Спящие Боги Селевра - Олеся Владимировна Стаховская

– О боги! – Лицо королевы исказила презрительная гримаса. – Умоляю, Ильрохир, умолкни! Твои признания в братской любви и верности неимоверно пошлы!

Принц горько рассмеялся.

– Но это правда, Валир! Ты моя сестра. Кого мне еще любить, как не тебя? Я не знал матери. Она умерла, дав мне жизнь. Я не успел узнать отца. Он закрылся в мире собственных грез и воспоминаний и практически не замечал меня. У меня были только ты и Даэмриль. Теперь же остались лишь мы с тобой из всего рода эн’Лаэт. Неужели ты забыла, как я пытался завоевать твое расположение, едва появился в Эйтилиэне? Я следовал за тобой тенью, как верный пес. Но ты всегда была холодна и неприветлива. Мне казалось, ты станешь уважать меня, стоит только начать приносить пользу тебе и Этилии. И я стал лучшим в своем деле. Я ждал твоего одобрения, но не дождался его. Я надеялся, со временем ты смиришься с самим фактом моего существования, однако этого не случилось. Я привык к твоей неприязни и научился отвечать на колкости. Не скрою, временами мне доставляло немалое удовольствие выводить тебя из себя. Так я хотя бы знал, что ты испытываешь ко мне хоть какие-то чувства. И, направляясь сюда, я собирался просить освобожденных богов лишь об одном: даровать тебе прощение и сохранить жизнь.

– Какая глупость! – скривилась Валир. – Не думал же ты, что я позволю провести ритуал?

– Я наивно полагал, что ты об этом ничего не узнаешь и все будет как прежде: твоя холодность, твое презрение и мое стремление защитить тебя от тебя же самой.

– Послушай, Ильрохир, – королева утомленно провела рукой по лбу, – даже если допустить, что ты верен мне и убийц подослал кто-то другой (врагов у меня предостаточно), это не меняет сути. Мир слишком тесен для нас двоих, и, где бы ты ни был, я все время чувствую, как ты дышишь мне в затылок. Я читаю на твоем лице планы по захвату власти. Моей власти. Я не слепая и вижу, как растет твое влияние на Высокое Собрание. Знаю, пройдет какой-нибудь десяток лет, и Собрание велит уступить трон тебе как более достойному правителю. Прости, но я не могу допустить такого. Этилия – это я. Так было всегда и так будет впредь. Ты не получишь королевского венца до тех пор, пока я жива. А посему предлагаю разрешить спор так, как решали его на заре времен наши предки. Я вызываю тебя на поединок. Тот, кто останется в живых, получит корону.

– Я не буду драться с тобой, Валир. Мне не нужна корона. Но если ты по-прежнему жаждешь моей смерти, не буду усложнять тебе задачу. Ты моя королева, и лишь тебе позволено казнить или миловать. Моя жизнь в твоих руках.

Принц отстегнул перевязь с мечами и бросил ее к ногам венценосной сестры, после чего опустился перед ней на колени и склонил голову.

Несколько томительных секунд Валир смотрела на брата, задумчиво хмуря высокий лоб.

Тали в оцепенении ждала, когда скатится на траву голова эльфийского принца, оказавшегося не готовым к тому, чего он сам требовал от подчиненных, – полному отречению от мирских привязанностей, способных помешать освобождению Селевра. Более того, избравшего целью не спасение мира, как это преподносилось команде, а заботу о благополучии сестры, своей королевы, которая считала его соперником и ненавидела всем сердцем. Ильрохир поставил на кон их жизни ради собственных интересов и теперь готовился принять смерть от руки единственного существа, которое было по-настоящему дорого ему.

– Прощай, Ильрохир, – прошептала Валир и занесла меч над головой принца.

Одновременно с ней взмахнул рукой Феандир, и, повинуясь его жесту, время замедлило ход.

Воздух задрожал, зазвенели незримые струны, будто несколько сотен рук взвели невидимые луки, и беспощадные стрелы рвались освободиться от нечеловеческой силы натяжения, чтобы неудержимой волной захлестнуть горную поляну, уничтожая все на своем пути.

– Действуй, сын Этилии! – крикнул Феандир.

Сначала никто не понял, кому был адресован призыв мага.

А потом девушка заметила, как медленно, повинуясь чужой непреодолимой воле, ложится в ладонь Амрольда припрятанный в рукаве кинжал, как плавным взмахом руки наставник посылает его в сторону зачарованного круга, как тонкое, остро заточенное лезвие легко рассекает ткань королевской блузы в районе лопаток.

Короткий удивленный вскрик королевы, и время помчалось в привычном темпе. С сухим щелчком разрядились эльфийские арбалеты. Амрольд зашатался, но устоял на ногах.

– За Селевр, – чуть слышно прохрипел он и рухнул на колени, после чего завалился набок.

Келем бросился к наставнику, приподнял его голову. Амрольд был мертв.

Гвардейцы королевы помчались в сторону ритуального круга. Но ни один из них не пересек магической линии. Едва вступив в полосу искривленного пространства, они вспыхнули за секунду, как спички, и порыв ветра развеял пепел – все, что осталось от охраны Валир.

Ильрохир прижимал к себе тело сестры, гладил ее волосы. Сквозь его прикрытые веки лились слезы. Он что-то неразборчиво шептал Валир, но она уже не слышала брата.

– Ильрохир, прекрати! Ты жалок! – резко сказал маг.

– Феандир, сделай же что-нибудь! Спаси ее! – взмолился принц.

– Дай-ка!

Феандир принял из рук принца тело королевы. Вынул кинжал и уложил ее спиной на примятую траву. Монаршая кровь, не сдерживаемая больше ничем, хлынула на землю, щедро орошая ее. Магическая черта заискрила и растаяла.

– Я не хотел этого! Клянусь богами, я не желал ей смерти! Феандир, верни Валир! Я сделаю все, что пожелаешь! Дам тебе все, что захочешь! Только верни ее.

Принц прижал к груди холодную руку королевы. Валир казалась безмятежной, ее лицо, с которого сошла тяжелая маска презрения, разгладилось и посветлело. На ложе из полевых цветов покоилась эльфийская королева, глядя на которую становилось ясно, что молва о ее красоте не была пустым звуком.

– Все закончилось, Ильрохир, все закончилось, – произнес маг и потрепал принца по плечу. – Ты справился со своей задачей, сын Этилии. Вы все справились. Я не забуду этого. Ваши жертвы будут вознаграждены.

– О чем ты говоришь, Феандир? – закричал принц. – Валир мертва! Все это больше не имеет смысла.

– Ты ошибаешься, Ильрохир. Все как никогда наполнено смыслом. Каждый из вас выполнил предначертанное. Ты разочаровал меня, не скрою. Я так долго наставлял и подталкивал тебя к принятию правильных решений. А ты сдался в самый последний момент. И ради чего? Ради благополучия женщины, которая презирала и ни в грош тебя не ставила. Но у меня был запасной план на случай, если твоя рука