Такси! - Анна Дэвис

Вечер окутал нас своим покрывалом. Мы уделали одну бутылку хорошего фруктового «пино» и взялись за вторую. Я сидела напротив Уиллы, в любимом кресле Эми — со спинкой, изогнутой в форме крыла.

— Мы повздорили. — Уилла наполнила мой бокал, пролив немного на кофейный столик и не удосужившись вытереть лужицу. — Мадам считает, что я вмешиваюсь в дела, которые меня не касаются.

— Какие, например?

— Ну, знаете… — Она взмахнула рукой. — Эти «Тетушкины терзания» — читательские письма…

Опять принялась за свое.

— Она неспособна думать о будущем. Кэти, я всегда считала ее амбициозной девушкой. Наверное, просто не понимала ее.

Я изо всех сил старалась уследить за ходом ее мыслей, что было непросто — с учетом всего, чем оказалась сегодня забита моя голова.

— Кэти, вы меня слушаете?

— Что? Да, конечно… Но рассудите, Уилла, разве это действительно может ей повредить? В смысле — кому какое дело, если она и поиграет в эти «Тетушкины терзания»?

Уилла устремила на меня негодующий взгляд:

— Мне есть до этого дело, Кэти. Мне. Кто, по-вашему, устроил ее на работу в журнал? Кто выбивается из сил, лишь бы помочь этой девочке следовать верной дорогой? Но — о нет, конечно, я ей не нужна. И журнал тоже. Ей бы только гнуть свое.

Кажется, это уже слишком.

— Простите, Уилла, а вы не делаете из мухи слона? У Эми нет особых амбиций в области журналистики. Чем она занимается? Каким-то «Делом в муфте». Журнал для нее — просто способ бороться за права женщин.

Уилла погрозила мне пальцем:

— Это говорит ваша предубежденность, Кэти.

Я глотнула еще вина. Мысли возвращались к родителям Джоэла. Как же мне быть…

— Впрочем, Кэти… Не стоит думать о вещах, которые я не в состоянии изменить. Но что гложет вас, моя милочка? Вы такая… напряженная… занятая чем-то своим.

— Да, пожалуй.

Уилла изобразила бесстрастную мину психотерапевта.

— Вы можете все рассказать тетушке Уилле.

Держи карман… Крэйг и Стеф на крыльце…

Квартира Крэйга — на удивление необжитая; с первого взгляда все совершенно нормально, однако стоит заглянуть в шкафы, копнуть поглубже — и обнаруживаешь полную пустоту. Как он сам.

— Кэти? Скажите, что у вас не так?

— Ох… — Я ломала голову, что же ей наплести. — Отец недавно заказал заупокойную службу по моей матери. Со дня ее смерти прошло пятнадцать лет. Это расстроило меня больше, чем я ожидала. Вот и все, собственно.

— Бедняжка. — Уилла наклонилась, чтобы снова наполнить мой бокал, и я увидела за бирюзовыми шелками больше, чем хотела бы. — Семья — это сущий кошмар, верно? Но… Ведь есть что-то еще, я права? Что-то большее?

— Большее? Нет.

— Да, Кэти. Вы знаете, что да. Я нервно отхлебнула вино.

— О чем вы?

— Ну полно, не говорить же мне за вас! — Уилла встала, обогнула низенький столик и уселась на его край, почти вплотную ко мне. Потом схватила мою левую руку и стиснула ее. — Вы все узнали про Эми, верно, Кэти? Эми и Черил…

Я пыталась высвободиться, но Уилла вцепилась в меня с удивительной силой. — Что?

— Вы знаете.

— Вы про то, что они спят друг с другом? — Я старалась говорить небрежно. — Конечно, для меня это не тайна. А вам что об этом известно?

— Так это правда! — Уилла выпустила мою руку и устремила взгляд в пространство.

— Погодите-ка. — Я терла раскалывающийся лоб. — Вы что говорите, Уилла? То есть вы говорите или спрашиваете об Эми и Черил?

Глаза Уиллы наполнились слезами.

— Я люблю эту девочку, Кэти. Вы же это поняли, правда? Я готова для нее на все — а она только и знает, что ранит меня, вонзает мне нож в сердце…

— Уилла… — Я положила руку ей на плечо. Принесла же меня сюда нелегкая…

— Простите меня, Кэти. Вы, наверное, подумали обо мне бог весть что. — Уилла вытерла слезы тыльной стороной ладони, шумно шмыгнула. — Поверьте, я не собиралась изливать вам душу. Я справляюсь со всем сама. И вы мне нравитесь, Кэти. Мне по силам видеть вас вместе. Я могу радоваться за вас. Искренне радоваться.

— Уилла, довольно. Ничего больше не говорите. Вы слишком много выпили…

Я хотела убрать руку с ее плеча, но Уилла снова вцепилась в меня, стиснув мою ладонь еще сильнее, чем прежде.

— Вы должны поверить мне, Кэти. Необходимо, чтобы вы мне верили. Я обожаю вас. Я хочу, чтобы все сложилось хорошо для вас обеих. Но она так непостоянна. Непостоянна настолько, что может встречаться, может спать с этой омерзительной тварью…

И вдруг ткнула мою ладонь в свою необъятную грудь. И крепко прижала.

— Уилла, нет!

Я пыталась вырваться, но она оказалась куда сильнее, чем можно было ожидать. Господи, армрестлингом, что ли, занимается… Уилла упорно запихивала мою руку под свои бирюзовые тряпки.

— Нет! — Я наконец вырвалась и вскочила, едва не опрокинув бутылку. — Нет, Уилла, это не лучшая идея.

— Но мы обе любим ее… — Она снизу вверх заглядывала мне в глаза. — Это же будет вполне естественно, правда? Хоть какое-то утешение — ничего больше…

— Не могу. — Я с трудом переводила дыхание и изо всех сил старалась совладать с собой. — Извините, Уилла. Я и в самом деле не знаю, спит ли Эми с Черил или с кем-то еще. Это просто мои догадки. Но одно знаю точно: я должна хранить верность ей. Измены не в моем характере.

— Конечно. — Уилла снова взялась за «пино».

— Я лучше пойду. — На часах всего 9.43 — но не помню, чтобы я когда-нибудь так уставала. — Мне нужно выспаться.

— Вам не стоит садиться за руль. — Уилла, похоже, взяла себя в руки. — Вы слишком много выпили. Может, ляжете в комнате Эми? Вы же хотели повидать ее, а я уверена, что она скоро вернется. — И добавила: — Она отправилась в кино с университетскими друзьями.

Странно, что она не сказала мне этого с самого начала. А вообще-то Уилла права. После такого количества вина вести машину не следует.

— Спасибо. Так и сделаю. И еще, Уилла… — забудем обо всем этом, ладно? Ничего не было.

— Спасибо. — Ее нижняя губа задрожала. — Вы славная девушка, Кэти.

— Спокойной ночи. — Я оставила ее наедине с вином и неутоленной похотью.

Эми вернулась поздно. Может быть, около часа, точно не скажу — я спала слишком крепко. Постель казалась раем. Я слышала, как стукнула входная дверь, как Эми переговаривалась о чем-то с Уиллой — та, видимо, все еще пила. Голос Эми был мягкий, приглушенный, голос Уиллы то взвивался до визга, то, наоборот, понижался. Потом дверь в спальню отворилась, Эми вошла, крадучись, и разделась в темноте, чтобы не разбудить меня. Я исполняла свою роль — прикидывалась спящей, когда она устраивалась рядышком. Новый запах — сладкий, с оттенком мускуса; духи недорогие, но возбуждающие. Я придвинулась поближе, чтобы лучше чувствовать этот аромат. И вскоре, не сказав друг другу ни единого слова, даже простого «привет», мы уже занимались любовью. Это была близость и нежность. Я лежала в ее руках покорно, как дитя, позволив ей заботиться обо мне. Я только этого и хотела — чтобы обо мне заботились.