Социальная клетка - Софья Макаренко

Я обратно вернулась в свою спальню, включив жёлтый свет гирлянды. Хоть и было уютнее, но по-прежнему его не хватало. И именно тогда я вспомнила, что сохранила визитку той женщины. Его матери. И в моей голове возникла отчаянная идея настигнуть парня там, где он не ожидает.

Разбитая кукла

"Coming out of my cage

Я выхожу из своей клетки.

And I've been doing just fine

Там мне было хорошо.

Gotta gotta be down

Но я в расстроенных чувствах,

Because I want it all

Потому что хочу сразу всего"

The Killers – Mr. Brightside

Влад

Я до ужаса боялся темноты. Особенно если находился в ней один. Каждый раз закрывая свои глаза я вспоминал ту квартиру. Старые стены, скрипучий пол, писк крыс и издевательский смех моих мучителей. Темнота скрывала мои слёзы, боль и страдания. Но при этом оставляя меня наедине со своими страхами.

Я никогда не забуду их. Тех людей что тушили об меня сигареты, говоря на незнакомом мне языке. Они въелись в мою память, как страшный ночной кошмар. Всё время, когда со мной происходили издевательства я старался думать, о том, что это происходит не со мной. Это другой мальчик лежит и чувствует невыносимую боль, а не я. Это того парня пытают, а я просто это вижу. Это он умоляет и рыдает, надеясь на спасение. А я лишь думаю о том какой он всё-таки слабый.

День, когда меня нашли, казался прекрасным. Солнечным и ясным. Я уже не рассчитывал, на то, что выживу. Но по-прежнему считал этот день особенным. Помню, как говорил с психологом в тот день из больницы и с полицией. Старался говорить чётко и не упускать факты. Но при этом, когда меня пригласили в суд, я не решился прийти. Мне не хотелось смотреть на своих мучителей. На их злорадствующие лица. Каждую ночь мне, итак, приходилось вспоминать всё это. И повторно видеть их в зале суда, просто не было сил и желания. Мама меня в этом поддержала.

После того месяца мучений я долго ходил к психологу. Но как потом оказалось проблема была гораздо глубже, чем предполагалось. И так меня направили к психиатру. Сначала мне не выписывали никаких препаратов, просто наблюдали за моим состоянием и проводили обследование. У меня выявили диагноз ПРЛ[14] с частыми приступами панических атак. Выписали антидепрессанты и транквилизаторы. По началу я отказывался их принимать. Считал, что всё со мной хорошо и врачи ошибаются. Пока у меня не наступила затяжная бессонница с нервными срывами и паникой. Я попросту заперся в своей комнате, не открывая плотно занавешенные шторы. Мне не хотелось есть и спать, а также вставать и что-то делать. Но в конце концов я начал принимать таблетки. Мама настояла. Ей больно было видеть своего ребёнка в таком состоянии. Разбитого, больного, психа с отклонениями. Первые две недели симптомы участились, и я снова заперся в своей комнате. Пока не наступили улучшения. У меня как будто мозг в моменте очистился. Всё стало прекрасно. Жизнь снова приобрела светлые краски, а не тёмные как были раньше.

Я наконец-то мог вдохнуть спокойно, но по-прежнему плохо спал. Иногда у меня случались панические атаки. Но я старался их контролировать с помощью дыхания. Вдох, и на счёт два выдох. Так по кругу. Это помогало не всегда. Лишь иногда. В подростковом возрасте у меня начали учащаться приступы гнева, которые я гасил в спортзале. Бил грушу или потягивал штангу. Останавливался лишь тогда, когда сил совсем не оставалось. И так по кругу. Год за годом. Это всё медленно превращалось в мой персональный ад без выхода. Пока Тая вновь не появилась в моей жизни. Девушка заставила меня задуматься над многим. Если бы я не был таким покалеченным и разбитым, смогла бы она любить меня? Может быть, наши отношения складывались бы лучше. Но вряд ли сейчас можно об этом узнать. Слишком много времени ушло.

После того, как Тая расплакалась у меня на руках, я решил притормозить. Мне нужно было отдалиться, чтобы ещё больше не навредить ей. Мои эмоции снова выходили из-под контроля. Я не мог сдерживаться. Даже с учётом того, что до сих пор принимал таблетки.

Мне пришлось покинуть её. Я жил в своём кабинете. Закапывая свои мысли в работе. Хоть и мысленно хотел приехать в квартиру и снова прильнуть к ней. Поцеловать. Обнять. Уснуть с девушкой в одной кровати. Бессонница в данном случае только ухудшала моё эмоциональное состояние. Панические атаки начали случаться чаще. Каждую ночь, которую я проводил на своём диване. Часто ко мне приходил Глеб. Он проверял в порядке ли я.

– Ты что снова словил паничку? – спросил мой друг, передав бутылку с холодной водой. Я достал из ящика коробку с таблетками и положил одну в рот, запив большим количеством воды.

– Да, – коротко ответил я.

– Может ты вернёшься в свою квартиру и нормально поспишь? А то я переживаю за тебя. Ты выглядишь убито.

– В прочем, как и всегда.

– Нет сейчас стало хуже.

– Ох не будь моей мамочкой. Всё со мной будет хорошо. Зато все дела решены за раз.

– Поверь здоровье не стоит того. Может всё-таки вернёшься в квартиру?

– Там сейчас Тая живёт.

– Мы можем найти тебе новую, тебе не обязательно торчать в офисе круглосуточно. В крайнем случае можешь пожить у меня, – настаивал Глеб на своём, пока я потирал свои уставшие глаза.

– Нет. Пока останусь в офисе.

– Может хотя бы душ примешь. А то от тебя несёт потом. Это нехорошо.

После слов своего друга я принюхался и понял, что из-за всего, что творилось в моей голове, совсем забыл сменить одежду. Чистая была только в квартире, как и нормальный душ, в котором я помещаюсь с учётом своих габаритов. Похоже, мне в любом случае придётся возвращаться домой не только для того, чтобы оставить цветы. В этот раз я захватил пирожные с ближайшей пекарни. Не знаю, готовила она себе что-нибудь или нет. Поэтому решил купить ей сладкого.

Зайдя в тёмный коридор, я сразу же тихо пробрался на кухню, и оставив еду, направился прямиком в душ. Смыть с себя усталость. Душ помог освежиться и заново взбодриться. На обратном