Женимся! Семья за одну ночь - Вероника Лесневская

- Ты ювелирный ограбил? Распихал по карманам, что успел? – подшучиваю, наблюдая, как он срывает ценник. – Вообще-то, знаешь, это лишнее. Или ты к своему шоу готовишься, чтобы правдоподобнее выглядеть?

- Старт проекта нескоро. Летов сказал, что готовит выездную презентацию, куда нас и пригласит всей семьей, - деловито и холодно ставит меня перед фактом. - Я заранее сообщу тебе дату, место и дресс-код.

- Помогите, я замужем за самым занудным мужчиной на свете, - театрально возвожу глаза к небу, в то время как Высоцкий невозмутимо надевает кольцо мне на палец.

- Нравится? – бесстрастно уточняет. - Вроде бы, подошло.

Касаюсь изящного ободка, гармонично сплетенного из двух видов золота: белого и красного. Лед и пламя, как мы с Олегом. Это самое красивое обручальное кольцо, которое я когда-либо видела. Вкус у Высоцкого определенно есть, однако подача хромает.

- Как ты мой размер узнал? – увиливаю от прямого ответа.

- Наощупь определил, - ввергает меня в ступор, и я лихорадочно вспоминаю, когда он успел мои пальцы ощупать. - Если честно, у меня в кармане еще два кольца, больше и меньше. На случай, если не угадал, - признается шепотом.

- Вы весьма расточительны, Олег Геннадьевич, - хихикаю, не выдержав. - Боюсь, такими темпами мы по миру пойдем.

- Пф, у меня жена – сомелье, а они знаешь сколько зарабатывают, - ухмыляется, наклонив голову и впиваясь в меня лукавым взглядом.

- Альфонс, значит?

- Сашка, договоришься…

Кто-то из посетителей вдруг бросает: «Горько», остальные подхватывают, а Высоцкий не теряется, словно ждал этого момента. Мы целуемся у всех на виду, но так страстно, словно находимся наедине. Он ради легенды, а я… потому что влюбилась по уши. И будь что будет!

Глава 29

Три недели спустя

Александра

Укутавшись в плед, словно в кокон, я удобнее устраиваюсь в деревянном кресле-качалке посередине небольшой оранжереи на заднем дворе. За окнами кружит мелкий снежок, вокруг меня - живые цветы и декоративные деревца, а я крепче сжимаю горячую кружку с травяным чаем и листаю ленту новостей. Ноутбук нагревается на моих коленях, но я игнорирую дискомфорт. Все мое внимание сосредоточено на заголовках статей.

- Высоцкий, ты свихнулся? Врагов новых наживаешь? Со старыми еще не разобрался… - бубню себе под нос, нервно перебирая пальцами по клавиатуре.

За последние недели его внутренний критик будто с цепи сорвался, полностью затмив собой остальные ипостаси. Олег строчит и публикует отзывы со скоростью автоматной очереди, словно пытается расстрелять всех недобросовестных рестораторов. Это месть или слепая ярость? Не понимаю, что на него нашло... Причем он проводит повторные проверки в заведениях, которые не закрыл с первого раза, специально раздражая бизнесменов, которые и так на него зуб заточили. Каждая новая рецензия разгромнее предыдущей… и смешнее.

Прочитав пару строчек из свежего обзора «сети забегаловок» некоего Михайлова, злостного конкурента моего шефа, я давлюсь глотком чая и прыскаю прямо в экран. Перелистываю электронную страницу, цепляюсь за фото ресторана Милены, который она все еще пытается спасти любыми способами. Однако миссия обречена на провал: мало того что ее муж-богач бросил на произвол судьбы, так еще и Высоцкий снова подливает масла в огонь, в котором тлеют остатки вонючего «ежового» бизнеса. Представляю, в каком бешенстве Мегера, и тихо ликую. Продолжая хихикать, я протираю ноутбук уголком пледа.

- Ты почти месяц дома сидишь, - шелестит над самой макушкой родной голос. – Уволили?

Запрокидываю голову слишком резко – и чуть не улетаю вместе с креслом-качалкой назад. Мать вовремя упирается бедром в спинку, придержав меня. Укоризненно смотрит сверху вниз, как на несмышленого ребенка, и прижимает к талии горшок с пуансеттией – так называемой рождественской звездой, что каждый Новый год украшает наш дом наряду с елкой. Ничего не имею против цветов, особенно если ухаживаю за ними не я, но сейчас ярко-бордовые листочки тычутся мне в нос, раздражая рецепторы.

- Что? – чихаю и отворачиваюсь, лихорадочно почесываясь. – Нет, мам. У меня отпуск.

«Медовый месяц», - проносится в мыслях, и я обреченно вздыхаю, прокручивая бело-красное обручальное кольцо на пальце. Пришлось солгать маме, что это просто подарок, ничего не символизирующий, а Олег не разбирается в украшениях. Кажется, она не поверила, но допрос прекратила. Зато вдруг стала интересоваться моей работой.

Злюсь. Нервничаю. И немного… обижаюсь.

Отпуск стал для меня маленькой ссылкой. Высоцкий получил записи со всех камер видеонаблюдения в тот же день, молча просмотрел их, обсудил с Матвеем за закрытыми дверями, а потом позвонил Арсу. Даже с ненавистным братом поделился мыслями, а со мной - нет. Не заслужила. Такое чувство, что от меня избавились, не сочтя нужным посвящать в мужские дела.

- Не ходишь никуда, даже на свидания, - закрепив цветок на высокой подставке, мама переключается на соседнее растение. Заботливо протирает листочки, обрезает сухие веточки, сбрызгивает водой, а сама как бы невзначай пытается разузнать об Олеге. – Поссорились?

- Нет, все нормально, он занят, - медленно произношу с показным равнодушием.

Три недели… Этот выскочка даже не позвонил ни разу! Я тоже не собираюсь. Подходит к концу срок смены фамилии, а я так и не нашла свой паспорт. Да и плевать. После развода разберусь с юридическими проволочками, в крайнем случае, брат-юрист поможет и отмажет от штрафов. Скажу, что стала жертвой мошенников. Это недалеко от истины…

- Ну да, серьезный мужчина, - понимающе кивает мама, я же украдкой закатываю глаза. Серьезные по пьяни не женятся… и от медового месяца не прячутся. – Саша, а помнишь, мы на новогодние каникулы собирались на лыжную базу всей родней? Твои планы не изменились, доча? Может, Олега пригласим? Познакомим заодно со всеми нашими...

– О нет, он точно с нами не поедет, - вздрагиваю, до боли в шее мотая головой. Семейного отдыха нам еще не хватало! Как представлю Высоцкого на лыжах в окружении моих родственников, так холодным потом покрываюсь.

– Тогда, может, ты останешься? Как говорится, в кем Новый год встретишь... - приговаривает с намеком.

- Нет, мы не настолько близки, - отмахиваюсь, закусывая губу.

"Всего лишь женаты", - добавляю про себя.

- Ты будь с ним помягче. Он к тебе