона, которого получили с таким трудом, — одним уголком рта ухмыльнулся Мейнгрим. — К тому же у немногих магиков даже из цветочных есть драконы, и ты сразу выделишься на общем фоне.

— Если я притащусь с мужем на чисто женскую встречу, я точно выделюсь, — фыркнула Радка и сложила руки на груди. — Зачем тебе лететь со мной? Ты мне не доверяешь?

Короткое мгновение ей казалось, что Мейнгрим борется с сомнениями и вот-вот скажет ей что-то важное, но он повел плечами и с каменным лицом ответил:

— Всё верно. Не доверяю.

Пришлось Радке уже сейчас попрощаться с сыном и выйти в коридор. Когда к ней присоединился супруг, ссора получилась отличная, Радка не ожидала даже.

— И что же ты женился на мне, если даже в женское общество отпустить боишься? —шипела она, позволяя кипевшей злости вылиться наружу.

— Как будто мне дали хоть один шанс отказаться, — ответил Мейнгрим, всем своим видом показывая, как быстро бы воспользовался этим шансом.

— Мог бы клятвы посерьезнее придумать, раз в себе так не уверен, — Радка безошибочно находила больные места, но Мейнгрим тоже поднаторел в ссорах с сестрой.

— В себе я уверен, это тебе нет никакой веры, — отрубил он. — Тебя и привязывать бесполезно!

Кажется, она порядком устала подлаживаться под дурной характер Мейнгрима, и её собственный наконец-то вырвался на волю. Будь она магессой, вокруг летали бы предметы, поднятые вихрем магии, но за неимением волшебной силы, она воспользовалась обычной — и запулила в мужа содранной с ноги туфелькой.

Как оказалось, с боевым магиком такие вещи не проходят — Мейнгрим легко увернулся от необычного снаряда, а потом одним рывком подтянул разбушевавшуюся Радку ближе и обнял так крепко, как не обнимал даже в постели. Она затихла, как только осознала это, а потом причина её уступчивости стала понятна и мужу, и в себя Радка пришла уже на полу яблоневой комнаты — так она окрестила помещение, в котором выплескивала магию.

Мейнгрим