Одна помолвка на троих - Галина Куликова

– Ты умная собака, ты добрая собака… Ты сытая собака!

Овчарка внимательно и недружелюбно слушала. Возможно, на самом деле она была голодной, поэтому слова Агаты ей не понравились.

«Нужно разговаривать с ней спокойным уверенным тоном, – подумала та. – Может быть, даже читать стихи. Они действуют умиротворяюще». В голову, как назло, ничего не лезло. «Вспомни что-нибудь распевное», – приказала себе Агата.

Немедленно ей на ум пришла «Илиада» Гомера. Самым заунывным тоном, на который только была способна, несчастная начала декламировать: «Гнев, богиня, воспой Ахиллеса, Пелеева сына… – Овчарка совершенно определенно насторожилась. – Грозный, который ахеянам тысячи бедствий соделал».

Вероятно, гекзаметр скотине не понравился, потому что на слове «соделал» она неожиданно клацнула своим «чемоданом» и откусила кусок Агатиного платья. Взвизгнув, та закрыла голову руками и попыталась сжаться до размеров теннисного мячика.

Собака подошла к ней, уронила ей на голову порцию горячей слюны и отчалила, издавая странные утробные звуки.

Через минуту, виляя хвостом, она появилась из кустов и гордо положила свою добычу под ноги хозяину, который сидел на ступеньках террасы. Обессиленный Артем примостился рядом с ним. Когда он увидел тряпочку, которая была точь-в-точь такого же цвета, как платье пропавшей Агаты, он вскочил на ноги, схватил Петровича за грудки и завопил:

– Петрович!! Твоя собака съела мою дизайнершу!

Петрович вырвался из его цепких пальцев и хрипло приказал своей животине:

– Ну, показывай, куда ты ее загнала. – Он почесал макушку. – Бабы ее боятся прям до ужаса.

– Ты говорил, что эта тварь добрая! – Артем сунул лоскут Петровичу под нос. – А она ее съела! Агата! – крикнул он. – Агата, ты где?

– Я здесь!

Писк шел из смородиновых кустов. Артем бросился туда и полез на голос, ломая ветки. В конце концов собачья пленница была спасена, а овчарка бегала вокруг нее и весело виляла хвостом.

– На вот, хлебни, – велел Артем и подал Агате фляжку с коньяком.

Та поморщилась и с отвращением отшатнулась. После чего хриплым голосом спросила:

– Артем, скажите честно, зачем вы меня сюда привезли?

– Меня попросила Глебова бабушка, – простодушно ответил тот.

После всего что случилось, он понял, что врать ему больше совсем не хочется.

– Глебова бабушка? – Агата так изумилась, что машинально погладила овчарку по голове. – Я даже не знала, что у него есть бабушка!

– Есть. И очень предприимчивая. Она пришла к выводу, что Глеб любит именно вас, а не свою невесту. И решила поспособствовать вашему соединению. Сначала она обработала меня, потом вашего Гаврилова…

– Макс тоже в этом участвовал? – Агата вспомнила, как Гаврилов орал на нее и стучал кулаком по столу, и протянула: – Теперь-то я понимаю, почему он был таким неадекватным.

Она внезапно воспрянула духом. Бабушка Глеба считает, что тот ее любит. Какое счастье!

Петровичу между тем надоело слушать их байки, он свистнул и позвал свою собачищу:

– Баська, пошли!

Агата проводила их обоих взглядом, в котором читалось облегчение. И тут же вернулась к животрепещущей теме:

– Так что там с бабушкой Глеба?

– У Клавдии Васильевны был план, – продолжал «колоться» Артем. – Она хотела, чтобы Глеб столкнулся нос к носу сразу с тремя своими женщинами, бывшей и настоящими. Она надеялась, что в этой ситуации заговорит его сердце. Он наконец-то забудет о своем глупом рыцарстве по отношению к Дане. Ведь когда-то же он бросил Наташку ради нее, и ничего, мир не рухнул. Так почему же он не может отказаться от своей невесты ради вас? Тем более что в вас он по-настоящему втрескался. По крайней мере, так думает Клавдия Васильевна.

– А он что, правда втрескался? – с надеждой спросила Агата.

– Ну, уж это вы с Глебом сами выясняйте! Хотите, я ему позвоню и попрошу прийти сюда?

Конечно, Агата очень этого хотела. Пока Артем набирал номер, она не сводила с него глаз.

– Тёмыч, прости, мне сейчас не до разговоров, – донесся из динамика голос Глеба, после чего раздались короткие гудки.

– Дурак, – с выражением сказал Артем в пиликающую трубку. – Проворонишь свое счастье. Не хочет отвечать, – пояснил он специально для Агаты.

– Послушайте, а кто такая Анечка Снегирева? – неожиданно вспомнила та.

– В первый раз о такой слышу.

– Но как же? Она работает в вашей фирме. Сказала, что Глеб ее босс.

– Ерунда. Я знаю всех девушек фирмы по именам, фамилиям, отчествам и дням рождения. Нет там никакой Анечки Снегиревой.

– Но она порхает по соседнему участку и целует Глеба так, будто он ее собственность!

– Ну что вы такое несете? Там ведь его невеста. Он что дурак, целоваться на глазах у родных с какими-то Анечками? Никакие Анечки по участку не порхают. Вам это приснилось в ваших кустах.

– Это ваши кусты, а не мои, – парировала Агата. – И мне ничего не приснилось. Анечка там, на соседнем участке, среди всех этих людей.

– Тогда покажите мне ее, – потребовал Артем.

– И покажу.

Вместо того чтобы подняться, к примеру, в мансарду или заглянуть на соседний участок иным, более цивилизованным способом, спорщики, не сговариваясь, рванули к смородине и, толкаясь, продрались через живую изгородь.

– Ну, и кто из них Анечка? – шепотом спросил Артем.

– Ее здесь нет, – вынуждена была признать Агата.

В этот момент кто-то горячо задышал ей в спину.

– Опять эта Баська! Она нас просто преследует.

– Лягните ее ногой, – предложил Артем.

– Сами лягните!

Они одновременно повернули головы назад и увидели, что вместо Баськи позади них, вывалив горячий язык, стоит, сверкая ярко-рыжими глазами, собака Баскервилей, совершенно незнакомая и очень-очень страшная.

– Полундра! – крикнул Артем и первым выскочил из кустов прямо к накрытому столу.

* * *

– Откуда я знала, что ее нельзя выводить из себя? – спросила Клавдия Васильевна, сердито глядя на Станева. – Это вы психиатр, а я медицинский институт не оканчивала.

– Интриги никогда не приводят ни к чему хорошему, – нравоучительно заметил Аркадий.

Глеб сидел и прокручивал в голове все, что случилось с ним в последнее время. Выходит, Дана почувствовала опасность в тот самый день, когда он впервые упомянул об Агате. Раз она знала про обувной магазин, значит, она видела и то, как они целовались с Агатой на стоянке. Ну, или не сама видела, кого-то наняла для слежки…

«Получается, что, приведя меня в тот самый обувной магазин, она хотела дать мне понять, что все знает. Может быть, ее светлое «я» пыталось меня предостеречь… Или же ее темное «я» банально мне угрожало?»