Мой сосед — вампир - Дженна Левин

Я откинулась к стене, чтобы не потерять равновесие.

— Но зачем? Я ведь никто.

Его взгляд метнулся ко мне — такой яркий и пронзительный, будто я смотрела прямо на солнце.

— Как ты можешь говорить такое?

Я опустила глаза на ботинки.

— Потому что это правда.

В следующее мгновение он прижал меня к стене, обрамляя голову руками, и посмотрел с такой яростью, что у меня перехватило дыхание. Его лицо оказалось всего в нескольких сантиметрах от моего.

— Никогда в жизни я не слышал ничего более далёкого от правды.

— Но… — начала я.

Он заставил меня замолчать поцелуем — резким, жадным, каким я его ещё никогда не видела. Я рефлекторно приоткрыла губы, и он не потерял ни секунды — его язык ворвался в мой рот, словно он никогда не насытится моим вкусом. Он целовал меня так, будто от этого зависела его жизнь, одержимый и неутолимый, а я могла лишь отвечать ему, обвивая руками, почти теряя сознание от ощущения его длинного, сильного тела, жадно прижатого к моему.

— Ты. Потрясающая, — выдохнул он, отмечая каждое слово горячими, лихорадочными поцелуями — в губы, по линии челюсти, в шею. Я таяла в его руках, боясь, что в любую секунду соскользну по стене и растекусь лужицей на полу.

— Фредерик, — прошептала я. Его руки скользили по моему телу, оставляя за собой дорожки жара, несмотря на ледяное прикосновение. Я чувствовала себя одновременно раскалённой и невесомой.

Но он не остановился.

— Ты добрая и щедрая, — продолжил он. — Даже когда узнала, кто я на самом деле, ты не отвернулась, потому что понимала, что мне нужна твоя помощь. За все мои годы я не встречал никого, кто был бы так верен себе и своим принципам, как ты.

Он чуть отстранился, глядя прямо в мои глаза. Его взгляд был таким горячим, что мог растопить айсберг.

— Ты хоть понимаешь, насколько это ценно, Кэсси? Насколько это редкость?

Его тёмные, сияющие глаза умоляли меня поверить. Но я не могла.

— Нет, — покачала я головой. — Я не думаю, что во мне есть что-то особенное.

Его челюсть напряглась.

— Тогда, пожалуйста, — произнёс он хрипло, его голос был густым и обволакивающим, полным обещаний, — позволь мне доказать, насколько ты ошибаешься.

Его спальня оказалась совсем не такой, какой я её себе представляла. Здесь не было ни гроба, ни чего-либо ещё, что могло бы намекать на то, что её хозяин — не обычный богатый человек с сомнительным вкусом.

Комната была просторнее моей, с панорамным окном от пола до потолка, выходящим на озеро, — точно таким же, как в гостиной. И так же, как в гостиной, здесь царил полумрак. Латунные настенные бра обвивали стены мягким светом, и их тёплое мерцание играло на тёмных, шелковистых волосах Фредерика. Мне нестерпимо хотелось зарыться в них пальцами и почувствовать, как гладкие пряди скользят сквозь ладонь.

В центре стояла огромная кровать размера king-size — с высоким бархатным балдахином и таким же покрывалом, подобранным в тон шторам глубокого кроваво-красного цвета. Когда Фредерик осторожно уложил меня на матрас, как будто я была фарфоровой куклой, я ощутила бархат под ладонью.

«Немного клише, — мелькнуло у меня в голове. — Прямо как в Интервью с вампиром.»

Но ни шутки, ни замечания уже не имели значения. Моё тело горело от предвкушения и нервозности, а его взгляд — горячий, полный сдержанной страсти, — когда он стоял у изножья кровати, не давал мне думать ни о чём другом.

Я протянула к нему руки, готовая к следующему шагу. Но этот жест словно резко сбил его с курса. Огонь в его глазах погас, он отвёл взгляд вниз, к деревянным доскам пола, а пальцы правой руки нервно застучали по бедру.

Я приподнялась на локтях, настороженная.

— Фредерик?

— Возможно… — голос его звучал натянуто, будто каждая буква причиняла боль. Он с шумным выдохом опустился рядом со мной, наклонился вперёд, упёрся локтями в колени и спрятал лицо в ладонях. — Возможно, нам не стоит этого делать.

Моё сердце сбилось с ритма, не в силах примирить его слова с тем, что произошло всего несколько минут назад. Я села рядом, медленно провела рукой по его широкой груди и положила ладонь туда, где когда-то билось сердце. Обычно он реагировал на мои прикосновения мгновенно, как от электричества. Теперь же он сидел неподвижно, словно каменная статуя.

— Ты… ты не хочешь этого?

Его дыхание сорвалось, грудь вздрогнула. Он придвинулся ближе и молча обнял меня, крепко прижимая к себе.

— Я не это имел в виду, — произнёс он хрипло, его голос словно царапал гравием. Он прижал меня ещё ближе, его напряжённая рука легла мне на поясницу. — Я хочу этого. Ты даже не представляешь, как сильно я этого хочу. Я лишь сказал, что, возможно, нам не стоит.

Мы сидели так близко, что я могла просто повернуть голову и коснуться его щеки губами. Но я удержалась.

— Что не так? — спросила я тихо.

— Я не планировал втягивать тебя в романтические отношения с… кем-то вроде меня.

— Никто меня ни во что не втягивает.

— Но…

— Я хочу быть с тобой.

Когда его взгляд встретился с моим, я увидела в нём разбитость.

— Ты не смогла бы.

— Почему нет?

— Во-первых, ты человек, — он покачал головой. — Во-вторых, я — нет.

Именно это до сих пор меня останавливало. Но теперь всё перестало иметь значение. Фредерик был добрым и внимательным. Он выкупил целый отдел посуды, когда я обмолвилась, что мне нужна кастрюля. Он говорил о моём искусстве такие искренние и проникновенные слова, хотя почти ничего в нём не понимал. Он знал меня с такой интуитивной чувствительностью, что у меня перехватывало дыхание.

И да, он вампир. Это создавало проблемы. Но это не меняло того, каким замечательным он был — и того, что я хотела его сильнее, чем кого-либо когда-либо в своей жизни.

— Мне всё равно, — сказала я твёрдо. Я аккуратно взяла его руку и переплела наши пальцы.

— Тебе не должно быть всё равно, — прошептал он. Но руку не отпустил. Он держал меня так близко, что наверняка чувствовал, как