Давай начнём все с начала - Ульяна Дагова

По магазину Пашка носился, радостно снося прилавки с игрушками, а я смотрел на него и мечтал, чтобы так же бегал наш с Ариной малыш, такой же маленький и такой же счастливый.

* * *

— Справка и рецепт для витаминов. До встречи, обворожительная Армина, — поцеловал мою руку врач.

— До свидания, Владимир Иванович. — Я взяла бумаги и вернулась в палату, чтобы сложить немногочисленные вещи, которые были привезены Арменом, и заботливой Валей.

— Привет, собралась? — услышала я голос Савелия и обернулась. Интересно, откуда он узнал о моей выписке. Но задавать вопросы не стала, лишь кивнула.

Громов взял сумку, а я надела плащ и вышла за мужчиной. Савва шёл медленно, подстраиваясь под мой шаг, наши руки то и дело соприкасались, но нарушить этот ритуал я не могла.

— Домой, или…

— На квартиру, — тут же ответила я.

Он лишь кивнул и открыл дверь, пропуская меня на выход.

В машине ехали в полной тишине, Громов сам вел машину, что в последнее время бывало редко. А я изредка смотрела на него. Все такой же. Красивый… а я ничего не чувствовала. Ничего, только тишину, и вспоминала слова Сычева «Как и у тебя». Зачем я это тогда сделала? Сейчас я не знала. Это не стоило делать, как и сближаться с Георгием. Грубые ошибки…

— Спасибо, что довез, — нарушила тишину, как только въехали во двор. Я пойду.

— Арин, — я опустила руку, которую протянула к ручкедвери и повернулась к Савелию.

— Я правда пойду, хочу полежать.

— Ты что-то решила?

— Да, мы уедем. Спасибо за дом, обоснуемся там, ты прав, с квартирой стоит повременить. Пусть постоит, со временем ее цена только возрастёт.

Савелий сжимал руль с такой силой, что, казалось, ещё немного, и его вены лопнут, а я отрыла дверь и вышла. Лёгкое дуновение ветра всколыхнуло волосы, и машина с визгом выехала со двора.

Может, оно и к лучшему, подумала я, воспоминая наше прощание. Громов всегда был таким импульсивным, резким, а мне хотелось тишины больше не для себя, адля малыша, за которого я сейчас была в ответе.

— Да, Армен, — ответила я на телефонный звонок. — Вещи собрала, жду тебя.

— Пару минут, Ари, и я у тебя, только не выходи одна, я зайду, с вещами помогу.

— Хорошо.

Выключив телефон, я присела на диван по русскому обычаю перед дорогой и грустно вздохнула. Столько всего было в этой квартире и сколько, наверное, ещё будет.

— Мы обязательно приедем, — погладила я живот, — я много тебе расскажу, крошка.

Звонок в дверь нарушил тишину, я открыла, не смотря в глазок, и сразу же попала в объятия друга.

— Ну, привет. Вещи давай. Идем?

Неожиданно для себя я помедлила и обернулась.

— Ари, может, останешься? Ты там будешь одна, а тут я, — Армен осекся, а я отрицательно покачала головой.

— Поеду.

Всю дорогу ехали молча, Армен молчал, а я смотрела в окно, словно прощалась с городом. Так мечтала в него приехать и так стремительно из него уезжала.

— Армен, вы приезжайте ко мне, не забывайте, — повернулась к другу. Он недовольно нахмурится.

— Мне не нравится твоя поездка, Ари.

— Не начинай, пожалуйста, идём лучше, проводишь меня.

Друг безрадостно доставал из машины чемодан, проходил контроль, а позже сдавал чемодан на стойке регистрации.

— Ну что, пока, Арменчик, — обняла я своего самого близкого и, как это не грустно, единственного друга.

— Нет, Ари, до встречи, мы с девочками приедем в гости.

— Я буду вас ждать, поцелуй их от меня.

Армен кивнул и пошёл на выход из аэропорта, а я, проводив его взглядом, направилась в зал ожидания, присев на свободное сидение. Сверила номер рейса с билетом и посмотрела на экран с расписанием. Ещё пятнадцать минут, и пригласят на посадку.

— Армина, — услышала голос и повернула голову, возле меня стоял Громов. — Я могу, что-то сделать, чтобы ты не улетала?

— Нет, — улыбнулась. — Я хочу улететь. Ты же помнишь, мне стресс противопоказан, точнее, ему, кивнула наживот.

Савва ничего не ответил, грустно улыбнулся, а я поднялась с сиденья.

— Прощай, Савелий Громов. Спасибо за всё.

Быстро пошла за потоком людей, которые выстраивались вереницей в очередь на посадку, буквально заставляя себя не оборачивается и не смотреть назад.

— Добрый день, можно ваш посадочный талон, — обратилась ко мне приветливая девушка-стюардесса, а я вдруг осознала, что до сих пор не верю, что Громов ничего так и не сделал, просто отпустил, не остановил. Я была уверена до последнего шага на борт, что он остановит, не даст мне возможность улететь.

— Я вас провожу, продолжает девушка, я киваю и иду за ней к месту, где она вешает мою верхнюю одежду, помогает разместить сумку и застегнуть ремень безопасности. — Попозже я к вам подойду с меню.

— Спасибо, — киваю девушке и отворачиваюсь к иллюминатору. Смотрю, как грузят вещи в другой самолёт, который стоит на полосе, и ощущаю, что на сиденье рядом кто-то садится, поворачиваю голову и замираю. В этих глазах я вижу своё отражение.

— Ты сказала, что я не могу тебя остановить, но ничего о том, что не могу лететь с тобой.

Он переплетает наши пальцы и кладёт их на мой живот. А я смотрю на него и понимаю, что безумно люблю.

Больше книг на сайте — Knigoed.net