Контракт на соблазн - Яна Шелдон

лежавшие перед ней.

— Марта, меня не будет до конца дня — сказал Лука, даже не замедлив шаг. — Если кто-то будет спрашивать, меня нет.

Марта кивнула, пряча улыбку. А Маша лишь украдкой взглянула на Луку и тихо рассмеялась.

— Кажется, Марта всё прекрасно поняла, — шепнула она.

— Марта умная девушка, — невозмутимо ответил он и, наклонившись, добавил на ухо — А вот ты слишком легко краснеешь.

Он крепче обнял её за плечи и вывел из здания. На улице стояла настоящая жара, воздух дрожал над мостовой, а в небе не было ни облачка. На парковке их уже ждал автомобиль с водителем. Лука сам открыл перед Машей дверь, придерживая её за талию. В салоне было прохладно, кондиционер спасал, и Маша на мгновение прикрыла глаза, наслаждаясь этой передышкой.

— Куда мы едем? — спросила она, когда машина тронулась.

— В одно место, — загадочно ответил Лука, глядя вперёд. — Хочу показать тебе кое-что. Думаю, тебе понравится.

Они ехали недолго. За окнами то и дело мелькали старинные улочки и мосты. Наконец, водитель свернул к парку, и машина остановилась у каменных ворот. Лука вышел первым и, открыв дверь, протянул Маше руку.

— Давай немного прогуляемся, — произнёс он с лёгкой улыбкой.

Маша ошарашенно огляделась. Перед ней раскинулся величественный парк, Садов Боболи , он был словно живой музей под открытым небом. Величественные аллеи уходили вдаль, среди зелени виднелись мраморные скульптуры, фонтаны, старинные стены дворца Питти. Воздух наполняли ароматы трав и роз, а вдалеке слышался плеск воды.

— Здесь… невероятно, — тихо сказала Маша, будто боялась нарушить магию места.

— Сады Боболи, это сердце Флоренции, — ответил Лука. — Я не часто бывал тут, но немного знаю об этом месте.

Они шли по дорожке, держась за руки и Лука рассказывал Маше о парке, где снимали фильмы, как во времена Медичи здесь устраивали балы и представления. Маша слушала его, стараясь впитать каждое слово. После они пообедали в небольшом уютном ресторанчике прямо в парке.

И когда подошли к амфитеатру, солнце уже клонилось к закату, а вдали у фонтана Нептуна, вода искрилась в лучах, отражая золотистое небо.

— Потрясающе, — выдохнула Маша.

— Да, — тихо сказал Лука, глядя не на фонтан, а на неё.

Они гуляли, держась за руку, как самая обычная влюбленная пара. Возле одной из аллей Лука заметил тележку с мороженым и улыбнулся, переводя взгляд на Машу.

— Хочешь? — предложил он.

Маша улыбнулась.

— Серьёзно? Конечно.

— С детства люблю, — признался Лука, предлагая ей выбрать мороженное и оплачивая заказ. — Здесь его делают по-особенному, с тем самым оригинальным сливочным вкусом.

— А я обожаю лимонное, — сказала Маша, принимая свое мороженое. — Мечтаю когда-нибудь попробовать его в Амальфи, там, где его, наверное, готовят лучше всего. Говорят, там лимоны особенные: яркие, ароматные, пропитанные солнцем.

Лука усмехнулся.

— Не думал, что ты разбираешься в итальянских регионах.

— Немного интересовалась, — ответила Маша, делая вид, что обиделась. — Не только мороженым. Я вообще много, где мечтала бы побывать. Но, —Маша пожала плечами, — это всего лишь мечты.

Он посмотрел на неё и, не сказав ни слова, наклонился, поцеловав уголок её губ, где осталась капелька лимонного мороженого.

— Нельзя, чтобы мечты оставались мечтами, — тихо сказал он. — Когда-нибудь я покажу тебе Амальфи.

Маша засмеялась, но в её смехе было больше грусти, чем веселья.

— Лука, это всё слишком нереально. Я должна вернуться на землю. У нас ведь… — она осеклась. — У каждого из нас своя жизнь.

Он хотел что-то ответить, но промолчал. В его взгляде мелькнуло то, чего Маша не могла прочесть. Лука просто взял её за руку и сказал.

— Пусть всё идёт, как идёт. Мы вместе, и сейчас нам хорошо. Давай просто наслаждаться этим.

Маша кивнула, но в груди остался лёгкий осадок.

Сейчас этого достаточно.. А что будет потом?

Они ещё немного прошлись по аллеям, наслаждаясь друг другом. Потом Лука взглянул на часы.

— Пора возвращаться, — сказал он.

Маша не хотелось уходить, день казался сном, из которого не хотелось просыпаться.

Когда они ехали домой, уже в машине, она легко коснулась его ладони своей.

— Спасибо, — произнесла Маша.

Лука улыбнулся и крепче сжал её пальцы.

— Это только начало, Маша.

32.

Остаток вечера Маша провела в попытках переварить услышанное от Луки. Слова, сказанные в парке, об их отношениях были произнесены им с такой лёгкостью и необязательностью. Это смущало и тревожило Машу.Куда они движутся? Что все это значит?Головой она понимала, что Лука не давал обещаний и не строил планов, о чём он, собственно, заявил сразу, ещё в ту самую ночь на озере Комо. Вдруг Машу осенила ужасная мысль: не приняла ли она за любовь просто физическое влечение и слепую страсть. Возможно, Маше просто почудился скрытый смысл в его словах? И эти ласковые: «любимая моя» - могли быть лишь игрой, красивой привычкой, не обремененной намерениями?

Мысли кружились в голове, не находя выхода. Поздней ночью, ворочаясь в своей постели, Маша не могла уснуть. Она услышала шум в коридоре и дверь её комнаты бесшумно приоткрылась. Глаза, привыкшие к темноте, выхватили из мрака знакомый высокий силуэт в дверном проеме. Это был Лука. Не говоря ни слова, он скользнул в кровать и лег рядом.

Маша замерла. Выяснять отношения среди ночи не было ни сил, ни желания и она притворилась спящей. Лука обнял Машу сзади, прижавшись к спине всем своим мощным, горячим телом, его губы коснулись затылка и шеи, и по её коже побежали предательские мурашки. Возбуждение разлилось тёплой волной, а его терпкий, знакомый запах обволакивал, вызывая назойливую, пульсирующую пустоту в самом низу живота.

— Лука, что ты делаешь? — прошептала она в темноту, не в силах молчать.

— Прости, любовь моя, я разбудил тебя? — его голос был низким и слегка сонным.

— Я не мог уснуть, — его губы коснулись ее плеча, а рука скользнула к груди под край коротенького топа. — Все мысли были только о том, как пахнет твоя кожа… о том, как ты вздрагиваешь, когда я трогаю тебя вот здесь. — Лука глубже вжался лицом в ее волосы, вдыхая запах шампуня и ту самую, едва уловимую ноту, её запаха. Кожа под его прикосновением вспыхнула, а сосок, тут же